Дом 28

Гаврюшкин О.П. "По старой Греческой"
ПЕРЕУЛОК ИТАЛЬЯНСКИЙ, 26. КВАРТАЛ, 116 (ИСПОЛКОМОВСКИЙ)
Дом оценивался в две тысячи рублей, и за все время своего существования принадлежал Иерусалимскому монастырю. По всей видимости здание находилось в глубине двора.
ПЕРЕУЛОК ИТАЛЬЯНСКИЙ, 28. КВАРТАЛ, 116 (ИСПОЛКОМОВСКИЙ, 26)
Дом принадлежал наследникам Андрея Ивановича Дросси, греку из мещанского сословия, затем переходил по наследству его сыновьям, имевшим уже купеческое свидетельство. На 1915 год стоимость здания составляла 9200 рублей, и в 1890-х годах его купил временный купец 1-й гильдии Панаиот Анагностович Сакелариди, о торговой деятельности которого ничего неизвестно. Он являлся членом Комитета торговли и мануфактуры и входил в состав попечительского совета при частном учебном заведении Второго разряда, помещавшегося в доме по Полицейскому переулку, 18. Собственником дома являлся до установления в городе Советской власти.

Волошин В.А. "Вдоль и поперек Итальянского"
Итальянский, 28 Дом Дросси, Секелариди и других 
Дом по Исполкомовскому переулку, 28 в 50—60-е годы мало чем отличался от своих собратьев. Те же жактовские условия, те же коммунальные удобства в конце двора, водоразборная колонка общего пользования. А еще колодец для сбора дождевой воды — наследие предыдущего столетия. Этот двор мне более всего знаком и близок. В нем я родился, вырос и живу в настоящее время. Он скроен по типовой схеме подобных ему дворов переулка, в нем всего шесть квартир. «Главный» дом двора лицевым фасадом традиционно выходит в переулок. Остальные находятся в глубине двора. Согласно краеведческим источникам, дом построил Андрей Иванович Дросси еще при Николае I в 1855 году. Потом он принадлежал наследникам А.И. Дросси. Последним его владельцем в 90-е годы XIX века стал купец первой гильдии Панаиоти Секелариди (пишу фамилию так, как она записана в документах 20-х годов). 
В мае 1922 года, уже при советской власти, дом муниципализировали. Иными словами, постановлением городских властей господина Секелариди лишили права собственности на дом. Куда делся сам домовладелец, неизвестно. В 1940 году в доме Секелариди поселился Федот Иванович Волошин со своей семьей: женой Фаиной Феофановной (в девичестве Бандурист), сыновьями Анатолием и Юрием. Сюда они переехали после преждевременной кончины их 16-лётнего сына и брата Виктора.
Памятник истории и архитектуры XIX века. С тех пор почти не изменился. Фото 2011 года. 
Занимаясь много лет журналистской практикой, я никогда не думал, что когда-то придется писать о своих родителях и близких мне людях. Я всегда считал это занятие по меньшей мере нескромным и воздерживался от подобных публикаций. Хотя друзья и знакомые не раз задавали мне вопрос, почему я пишу о других людях и никогда — о своем знаменитом деде или о матери, чей жизненный путь и сорокалетний стаж работы в органах прокуратуры заслуживают публичной огласки.
Но познакомившись с некоторыми публикациями своих коллег-краеведов, я изменил свое мнение. «Собственно говоря, а почему бы и нет», как говаривал живой классик сатирического жанра Михаил Жванецкий. И я рискнул рассказать о близких мне людях, носивших фамилию Волошины.
Матрос Его Величества Императора Николая II Черноморского флота со шхуны «Березань» Ф.И. Волошин. 
Фото 1915/1916 года. Начну с деда, работавшего с 1938 по 1953 годы директором Таганрогских городских электрических сетей. Сокращенно — «Горэлектросеть».
Федот Иванович Волошин родился 16 марта 1895 года в рабоче-крестьянской семье, происходившей из Орловской губернии. В Таганрог большая семья Волошиных переехала в конце XIX века и поселилась на Касперовке. У Ивана Волошина и его супруги, чье имя стерлось в моей памяти, было четверо сыновей — Федот, Федор, Григорий, Николай и дочь Раиса, младшая в семье. 
В 1912 году, в возрасте 17 лет, Федя окончил таганрогскую ремесленную школу при городском восьмиклассном техническом училище. А через год его призвали служить на Императорский Черноморский флот. В 1916 году матрос со шхуны «Березань» Федот Волошин становится участником революционных событий на флоте и его избирают членом матросского комитета РСДРП(б) Черноморского флота в городе Николаеве.
А на этом снимке шхуна «Березань» в Николаевском порту. Приблизительно 1915 год.
В 20—30-е годы Ф.И. Волошин участвовал в восстановлении разрушенного в годы Гражданской войны народного хозяйства города Таганрога, прошел путь от рабочего металлургического завода до главного энергетика таганрогского кожевенного завода. В 1938 году члена ВКП(б) Ф.И. Волошина назначают директором городской электроподстанции. 
Когда началась Великая Отечественная война, дед призыву не подлежал — как по возрасту, так и по состоянию здоровья. Одиннадцатого октября 1943 года, за шесть дней до оккупации, он с семьей эвакуируется из города. 
В феврале 1943 года его отзывают в распоряжение ЦК ВКП(б). К сожалению, неизвестно, какое задание центрального органа партии он выполнял, но в сентябре его направляют в Таганрог для восстановления разрушенного войной городского электрохозяйства. В Таганрог он прибыл из Ростова первым поездом, пущенным после освобождения города, и вновь возглавил городскую электроподстанцию, вскоре переименованную в «Горэлектросеть». 
В домашнем архиве сохранились документы о награждении Ф.И. Волошина медалью «За доблестный труд в годы Великой Отечественной войны 1941 — 1945 гг.» и редким по тем временам знаком Министерства коммунального хозяйства РСФСР «Отличник коммунального хозяйства» за 1946 год. Сам знак затерялся в водовороте последующих событий. 
В октябре 1953 года в возрасте 58 лет Ф.И. Волошин умер во время сложной операции в железнодорожной больнице. До сих пор помню этот день, точнее, ночь, похороны и как все происходило. Спустя много лет отец рассказал мне один интересный эпизод из того скорбного дня.
Директор Таганрогской горэлектросети ФИ. Волошин. Фото 1952 года. 
— Поминать твоего деда пришло очень много людей, — рассказывал отец. — За столом произносили траурные речи, каждый хотел сказать что-то хорошее, вспоминали годы совместной работы. Я с Юрием (брат отца - В.В.) вышел во двор покурить. Вдруг слышу — в доме запели. Думаю: что за чертовщина, какие могут быть песни на поминках? Залетаю в комнату и вижу такую картину: сидит старая гвардия, с кем твой дедушка работал, дружил и много лет состоял в партии, утирают слезы и поют «Вы жертвою пали в борьбе роковой...». Я им говорю: «Что вы делаете, прекратите, вы же на поминках!». А они мне отвечают: «Дай, Толик, мы его проводим по-своему, по-большевистски» и запели «Варшавянку». Хотел я прекратить эту «самодеятельность», но вмешалась твоя бабушка и сказала: «Пусть поют, раз так у них принято». 
Но коль скоро я упомянул своего отца, то скажу несколько слов и о нем. Хотя высоких постов он никогда не занимал, отличался невиданной скромностью и всю жизнь «тянул лямку» рядового инженера. Но он принадлежал к Особой категории участников Великой Отечественной войны — блокадникам Ленинграда. 
Анатолий Волошин в 1939 году, после окончания девятого класса 29-й средней школы, по комсомольскому набору (в тот ГОД ЦК ВЛКСМ обратился к молодежи с призывом «Комсомолец — на флот!») пошел служить на флот. День 22 июня 1941 года застал его в Кронштадте, в учебном отряде Краснознаменного Балтийского флота. Все 900 дней блокады краснофлотец Волошин находился в осажденном Ленинграде. Иногда совсем обессилевших и не способных выполнять боевые задачи матросов отправляли «на подкормку» в Кронштадт или в госпиталь, а потом обратно в Ленинград. В годы блокады отец служил на станции размагничивания кораблей командиром отделения электриков. А после полного снятия блокады в составе отряда морских тральщиков в той же должности тралил акваторию Финского залива и Балтийского моря. После победы он еще два года очищал от мин фарватеры в водах освобожденной Польши и побежденной Германии. 
Старшина 2-й статьи А.Ф. Волошин. Фото24.05.1945 гола. 
Однажды из письма своей матери Анатолий узнал, что из эвакуации вернулась его школьная подруга Клава. И он написал ей письмо. Она ответила, и у молодых завязалась переписка. В 1947 году старшина II статьи А.Ф. Волошин демобилизовался и по приезду в Таганрог сразу пошел навестить девушку. Встречались они недолго и вскоре сыграли свадьбу. Особенно этому событию радовались родители Анатолия, которым молодая невестка пришлась по душе.

«Прокурор» Волошина 
Прокурором моя мать Клавдия Михайловна Волошина никогда не работала, поэтому это слово в заголовке взято в кавычки. Но жители Исполкомовского переулка и малознакомые люди почему-то называли ее «прокурором» или, как принято в просторечии, несколько пренебрежительно — «прокуроршей». Да, она работала в прокуратуре, но только следователем. Вот ее не совсем обычная история. 
Народный следователь прокуратуры Сталинского района K.M. Волошина. Фото 1952 года.
Стать следователем моя мать никогда не собиралась и даже в мыслях подобного не держала. Ей хотелось быть почтальоном, как героиня кинофильма «Волга-Волга» Стрелка. Но почтальоном она не стала.
Двадцать первого июня 1941 года на выпускном вечере в 29-й школе Клава Учитель (вот такая у нее была девичья фамилия) получила аттестат зрелости. А на следующий день началась война. Когда фронт подошел к Таганрогу, молодежь города стали возить на рытье окопов в пригородные районы и села. Буквально за три дня до захвата города немецкими войсками отец Клавы, кадровый работник таганрогского пивзавода, разыскал дочь «на окопах» и увез в Таганрог. Затем вся семья эвакуировалась в Махачкалу, Баку, а оттуда в Красноводск. 
В Красноводске девушка устроилась на работу уборщицей в железнодорожное депо. Однажды в депо ее заметил человек в форме военного железнодорожника. Увидев старательно работающую девушку, подошел к ней и стал интересоваться, кто она и откуда, какое у нее образование. Клава ответила: 
«Я из Таганрога, окончила десятилетку». Он очень удивился: 
— Как, у вас десятилетнее образование, а вы тут метете?! Приходите завтра в контору, мы подберем вам другую работу. 
На следующий день ее перевели на должность секретаря-исполнителя железнодорожной прокуратуры. С первых дней Клава стала осваивать делопроизводство, разносила почту по инстанциям, вникала в суть уголовных дел, училась печатать на пишущей машинке. Через год ей стали поручать несложные уголовные дела, связанные с мелкими кражами на железной дороге, мелким хулиганством, и другие. И это притом, что она не имела юридического образования. За два года Клава приобрела некоторый опыт следственной практики, работая под началом опытных следователей.
А когда освободили Таганрог, ее семья засобиралась в родной город. Клаву ни за что не хотели отпускать, уговаривали остаться, сулили быстрый профессиональный рост и другие блага. Но ее отец получил вызов обратно в Таганрог для возобновления работы пивзавода. И они в мае 1944 года покинули гостеприимный Красноводск. 
Перед отъездом прокурор военной прокуратуры Красноводской железной дороги дал ей на руки рекомендательное письмо на имя прокурора города Таганрога с просьбой зачислить девушку в штат как имеющую опыт следственной работы. Это письмо до сих пор хранится в домашнем архиве. 
По прибытии в Таганрог девушка пошла к прокурору города Ю.П. Глазунову. Но вакансий на тот момент не оказалось, и ей предложили подождать некоторое время. Ждать пришлось недолго, и уже в июле 1944 года ее приняли на работу следователем по указным делам в прокуратуру Сталинского района. Это была особая категория уголовных дел, вводимая в правовой оборот Указами Президиума Верховного Совета СССР. Однако у нее по-прежнему отсутствовало юридическое образование. 
В сентябре 1946 года в Таганроге начала работать двухгодичная Ростовская юридическая школа, готовившая кадры для прокуратуры, адвокатских и нотариальных контор, судов и отделов соцобеспечения. Принимали в школу только по рекомендациям комсомольских, партийных или правоохранительных органов. Размещалась школа на втором этаже дома №27 по Гоголевскому переулку (бывший Дом колхозника). И следователь Волошина стала одним из первых ее слушателей. Высшее юридическое образование она получит только в 1958 году, окончив заочно Ростовский государственный университет.
В этом здании находилась Ростовская юридическая школа. 
После нескольких лет работы в прокуратуре Сталинского района ее переводят в прокуратуру Ленинского района, и тоже народным следователем. И только спустя десять лет ее назначают следователем (затем старшим следователем) городской прокуратуры. В те годы, чтобы попасть в прокуратуру, мало было иметь юридическое образование — принимали только тех, кто имел жизненный опыт и многолетнюю практику работы по специальности. Сегодня кадровая политика несколько изменилась, и иметь за плечами опыт работы в правоохранительных органах совсем не обязательно. В прокуратуру в наше время можно попасть прямо со студенческой скамьи, по протекции. 
В таганрогской городской прокуратуре Клавдия Михайловна Волошина проработала без малого сорок лет, а потом еще пятнадцать лет трудилась юрисконсультом в управлении здравоохранения города.
Ветеран органов прокуратуры K.M. Волошина неожиданно скончалась в марте 1998 года. Вечная ей память! 
Старший следователь прокуратуры г. Таганрога, младший советник юстиции K.M. Волошина. Фото 1971 года.
Историческое здание городской прокуратуры. Фото 1964 года.
В настоящее время в здании бывшей горпрокуратуры разместился юрфак ТИУЭ. Фото А.Н. Дульнева. 
Бей, барабан! 
Будет несправедливым, если не рассказать еще об одном жителе дома №28, родном брате моего отца — Юрии. Его тоже можно отнести в определенном смысле к легендарным личностям, но только в мире музыкальной культуры и городской богемы. Ему я посвятил отдельный рассказ, который вы найдете в третьей части книги. А здесь мы расскажем предысторию становления музыканта. 
Юрий Волошин родился 16 февраля 1928 года в Таганроге. Перед войной успел окончить шесть классов 29-й средней школы, а седьмой уже оканчивал в Фергане, куда их с мамой загнала война.
Будущий музыкант-ударник кинотеатра «Рот-Фронт» Юрии Волошин. Фото 1945 года.
В школе он учился так себе, и это притом, что обладал хорошей памятью и светлой головой. «Лень-матушка бежала впереди него» — так отзывалась о нем его мать. В школе он получил прозвище «Зибен» (от нем. Sieben — семь), и вот почему. Однажды на уроке немецкого языка Юра любезничал с соседкой по парте и совсем не слушал учительницу — Викторию Эдуардовну Зейб. Она заметила это и, подняв ученика с места, попросила повторить, о чем она только что говорила. 
Юрий молчал, как партизан. И тут кто-то из «доброжелателей» прошептал ему — зибен, и Юрий громко повторил — зибен. Класс содрогнулся от дикого хохота. Вместе со всеми смеялась и Виктория Эдуардовна. Еще в детстве у Юрия обнаружились музыкальные способности, которые следовало развивать, но помешала война. 
В доме Волошиных до войны стояло старое пианино, и на нем учили играть Юру. За это же пианино садился постучать по клавишам и пятилетний Вовочка Скуднов, живший в соседнем дворе, которого за ручку приводила бабушка Таня. Он взбирался на высокий круглый стул и с умным выражением лица начинал «играть». Все вокруг умилялись и от души смеялись, видя, как он старается изо всех сил. 
В Фергане Юрий получил навыки электрика и даже успел поработать учеником, но недолго, так как освободили Таганрог, и семья засобиралась домой. Вернувшись в Таганрог, Волошины не обнаружили в доме многих своих вещей, исчезло и старое пианино. И пришлось заново обзаводиться мебелью. Хорошо, что хоть квартиру никто не занял. 
Семья Волошиных вернулась из эвакуации в первых числах сентября. А в октябре 1943 года в кинотеатре «Октябрь» возобновил работу довоенный джаз-оркестр, и стали набирать музыкантов. Юрий пошел к руководителю оркестра Капитону Никоновичу Ливадному попытать счастья, но ударник у них уже был, правда, мужчина в летах. Юрию предложили должность практиканта-ударника, на что он согласился. 
Почти два года Юрий работал учеником ударника. Играл перед вечерними киносеансами, на танцплощадке, которая находилась во дворе кинотеатра, на городских праздниках. Одновременно с барабаном осваивал и духовые инструменты. Так, из интереса. Но у него это здорово получалась. Сказывались врожденный музыкальный слух и способности.
Весной 1946 года подошло время отдать долг Родине — послужить в рядах Советской армии. Он оказался в той части новороссийской земли, которая через 35 лет будет греметь на всю страну. И каждый советский человек узнает про Малую землю и про то, как на ней воевал полковой комиссар, будущий Генеральный секретарь ЦК КПСС Л.И. Брежнев. Но не будем отвлекаться. 
По прибытии в расположение части новичков стали расспрашивать, кто какой гражданской профессией владеет. И Юрий уже на законном основании заявил, что он музыкант, играет на барабане, но может и на духовых. И его зачислили в музкоманду полка, в которой он прослужил три года. За это время как музыкант он вырос на две головы. Каждый день играл на построении, днем репетиции, по выходным дням концерты или танцы в клубе части. Но самое главное — смотры-конкурсы. За каждую победу в конкурсе получал краткосрочный отпуск домой. Демобилизовался в 1949 году. В кинотеатр «Октябрь» он не вернулся, так как в джаз-оркестре кинотеатра «Рот Фронт» появилась вакансия ударника, и Юрий устроился на работу в новый коллектив. Но и со старым не расставался. В те годы ощущался недостаток в хороших музыкантах, знавших эстрадный репертуар. И музыканты бегали из одного кинотеатра в другой, успевая поиграть то в одном месте, то в другом. И, разумеется, получали двойной заработок. 
В «Рот Фронте» Юрий Волошин проработал более десяти лет. В 1960 году специальным постановлением Правительства джазовые коллективы в кинотеатрах городов ликвидировали «как класс». Их приравняли к тунеядцам, стилягам, получавшим нетрудовые доходы.
Перед началом вечернего киносеанса играет джаз-оркестр кинотеатра «Рот Фронт». За барабаном - Юрий Волошин. Фото 50-х годов. 
Насчет стиляг партийные бонзы не ошиблись. Юрий Волошин действительно считался одним из первых стиляг Таганрога. Средства позволяли одеваться красиво и модно. В те годы он носил желтые туфли на «каше», галстук немыслимой расцветки, пиджак с широкими плечами, светло-коричневое бобриковое пальто и ярко-зеленую фетровую шляпу. Но главный шик заключался в прическе — набриолиненном чубе. Музыканты-джазмены из кинотеатров «Рот Фронт» и «Октябрь» разбежались кто куда. Юрий устроился в оркестр ресторана «Волна» и еще лет десять виртуозно стучал палочками по барабану. 
Пока Юрий оставался молодым и востребованным, он находился в центре внимания «золотой» молодежи города. Его приглашали поиграть в любой музыкальный коллектив, на любые вечера и праздничные мероприятия. А в дни всенародных праздников «духовики» вообще были нарасхват. 
В свое время он женился на красивой, под стать ему, модной ростовчанке Людмиле Серганской. В 1954 году у них родился сын Сашенька. Но семейная жизнь не сложилась, они прожили вместе недолго. Людмиле надоели ночные кутежи мужа, и она, забрав сына, уехала с ним в Ленинград, где вторично вышла замуж. А Юрий продолжал жить все той же богемной, неудержимой жизнью. 
Он был кумиром для многих молодых, начинающих музыкантов, стремящихся освоить ударные инструменты. А поучиться у него было чему. Однажды его работу увидел (правильнее было бы сказать, услышал) преподаватель Московского института имени Гнесиных, находившийся в Таганроге в командировке. Подошел к нему, поинтересовался, какое у него образование. А когда услышал, что он фактически самоучка, очень удивился. Потом попросил отстучать несколько упражнений и ритмов из известных эстрадных произведений. И Юрий без запинки справился с заданием. С присущей ему легкостью и улыбкой он показал столичному гостю все что умел. Тот только развел руками и сказал: 
— Вам надо учиться, повышать квалификацию. Знаете что, приезжайте к нам в «гнесинку», и мы решим вопрос с вашим образованием. 
Юрий только посмеялся: ну какая может быть учеба, когда за тридцать пять перевалило. Да и деньги нужны для Москвы, а где их взять? Все свои заработки он с щедростью прогуливал с друзьями. 
Но время берет свое. И неизбежно наступает старость. В последние годы жизни Юрий сильно сдал и уже не был похож на того стильного красавца, по ком страдали многие женщины Таганрога. Из старых друзей почти никого не осталось. А с новыми можно было только выпить стакан-другой вина, как в молодости. Старейший музыкант города Юрий Федотович Волошин ушел из жизни 1 января 1999 года, чтобы встретиться на небесах со своей бывшей женой Людмилой и взрослым сыном Александром.
Comments