Московская лингвистическая школа

Моско́вская фонологи́ческая шко́ла —

направление в исследовании звукового уровня языка. М. ф. ш. возникла в конце 1920 х гг. Её основатели — Р. И. Аванесов, П. С. Кузнецов, А. А. Реформатский, В. Н. Сидоров, А. М. Сухотин — и их единомышленники — И. С. Ильинская, Г. О. Винокур, А. И. Зарецкий и другие — опирались на идеи И. А. Бодуэна де Куртенэ (см. Казанская лингвистическая школа). На формирование М. ф. ш. оказали влияние и взгляды Н. Ф. Яковлева, также продолжавшего традиции Бодуэна де Куртенэ. Развитие идей М. ф. ш. содержится в трудах представителей М. ф. ш. второго и следующих поколений. Обобщение идей М. ф. ш. в виде целостной концепции, отражающей её состояние в 60—70 х гг., осуществлено М. В. Пановым.

Основа теории М. ф. ш. — учение о фонеме. Важнейшее положение — необходимость применения морфологического критерия при определении фонемного состава языка (в этом главное отличие М. ф. ш. от ленинградской фонологической школы и от других фонологических школ). Для отнесения разных звуков к одной фонеме необходимо и достаточно, чтобы звуки находились в дополнительном распределении (дистрибуции) в зависимости от фонетических позиций и занимали одно и то же место в одной и той же морфеме (точнее — морфе), т. е. позиционно чередовались. Фонему представляет весь ряд (совокупность, множество) позиционно чередующихся звуков. В этот ряд могут входить самые различные звуки: близкие и далёкие, а также нуль звука. Так, в русском языке фонема с может быть представлена звуками [с] — «с отцом», [с°] — «с отчимом», [с’] — «с сестрой», [з] — «с братом», [з’] — «с дядей», [ш] — «с шурином», [ж] — «с женой», [ш’] — «с чадом», нулём звука — «с щедрым» и др. У фонемы две основные функции; перцептивная — способ¬ство¬вать отожде¬ствле¬нию — и сигнифи¬ка¬тив¬ная — способ¬ство¬вать разли¬че¬нию значимых единиц языка — слов и морфем. Применение морфо¬ло¬ги¬че¬ско¬го критерия опирается на перцептив¬ную функцию фонем: опознавание и отожде¬ствле¬ние говоря¬щи¬ми слов, а также морфем, выступающих в разных контекстах и реализованных в связи с этим разными звуками, осуществляется благодаря не только единству значения, но и единству фонемного состава. Применение морфологического критерия опирается и на сигнификативную функцию фонем: выступая в одной морфеме и не участвуя, следовательно, в смыслоразличении, позиционно чередующиеся звуки относятся к одной фонеме.

М. ф. ш. детально разработала теорию позиций — условий употребления и реализации фонем в речи. Позиционные чередования могут быть обусловлены фонетическими и морфологическими позициями. В фонетических позициях чередуются звуки, образующие фонему. В морфологических позициях чередуются фонемы, образующие морфонему. Позиции могут быть сильными и слабыми. В сильных фонетических позициях фонема наилучшим образом выполняет свои функции, в слабых позициях функции фонемы ограничены. В перцептивно сильной позиции фонема выступает в своём основном виде (например, в русском языке а в звуке [а] под ударением не рядом с мягкими согласными: «ад», «сад», «роса»). В перцептивно слабой позиции фонема представлена звуком, обусловленным данной позицией (а звуком [ä] между мягкими согласными: «пять»). В сигнификативно сильной позиции фонема не нейтрализуется с другой фонемой (ко[с]а — коса, ко[з]а — коза). Сигнификативно слабая позиция — это позиция неразличения, нейтрализации фонем (ко[с] — кос и коз). В сигнификативно слабых позициях фонемы ограничены в возможности различать разные слова и морфемы. В сигнификативно и перцептивно сильной, т. е. абсолютно сильной, позиции выступает основной представитель фонемы, её доминанта; в сигнификативно сильных, но перцептивно слабых позициях фонема представлена своими вариациями, в сигнификативно слабых позициях —вариантами.

М. ф. ш. выдвинуто положение о параллельных и пересекающихся рядах позиционно чередующихся звуков. Соотношение фонем, представляющих собой непересекающиеся множества звуков, и фонем — пересекающихся множеств, имеющих общую часть, в разных языках различно.

М. ф. ш. ввела понятие гиперфонемы. Первоначально под гиперфонемой понималась характеризующая систему фонем функциональная единица, выступающая в позиции нейтрализации, а также группа нейтрализующихся фонем. Позднее гиперфонема стала пониматься как функциональная единица, характеризующая фонемный состав отдельных морфов и представляющая собой общую часть нейтрализуемых фонем, не приводимую в этих морфах к сигнификативно сильной позиции.

Первоначальное содержание термина «гиперфонема» было положено в основу термина «слабая фонема» в теории фонемы Аванесова, выдвинутой им в середине 50 х гг. По этой теории, фонема, или сильная фонема, представлена рядом звуков, выступающих в сигнификативно сильных позициях, слабая фонема — рядом звуков, выступающих в сигнификативно слабых позициях. Объединение сильной и слабой фонемы представляет собой фонемный ряд. Сильная и слабая фонемы рассматриваю¬ся как элементы словоформы, фонемные ряды — как элементы морфемы.

Основные положения, выдвинутые при анализе фонемы, применяются М. ф. ш. и при рассмо¬тре¬нии суперсегмент¬ных явлений: ударения, тонов, интонации, диэремы, сингармонизма и др.

Построение фонологической модели языка, с точки зрения М. ф. ш., возможно только при учёте всех фонети¬че¬ских реализаций фонологических единиц. Отсюда пристальное внимание предста¬ви¬те¬лей М. ф. ш. к звуковой материи языка, в т. ч. и к изучению её методами инструментальной фонетики.

Идеи М. ф. ш. нашли применение в первую очередь в теории письма — графике и орфографии, создании алфавитов, практической транскрипции и транслитерации, в исторической фонетике,диалектологии и лингвистической географии, преподавании неродного языка. Положение о том, что позиционно чередующиеся единицы представля-ют собой варианты одной и той же единицы более высокого уровня, находит всё большее применение не только в фонологии, но и при описании явлений словообразования,