"МОЛОДАЯ ГВАРДИЯ"

Авторские поэтические публикации

 
 
 

 

ПИСАТЕЛЬСКОЕ БРАТСТВО

 

Литературные страницы

Международного сообщества

писательских союзов

 
 
Игорь ТЮЛЕНЕВ 
 
ВЗГЛЯД  И  ПТИЦА

 

 

* * *

В пустом лесу трезвонят коростели,

Медведь берлогу ищет потеплей.

Лосиный след, как дырочки свирели,

На узенькой тропинке между пней.

 

Душа полна восторга и любви,

А сердце одинокое — печали.

Не пойте длинных песен, журавли,

И не звените райскими ключами.

 

На дно берлоги падает медведь,

Как в омут со скалы замшелый камень.

Листва темнеет, как от солнца медь,

И гаснет по лесам и рощам пламень.

 

СТЕПЬ

 

Одна властительница степь —

Ни кустика, ни человека,

Как будто Альфа и Омега

Вот здесь посажены на цепь.

 

Над степью пролетит орел,

За горизонтом приземлится…

Какой же на Руси простор:

Всё пропадает — взгляд и птица.

 

В МОЕМ КАБИНЕТЕ

 

На столе стоит товарищ Сталин —

Белый китель, черные усы,

Был моею волей он поставлен

В блеске всей диктаторской красы.

 

Рядом фото, где Сергей Есенин,

Загрустивший под осенний свист,

В центре ваза — облаком сирени,

Черный черновик и белый лист.

 

…Смотрит на меня товарищ Сталин

Оком государя каждый день,

Как на тигель для расплава стали,

А Есенин смотрит на сирень.

 

СОВЕТСКОЕ КИНО

 

Смотрел с утра советское кино,

Уже не помню имена артистов…

А взял вдруг и расплакался (смешно)

Над судьбами чумазых трактористов.

 

Они, как дети, чистые внутри,

Такими быть их научил Спаситель,

Когда ходил по небу, златогрив,

Швыряя свет в советскую обитель.

 

Душе подай целительный настрой,

И я смотрел без тени превосходства,

Что со страною стало и со мной,

И тихо плакал, чувствуя сиротство.

 

Я не скажу, что повлиял запой —

Не пью, беру уроки атлетизма.

Я плакал над разрушенной страной,

Упавшей в пропасть с пика Коммунизма!

 

Я взрослым стал, а взрослым тяжелей

Всё начинать с нуля и не разбиться.

Легко взлетать лишь детям с букварей…

Смотрите, как мы жили — пригодится!

 

ФОТОГРАФИЯ

 

Лесной поселок. В окнах Кама.

И у завалинки втроем —

Отец с сестренкой, рядом мама,

А я сбежал за окоём.

 

Вернуться в круг былой стараюсь,

Скользя по жизненному льду…

И все же, сколько ни пытаюсь,

В тот объектив не попаду.

 

ГОРОДСКАЯ ОКРАИНА

 

Дома картонные, бумажные,

Труха и пакля лезут в паз,

И в основном все двухэтажные,

Все черноEсерые в анфас.

 

Во двориках, как у Поленова,

Поленницы горбатых дров,

Портреты Энгельса и Ленина

Взирают из сырых углов.

 

За стенкой, словно в пушку ядра,

Вбивают в платье девки грудь.

Поздней у городского сада,

Ты подмигнуть им не забудь.

 

Тяжелые кусты сирени

Ломают чахлый палисад,

Я здесь медEпиво пил со всеми,

Тому лет двадцать пять назад.

 

Сейчас случайно, мимоходом

К ним ненароком загляну,

Чтоб зацепить плечом ли, оком

От нас ушедшую страну…

 

ПОЖАР МАНЕЖА

14 марта 2004 года

 

Манеж горел. Дымы клубились,

Росли валютные счета…

Когда-то здесь на саблях бились

Орлы, нам с вами не чета!

 

Здесь шли в галоп кавалеристы.

Я слышал топот лошадей!

Художники, певцы, артисты.

Хрущев бывал и Аджубей.

 

Здесь я ходил на Глазунова,

Он ничего мне не открыл…

Три ратника у Васнецова,

Вот чем мой предок дорожил.

 

Но Русская пуста застава,

Скрипит в гробу казак Илья.

И догорает наша слава

Уже в трех метрах от Кремля!

 

ВИНА

 

Сколько быть без вины виноватым?

Отыщу за сараем лопату,

Закопаю вину глубоко…

– Повинись! — мне кричат фарисеи,

Вторят им всех времен лицедеи…

Закопал, но не стало легко.

– Откажись от великой идеи,

Отрекись от великой Расеи… —

Этот гомон зашел далеко.

Лучше быть виноватым,

Но честным,

Взял лопату,

А место известно.

Откопал…

А там нет ничего.

 

НАРОД

 

Подкошенный реформами

Под корень, как сосна,

Народ ложится вовремя,

Валяясь допоздна.

 

Покуда он валяется,

В стране идут дела:

Правительства сменяются,

Звонят колокола.

 

Тоску задавит скука,

Родную песню — крик,

Жужжит над ухом муха…

Но к ней мужик привык.

 

Знай, спит себе, заезженный,

Ненадобный казне,

Беззубый, обезвреженный,

Не стойкий к новизне.

 

Родной до безобразия,

До клёкота в груди.

Эхма, европаEазия,

Смотри, не разбуди.