Лечение эндометриоза, распространенного в отдаленные органы и ткани, рака матки, кровотечений из разных органов, сильнейших постоянных болей повсюду

97. Христос воскресе! (Шевченко Н.В.: Воистину воскресе!)
Первый раз я посылала Вам письмо четыре года назад, когда была в полнейшей безысходности. Мой официальный диагноз не рак, а «распространённый в отдалённые органы и ткани эндометриоз». Хотя потом врачи говорили, что мог быть и рак матки.
Эндометриоидными «шишками» были поражены все органы брюшной полости, особенно в её нижней части; во многих местах они синими буграми выпирали наружу. Когда я лежала в больнице города Барнаула, меня постоянно показывали студентам-медикам.
Состояние моё было ужаснейшим. Руки, ноги, мышцы и даже глаза как будто постоянно «выворачивало» наизнанку, я кричала от невыносимых болей день и ночь, избавиться от них не могла никак.
Моча постоянно шла с кровью. Но ещё страшнее были непрекращающиеся желудочные кровотечения: каждый день по нескольку раз. «Раздирало» лёгкие, трахею – каждый вдох давался с болью, при откашливании тоже выделялась с мокротой кровь. Невозможно было ни лечь, ни сесть, ни повернуться – тут же вспыхивала адская боль. А мне было всего 48 лет.
Вы мне посоветовали немедленно начать лечение подсолнечным маслом с водкой, как при раке: то есть трижды в день, по той же схеме и с такой же диетой.
Отступать мне было некуда, и лечение началось.
Оно давалось невероятно трудно. Периоды облегчения чередовались с жуткими обострениями болезни. Однако я заметила, что в моём дневнике слова «невыносимая боль» постепенно стали встречаться всё реже и реже.
Когда положение становилось совсем отчаянным, я посылала Вам письма с вопросами. Вы всегда на них отвечали, успокаивали и твердили одно: «Пейте смесь и терпите, терпите, терпите...»
И вот – я жива! И жизнь моя, хоть и по-прежнему трудная, уже не напоминает непрекращающуюся пытку.
В марте 2000 года прошла всех врачей, сдала анализы, сделала УЗИ внутренних органов. Результаты обнадёживают: «Анализы в норме; все органы, в том числе и малого тазачистые, без патологии».
«Шишки» давно исчезли. Это происходило очень и очень медленно, как-то незаметно для глаз. Очень со многими «болячками» я уже справилась, но нет-нет да заболит то один орган или сустав, то другой.
По-прежнему передвигаюсь по квартире с большим трудом. Но главноенет тех жутких, нечеловеческих болей! Кровотечения и сейчас бывают: и с мочой, и желудочные, но теперь это случается 1–2 раза в 2–3 месяца и дозами, не опасными для жизни.
Кости на руках и ногах уже так не «выворачивает», и я не кричу, как раньше. И глазные яблоки больше не «выдирает». Многое стало лучше. Теперь я могу и по улице ходить достаточно долго, сама себя обеспечиваю. Набрала нормальный вес, восстановился аппетит, даже иногда переедаю.
Грудная клетка пришла в порядок. Иногда ещё на теле появляются синяки, большие бурые пятна.
Но они не болят и исчезают так же незаметно, как и появляются. Сейчас у меня даже пятки пришли в норму, а до лечения они были твёрдые, как кость.
Дышу теперь легко, горло не болит, кашля нет.
Что со мной произошло за эти четыре года питья смесиумом не понять.
В этом году в очередную годовщину начала моего лечения я была на приёме у своего лечащего врача А. И. Лавренчук. Посмотрев результаты моих обследований и анализов, она не разрешила мне бросать лечение маслом с водкой (она в курсе всех моих дел).
И сказала при этом, что если бы не моё питьё смеси, мы бы с ней вряд ли сейчас общались.
Я спросила у неё: «Может быть, у меня был не эндометриоз, а рак?» Она ответила: «Всё могло быть. Сейчас ничего утверждать точно нельзя».
По Вашему совету перешла на одноразовый приём смеси (вечером), решила пить таким образом ещё лет пять, а там – видно будет.
5 мая 2000 г., П–та В.К.,
г. Барнаул Алтайского края.