Дом 55


https://lh3.googleusercontent.com/eC3hNlyt3sjhvG6owyMWh3glidy0TKRkGBREYCm6GQ3MVSEmgPAW-Lud0U2R8_0qmpklWVKUnWsS4uicOrEUisvOrzVOPcySqnMEtsJIofdkEFXvmDwYE0bAFNeJx97opURol64zA0V2k4FaOq4R4X7K66R1wxFI7ofyFpERcyW-5fexRAqJdpLjUzgIxeyV5y7m-eM9hRb3A6V_t1RYvCsGEqP5q5DAbltAmUw00otRfA86KgCn-4xIfZBiXhvAoknDvJkIUjQhIkTi6WVJEZl72Dzn7ilKAV3ci4xrb2DKOA3zGNaSZzYxYqyHvgkqWyzz1tpA_gYMW5ijod8PFMFazBw32tlm7anGQk4kbm_ic0hNVO4KOQZpLjkDLrEml4WC9awYSQUidBCwSMn3dOxsc7JyaldVmE3aKXTcECOA1l32mjctphuyaBw47HfAICrPHxm2RAdYHTkFttyhTY8t-OEegJZm8hYGlM8M4PYEY4wu8nxYDyFDYgWeU5CvVwjEfpIDZFEnfqKAnnrayHITONhoROnYyXZvF91UhqsS26ceYmDMrF6NYEyh-3hDxpy6KZrsIFcjz41CfgdE42kW6WvnP5XCzRzC_6po7ievoj-9GzaD4Hib_k4RVm6jUtQM1TGSWIQWbyWZecB0HgGgLjX7TauV=w1403-h935-no



Волошин В.А. "Вдоль и поперек Итальянского"
Итальянский, 55 Комэск Чуприков 
Как уже говорилось, некоторые дома по Итальянскому переулку отмечены мемориальными досками. Ранее мы рассказали о домах № 16 и № 19, а сейчас поговорим о доме под номером 55. На его фасаде установлена мемориальная доска, на которой начертано: «Михаил Исаевич Танич родился 15 сентября 1923 года в городе Таганроге. Известный российский поэт жил в этом доме до 1938 года». Доска изготовлена и установлена по инициативе коммерческой фирмы «Лемакс» в 2002 году. 
А в 50—70-е годы минувшего столетия здесь проживала семья Михаила Ивановича и Ольги Ивановны Чуприковых. Но если имя М. Танича знает и помнит вея страна, то имя Михаила Чуприкова в Таганроге практически забыто. 
Хотя в свое время он был заметной фигурой в городе, с боевым революционным прошлым. 
В детские годы мы с друзьями все свое свободное от уроков время проводили на улице. Бегали по переулку, заглядывали в знакомые и незнакомые дворы, периодически спрашивая у прохожих который час. Время для нас играло особую роль, так как домой мы должны были попасть до прихода родителей с работы. А время за играми бежало незаметно.
Дом по Итальянскому переулку, 55, где до войны жил будущий российский поэт-песенник Михаил Танич. 
Мемориальная доска на доме Танича. 
Непроизвольно мы запоминали лица и внешность прохожих, часто появляющихся в переулке. Среди них выделялся немолодой мужчина, невысокого роста, очень худой, со строгим выражением лица. Среди прочих прохожих он отличался своим необычным видом. Мужчина носил зеленые галифе, заправленные в сапоги, и гимнастерку, подпоясанную ремнем. Его голову венчала зеленая фуражка-сталинка полувоенного образца. 
Она вошла в моду в 30-е годы с легкой руки главы Советского государства тов. Сталина. И в подражание И.В. Сталину ее носили все руководящие партийные и хозяйственные работники. Такую же фуражку носил и мой дед. Как правило, ее изготовляли по индивидуальному заказу в ателье головных уборов. 
Звали мужчину Михаил Иванович Чуприков. Его биография с высоты сегодняшнего дня отражает все исторические коллизии бывшего 
социалистического государства. 
М.И. Чуприков родился 20 ноября 1892 года в селе Никольское Рассказовского района Тамбовской области. С семи лет мальчик стал посещать церковно-приходскую школу, где изучал основы закона Божьего, учился читать и писать. Ни о каких иностранных языках или естественных науках не могло быть и речи. О его службе в царской армии известно лишь то, что он «пять лет прослужил в «старой армии». 
Его новая военная карьера началась в августе 1918 года, когда в возрасте 26 лет он вступил в ряды Красной армии. И не куда-нибудь, а в кавалерию. Службу Михаил начинал в красногвардейском отряде Никольской волости Тамбовской области. 
Вскоре его направляют учиться на знаменитые 1-е Московские кавалерийские курсы. Учеба продлится 14 месяцев и войдет ему в зачет как военное образование. Там же, на курсах, он будет принят в ряды РКП(б). После этого в должности командира эскадрона его зачислят в состав 3-го кавалерийского полка легендарной 1-й Конной армии С.М. Буденного. В марте 1920 года его назначат командиром 3-го кавполка, и несколько месяцев Михаил будет командовать полком. 
В июле того же года начинается таганрогский период его жизни. В это время в городе размещают 6-ю кавалерийскую школу, которая получит наименование Таганрогской. В ней он будет обучать молодых кавалеристов навыкам верховой езды и методам ведения боевых действий в составе кавалерийских формирований. 
Здесь, в Таганроге, он встретил девушку, бывшую воспитанницу Мариинской гимназии по имени Оля, и у них завязались добрые, дружеские отношения, которые вскоре переросли в крепкие семейные узы. Ольга происходила из зажиточной таганрогской семьи и имела незаконченное гимназическое образование (помешала революция и Гражданская война). В Таганроге Михаил прослужил четыре года. В 1923 году у них с Ольгой родился первенец, которого назвали Александром. 
В сентябре 1924 года «солдатский телеграф» сообщал, что не сегодня-завтра школу могут закрыть, а курсантов и преподавателей направить в действующую армию. И Михаил решил обратиться к командованию с просьбой оставить его в Таганроге как имеющего жену и маленького ребенка. Но его просьбу удовлетворили частично. В это время в Новочеркасске находился 29-й кавалерийский полк 5-й Ставропольской дивизии, и Михаил получает туда назначение на должность командира эскадрона. Служит он недолго, и уже через 7 месяцев, в марте 1925 года, комэск Чуприков увольняется в запас. Оформив в таганрогском горвоенкомате необходимые документы, он навсегда остается в Таганроге. 
Трудовой путь М.И. Чуприкова с 1925 по 1937 годы проследить не удалось. Только в военном билете, выданном ему таганрогским горвоенкоматом в 1949 году, в графе «Гражданская профессия» записано — «счетовод».
В октябре 1937 года М.И. Чуприкова назначают заведующим таганрогским горфинотделом. А летом 1939 года утверждают инструктором отдела кадров ГК ВКП(б). У читателей может возникнуть закономерный вопрос: как человек, не имеющий образования, попал на партийную работу, да еще на такую ответственную — на кадры. Следует заметить, что в 1938 году М.И. Чуприков все же окончил семь классов школы для взрослых. Что соответствовало неполному среднему образованию и давало право продвигаться по служебной лестнице. Тем более, с партийным билетом и боевыми заслугами. 
Рассказывает родственник семьи Чуприковых Валериан Николаевич Малчевский. 
В сорок первом году мне исполнилось восемь лет. Наша семья жила в Исполкомовском переулке, 42, а дядя Миша Чуприков в то время жил на улице Ленина, 76 (дом Гладкова — прим. В.В.). Утром 17 октября 1941 года я побежал к нему на работу в городской комитет партии, на улицу Ленина. Его кабинет находился на первом этаже. Я заглянул в окно и увидел, как дядя Миша собирает какие-то бумаги и раскладывает их по папкам. Увидев меня, он улыбнулся и произнес: 
— Вот какие дела, уезжаем мы. 
А потом засуетился и говорит: 
— Надо тебе что-то на память подарить. 
И протянул мне часть письменного прибора — стакан для ручек и карандашей. Мы попрощались, и я с подарком довольный побежал домой. Свою жену Ольгу Ивановну с сыновьями Александром, Валентином и Георгием он успел эвакуировать в Нальчик, а затем в Дербент. Потом от родителей я узнал, что корабли, на которых морем уходили партийные работники, попали под обстрел подошедших немецких танков и почти все погибли. Мы думали, что и дядя Миша погиб, но его корабль чудом вышел из-под обстрела и благополучно добрался до Ейска, а оттуда в Ростов. 
М.И. Чуприков относился к категории старых большевиков, и ему нашлась работа по силе. Все военные годы он занимался поставками продовольствия и обмундирования для нужд Красной армии.
Возвратившись в Таганрог осенью 1943 года, М.И. Чуприков на партийную работу не вернулся. Его назначили директором чайной №3 Таганрогского треста столовых, находившейся в те годы на небольшом базарчике на Касперовке в Аптекарском переулке. Коммерческая деятельность, граничащая с присущими ей нарушениями соцзаконности, оказалась для Михаила Ивановича тяжким бременем, и спустя шесть месяцев он уволился по собственному желанию. В 1946 году он поступил на работу в Госторгинспекцию города Таганрога по Ростовской области на должность государственного инспектора по торговле. Проработал он там недолго, так как вскоре это ведомство упразднили. 
Последним местом работы М.И. Чуприкова перед уходом на заслуженный отдых стал гормолзавод, где он проработал помощником директора по кадрам без малого 12 лет. Последние годы жизни М.И. Чуприков тяжело болел, перенес инфаркт и редко появлялся на улице. Иногда его можно было видеть сидящим на пороге своего жактовского дома по Исполкомовскому переулку, 55, куда он вселился с семьей еще в сорок третьем году. 
Бывший буденновец, член партии с 1918 года, участник Гражданской войны, персональный пенсионер союзного значения М.И. Чуприков ушел из жизни в декабре 1962 года в возрасте 70 лет. Похоронен он на Старом городском кладбище, рядом с братскими захоронениями воинов, погибших при освобождении Таганрога в августе 1943 года.
Жена, друг, соратник 
В молодые годы, когда пришлось оставить учебу в гимназии, Ольга Ивановна Чуприкова работала телеграфисткой на городском телеграфе. Но когда родился сын Александр, работу она оставила раз и навсегда. В дальнейшем у четы Чуприковых родились еще два сына — Валентин (1927) и Георгий (1928). 
У Ольги Ивановны была «одна, но пламенная страсть» — книги. Страстный библиофил, она почти всю свою пенсию, получаемую по смерти мужа, тратила на приобретение книг и толстых журналов. В силу этого вела скромный образ жизни, даже не имела возможности часто обновлять свой гардероб. Хорошую, стоящую книгу в те годы купить было невозможно. На черном рынке, у перекупщиков и спекулянтов, она стоила втридорога. 
Но ее можно было выписать по действующей в те годы системе «Книга — почтой». Существовали специальные каталоги, из которых любой желающий мог выбрать себе книги по вкусу. Это была отработанная годами система, не дававшая сбоя, пользующаяся большой популярностью у библиофилов. А еще Ольга Ивановна была постоянной подписчицей солидных журналов — «Новый мир», «Октябрь», «Нева», «Москва» и других. У нее в доме стоял старинный сундук, доверху набитый подобными журналами. И она периодически доставала тот или иной журнал и перечитывала понравившиеся произведения. 
Чуть ли не ежедневно Ольга Ивановна важно шествовала (такая у нее была походка) по Исполкомовскому переулку на главпочтамт, а на обратном пути заходила к своей давней подруге с гимназических лет Фаине Волошиной. Та приостанавливала все домашние дела, и подруги углублялись в новости книгоиздания, обмениваясь мнениями о прочитанных романах. 
Находясь в соседней комнате, я хорошо слышал, о чем они говорили. До меня долетали имена неизвестных мне авторов — Солженицын, Некрасов, Платонов, Галич и звучали названия их произведений — «Один день Ивана Денисовича», «В окопах Сталинграда», «Котлован» и другие. На дворе стояла хрущевская оттепель, и подобная литература считалась прогрессом и новым словом в художественной литературе. 
Мне уже шел четырнадцатый год, и однажды Ольга Ивановна посоветовала мне прочитать роман Александра Солженицына «Один день Ивана Денисовича», который напечатал сначала «Новый мир», а затем «Роман-газета». Скажу честно, особого впечатления он на меня не произвел. Может, оттого, что я не все знал и не все еще понимал. Но осталось ощущение чего-то мрачного, гадливого и гнетущего.
Начал читать «В окопах Сталинграда», но не осилил и бросил на середине. Меня тогда больше интересовали книги «про шпионов», о наших бесстрашных разведчиках, честных и мужественных работниках уголовного розыска. Помню, зачитывался «Рассказами о Шерлоке Холмсе» 
Артура Конан Дойла, «Записками следователя» Льва Шейнина, романами «Над Тисой» Адамова, «Возмездие» Ардаматского или бестселлером тех лет — «Рассказами майора Пронина». 
Но под влиянием Ольги Ивановны мои литературные вкусы незаметно сместились в противоположную сторону, и я начал почитывать "толстые» журналы, которыми она щедро нас снабжала. Сильное впечатление произвел на меня роман Льва Никулина «Мертвая зыбь», рассказывающий о работе московских чекистов 20-х годов. Позднее по мотивам этого романа поставили многосерийный телевизионный фильм «Операция «Трест». 
Со смертью бабушки визиты Ольги Ивановны в наш дом прекратились. Какое-то время мы встречались на улице, здоровались. А потом кто-то из соседей сказал, что она тяжело болеет. Умерла О.И. Чуприкова в декабре 1981 года. 
По стопам отца 
В авторском вступлении к книге, называя социальный состав жителей Итальянского переулка, я среди прочих упомянул категорию «партийных и советских работников». К ним относился и Александр Михайлович Чуприков — старший сын четы Чуприковых, окончивший накануне войны среднюю школу №4. 
Александр Чуприков принадлежал к тому поколению советских людей, которые прямо со школьной скамьи шагнули в горнило Великой Отечественной войны. В мае 1942 года Александра призвали в армию и направили на учебу в одногодичное Тбилисское артиллерийское училище. Здесь же он вступил в коммунистическую партию — ВКП(б). Новоиспеченный лейтенант получил назначение в действующую армию. Но провоевал он только один год. 26 апреля 1944 года лейтенант Чуприков при отражении танковой атаки противника получил тяжелое ранение. Как сказано в медицинском заключении, «слепое осколочное ранение головы с резкой потерей зрения на правый глаз». 
А.М. Чуприков 
С таким диагнозом уже не воюют. А дальше пошла череда госпиталей разного профиля и уровня. Всего их было шесть. Из последнего Александр вышел с резолюцией врачебной комиссии — «негоден к военной службе с исключением из воинского учета». И рекомендацией — продолжить лечение по месту жительства.
Прибыв в Таганрог, он первым делом пошел в военкомат сниматься с учета. А потом задумался о своей будущей профессии. В это время в Таганроге возобновились занятия в металлургическом техникуме, и Александр отнес туда документы. Приняли его без экзаменов. Четыре года пролетели, как один день. Учеба давалась с трудом, сказывалось и ранение, и позабытые за годы войны знания. Но учился он прилежно, в зачетке стояли одни пятерки и четверки. А через два года он получил диплом техника-технолога.Трудовой путь A.M. Чуприкова начался в отделе социального обеспечения Сталинского района в должности старшего инспектора. В начале 50-х годов в целях скорейшего восстановления разрушенного в годы войны народного хозяйства в районных и городских комитетах партии стали создавать промышленные отделы с небольшим штатом инструкторов — 1—2 человека. И A.M. Чуприкова переводят в Сталинский PK ВКП(б) на должность инструктора промышленно-транспортного отдела. С этого времени начинается его партийная карьера. Через три года, в феврале 1954 года, его переводят на работу в горком партии и утверждают инструктором промышленно-транспортного отдела. В главном руководящем органе Таганрога A.M. Чуприков проработает 14 лет, пройдя путь от рядового инструктора до заведующего отделом. 
В январе 1968 года в связи с ротацией кадров A.M. Чуприков по собственному желанию и по приглашению директора Г.И. Чернова переходит на завод «Красный котельщик» на должность сначала помощника директора по кадрам, а затем заместителя генерального директора по кадрам. На «Красном котельщике» он проработает ровно десять лет и в июле 1978 года уйдет на пенсию по состоянию здоровья. 
В трудовой книжке Александра Михайловича имеется запись, сделанная новым кадровиком — «Уволен в связи с переходом на пенсию по старости». Какая старость? Ведь A.M. Чуприкову в тот год исполнилось всего лишь 55 лет. Но с этого момента он больше нигде не работал. В эти годы Александр Михайлович жил с женой Тамарой и сыном Сергеем в доме работников завода «Прибой» на Октябрьской площади (Украинский, 21). А его мать продолжала жить в старом жактовском доме по Исполкомовскому переулку, 55. 
Но он ее не забывал и часто навещал в доме, где сам жил в далеких 50-х годах. A.M. Чуприков ушел из жизни в марте 1993 года на семидесятом году жизни. Сопоставляя факты из жизни Михаила и Александра Чуприковых, невольно обращаешь внимание на мистические совпадения. Последним местом работы отца стал отдел кадров гормолзавода, а сына — отдел кадров завода «Красный котельщик». И тот, и другой ушли из жизни в возрасте 70 лет. Вот такие совпадения. 
Comments