Морфология

МОРФОЛОГИЯ (греческ. «учение о формах») - введенный лингвистами XIX в. термин для обозначения того раздела языковедения , к-рый в грамматике более ранних эпох носил название этимологии. Выделенный по соображениям прикладного характера (методическое удобство выделения и объединения в парадигмы форм склонения и спряжения), раздел этот определяется в традиционной лингвистике как «учение о формальном составе слова» или как «учение о формах отдельного слова», противополагаясь синтаксису как «учению о соединении слов» или «учению о формах словосочетаний». Из этих определений ясно, что в основе противопоставления М. и синтаксиса лежит недиалектическое, статическое понимание отдельного слова и что в системе грамматики противопоставление этих двух отделов подлежит весьма серьезному пересмотру.Пересмотру подлежит далее и весь комплекс морфологических исследований, представленный в лингвистической традиции. Эти исследования сводятся: во-первых, к регистрации флективных и словообразующих морфем какого-либо языка (его лит-ой формы и его бесписьменных говоров) на различных засвидетельствованных в памятниках этапах его развития; во-вторых, к сведению близких форм, признаваемых родственными яз., к гипотетическому праединству и, в-третьих, к описанию явлений индивидуального яз. и мышления, выдвигаемых в плане субъективно-психологической лингвистики как объяснение морфологических изменений (аналогия, контаминация, морфологическая абсорбция и т. п.). Как ясно из этого перечня, вся установка морфологических изысканий буржуазной лингвистики ведет к отрыву форм яз. от его реального идейного содержания, к рассмотрению морфологического развития яз. как имманентного, определяемого только законами индивидуальной психики. Правда, на последних этапах развития буржуазной лингвистики в системах воинствующего идеализма и фидеизма (школа В. Шмидта) делаются попытки увязать те или иные морфологические особенности языка с формами мышления и формами «материальной культуры», однако эти попытки имеют своей конечной целью утвердить объективно-идеалистическое понимание языка и «культуры» как выражения духа.В системе материалистической лингвистики этим установкам в области изучения морфологии противостоит объяснение морфологического развития яз. как специфической надстройки (через развитие мышления) развитием общественно-экономических формаций, вскрытие в морфологических изменениях языка борьбы и смены классовых диалектов как отражения и орудия классовой борьбы. Особое значение приобретает в этом аспекте морфология литературного языка, борьба за направление морфологического развития литературного языка.В поэтическом языке отклонения от М. признанного «литературным» языка могут осуществляться в различных направлениях: по линии сохранения морфологических архаизмов (ср. напр. многочисленные славянизмы в М. пушкинского стиха: «И жало мудрыя змеи»); по линии введения морфологических форм, уже существующих в так наз. «просторечии» (ср. напр. разговорную М. стиха Маяковского: «И чего найдется съестного прочего»), в говорах крестьянства (многочисленные диалектизмы в «Тихом Доне» Шолохова); наконец по линии введения морфологических новообразований, являющихся достоянием индивидуальной речи или, во всяком случае, не получивших широкого распространения (ср. напр.: «носиковый платок» В. Инбер, «чего уж центрее» М. Кольцова, «в таксеях» В. Маяковского и т. п.). Стилистическая значимость этих отклонений, так же как и сопоставление так наз. морфологических дублетов (ср. напр. «блистает, блещет и блестит» И. Сельвинского) и аналогичных морфологических фигур, выделявшихся еще традиционной стилистикой (figura etymologica, homoioteleuton и т. п.), весьма различна и может быть вскрыта лишь в освещении художественного метода данного писателя и представленного им стилистического направления в целом, а отнюдь не путем формалистической оценки подобных «приемов», вырванных из целого.

http://enc-dic.com/
Comments