Мостовыя, спуски и древесныя насаждения

Филевский П.П. История Таганрога:
Мостовыя, спуски и древесныя насаждения.
Мостовыя на улицах есть принадлежность всякаго сколько нибудь благоустроеннаго города; в нашем же черноземном грунте, да еще с примесью глины, это положительно насущная потребность. Не говоря уже о затруднениях при перевозке тяжестей при наших осенних и весенних распутицах, но и для обыкновеннаго движения по городу мостовыя необходимы. Если же к этому прибавить важное гигиеническое и санитарное значение мостовой, предотвращающей пыль, разносящую по городу заразу, нечистоту и портящую зрение и препятствующей образованию болот в котловинах площадей и улиц; то устройство мостовых доростает до доказательства культурности страны.
Все лучшия, важнейшия начинания в Таганроге относятся ко времени учреждения градоначальства. Первые градоначальники это были не только начальники, но и отцы-радетели города. В 1803 году градоначальник Дашков с согласия местнаго общества установил для мощения улиц особенный сбор с призжающих в город и выезжающих из него подвод лошадей и волов по 1 коп. Однако же не смотря на этот сбор в 1806 году мостовых еще не было, поэтому барон Кампенгаузен приказав вымостить на главных двух улицах тротуары, приступил снова к вопросу замощения улиц, поручил подполковнику инженеру Дрейеру составить соображение и смету на мощение камнем улиц. Мощение предположено производить так: выстлав прежде пламмою здешним бутовым камнем, потом разбить таковой же камень на мелкие куски и ими защебенить промежутки крепко, затем навозить остающийся от построек кирпичный мусор или пропущенный чрез грохот песок, а после засыпать морским щебнем. Средину улицы предположено было поднять до 20 дюймов так, чтобы улица имела выпуклую поверхность. Канавы и тротуары должны быть по обеим сторонам улицы и выстланы камнем на извести. Ширина мостовой должна равняться 4 саженям, канавы 3 аршинам, тротуары 4 аршинам и обочины между канавой и Мостовой 2 аршинам. План этот был составлен еще ранее инженером Ефимовым и одобрен Дрейером, который в 1808 году составил следующую смету работам: устройство мостовых, тротуаров, прорытие одного крепостного бастиона и четырех равелинов, спусков к морю и площадей обойдется 724461 руб. 341/2 коп. На сколько было сделано соответственно составленной смете и плану нет определенных сведений; во всяком случае несомненно, что далеко не было выполнено предначертанное. Требовались большия средства, требовались искусные техники, а их и теперь мало; — что же было тогда? К тому же градоначальники не долго оставались на месте и переходили на другия большею частью высшия должности и не успевали закончить начатое дело, требовавшее времени для своего завершения. следующий градоначальник Папков продолжал дело мощения улиц; с этою целью он применил указ, изданный для города Твери и на основании его установил, чтобы фурщики, приезжающие в город, привозили камень или воз щебня с берега моря; неисполнивших этого распоряжения велено было штрафовать по гривне в день. Сбор этот под именем хрящеваго продолжался очень долго, постоянно возрастая, так что в 1820 году уже взималось по 30 коп. за несоблюдение постановления, о ввозе камня или хряща. Все время работами по устройству мостовых заведовал Строительный Комитет и только в 1847 году перешли они в ведение Мостового Комитета, состоявшаго под председательством градоначальника, но Комитет этот просуществовал не более двух лет.
Собирание натуральной повинности в пользу мостовой представляло большия затруднения и не могло правильно производиться, почему градоначальник Лавров в 1859 году возбудил ходатайство о переложении натуральной повинности в денежную по 12 к. за каждый воз и об учреждении в Таганроге особаго Комитета для наблюдения за этим сбором и за устройством мостовых. Bcледствиe этого ходатайства состоялось высочайше утвержденное 28 ноября 1860 года мнение Государственнаго Совета, вошедшее в продолж. законов 1863 г. в изменение ст. 288 уст. стр. т. XII следующаго содержания: «извозчик, привозящий в г. Таганрог и вывозящий из онаго сухим путем товарную кладь должен в каждый приезд один раз или привезти воз щебня или уплатить 12 коп. в пользу города, который взамен сего обязывается пускать на свои пастбища безденежно лошадей извозчиков, отбывающих эту повинность». Этим же законом было разрешено городу учредить Комитет для мощения улиц из городских обывателей.
С открытием в 1869 году движения по железной дороге к Таганрогу, мостовой сбор естественно стал уменьшаться, потому что ввозилась в город главным образом пшеница, которая теперь шла на подводах только из ближайших мест. Этот сбор в 1872 году не превышал 4500 руб. В силу этого новое городское управление 30 марта 1873 года возбудило ходатайство о переложении этого сбора на отпускной хлеб за границу по примеру Одессы, в размере 1/2 коп. с пуда. Переписка по этому делу велась очень долго и в обширном размере и наконец состоялось высочайше утвержденное 18 декабря 1879 года мнение Государственнаго Совета об установлении некоторым городам, в том числе и Таганрогу, временнаго сбора с отвозных за границу товаров по 1/2 коп. с пуда с целью устройства портовых сооружении и мостовых; вместе с этим, конечно, отменен хрящевой сбор.
Новый сбор с отвозимых товаров дал возможность производить замощением камнем крепкой породы, отделанным в более или менее правильные кубы, что делало мостовую крепкой, спокойной для езды и менее подвергающей ломки ломовыя дроги. Для наблюдения за работами в 1879 году была избрана особая коммиссия. В течение времени с 1880 года по 1895 в пользу города поступило 1/2 копеечнаго сбора 1067277 руб. 54 коп. На эти средства замощены следующия улицы и переулки:
                            протяжение           стоимость 
Петровская               6122,70 квадр. саж.      75768 р. 41 к.
Греческая                3928,97 -—               48621 „ — „
Николаевская             5054,29 -—               59517 „ 95 „
Иерусалимская            6766,01 -—               83729 „ 37 „
Александровская          4446,26 -—               52044 „ 15 „
Гимназическая            635 — -—                 7859 „ 12 „
Елизаветинская           862,20 -—                9745 „ 09 „
Митрофановская           672,65 -—                8329 „ 49 „
Екатерининская           803,26 -—                7965 „ 12 „
Мало-Кампепгаузенский с 
частью Гимназической.    1641,86 -—               16856 „ 83 „
Михайловская заготовка 
материала                -— -—                    1518 „ 57 „
Дворцовый пер.           977,60 -—                12097 „ 80 „
Успенский                1730,61 -—               21416 „ 29 „
Коммерческий             2507,92 -—               30476 „ 76 „
Депальдовский            2181,35 -—               23476 „ 30 „
Итальянский              3056,93 -—               17829 , 50 „
Варвациевский            1358,28 -—               16808 „ 71 „
Полицейский              1626,85 -—               20132 „ 26 „
Большой Биржевой         877,99 -—                10865 „ 12 „
Соборный                 1028,64 -—               12729 „ 42 „
Садовый                  375 — -—                 4640 „ 62 ,
Кампенгаузенский         1201,27 -—               14865 „ 71 „
Ярмарочный               2042,33 -—               25273 „ 83 „
Кладбищенский            579,68 -—                7173 „ 54 „
Соединение кладбищенскаго 
пер. с товарным двором 
железной дороги.         921 — -—                 11397 „ 37 „
Воронцовский спуск       1178,74 -—               14586 „ 91 „
Большой биржевой         1157 — -—                14041 „ 56 „
----------------------------------------------------------------
Всего                    53734,39 -—              651407 „ 25 „

Устройство спусков, как и устройство мостовых в Таганроге имеет важное значение для благосостояния населения, потому что полуостров, на котором расположен Таганрог везде, кроме Касперовки круто спадает к морю и имеет глинистый грунт, что делает съезд по морю во время грязи в высшей степени трудным и иногда невозможным, а между тем население города тяготеет к морю: туда везут ломовые извощики всевозможные грузы, по спускам поднимаются в город с рыбным грузом рыбаки, наконец жители окраин пользуются морскою водою в домашнем обиходе. 
Важнейший из спусков Воронцовский, ведущий в гавань. Этим спуском позже других стали пользоваться граждане Таганрога и назывался он Азовским и еще в 1834 году по нем проложена мостовая, на что было израсходовано 5208 руб. 60 коп. и в связи с набережною стал называться Воронцовским; на сколько это название справедливо, не будем теперь говорить. При устройстве мостовых из крепкаго камня, таковая была проложена и по нем. Постройка большого биржевого спуска, надо полагать, относится ко времени учреждения в Таганроге таможни т. е. до 1776 г., так как здесь было центральное место вывозной торговли и здесь его устроить было легче. Вымощен он был в 1829 году, а в 1853 г., он был улучшен на средства таганрогскаго купечества в размере 7442 р. 60 к., при чем его назвали Ливеновским в честь градоначальника, но название это не привилось. В 1894 году он снова был перемощен камнем крепкой породы.
Когда устроен спуск на биржу, называемый иногда Варвациевским, определенно сказать нельзя, но надо думать в 1774 году на том основании, что городской форштадт, по которому проходит этот спуск, прежде всего был отведен комендантом в 1773 году для поселения греков, прибывавших в Таганрог. Впервые он был вымощен в 1840 г., на что употреблено 963 р. 57 к.
Банный спуск был устроен в 1833 по распоряжению градоначальника барона Франка хозяйственным способом городским головою Ставком Вальяно за 5208 р. 60 к., из сумм 10% таможеннаго сбора. Название этого спуска произошло от бань торговых, которыя находились на площадке перед спуском и были устроены еще. в 1812 г. женою капрала Анохиною; ныне это место принадлежит Куличенко.
О первоначальном устройстве Николаевскаго спуска положительных сведений нет; они исчезают в мраке далекаго прошлаго; принимая же во внимание местоположение крепости — этого ядра Таганрога, следует отнести его происхождение ко времени образования города. Вблизи спуска существовало адмиралтейство, следы котораго остаются и до сих пор около спуска и называется эта местность адмиралтейскою слободкою. Несомненно, этим спуском поднимался на высоты Таганьяго рога а великий основатель города Петр Великий. В 1836 году спуск этот вымощен камнем, что обошлось в 9991 р. 67 к., расход отнесен на 10% таможенный сбор.
Мало-биржевой спуск за городским садом по просьбе барона Кампенгаузена и с разрешения владелицы Касперовой был устроен в 1808 году на земле Касперовой для проезда на биржу, почему и показан в плане города 1808 года; с проведением железной дороги в гавань спуск был уничтожен; но Правительствующий Сенат указом 15 сентября 1869 восстановил эту дорогу к морю по земле Касперова.
Вопрос о проведении Кампенгаузенскаго спуска возник в 1864 г и для этой цели были куплены дворы, владеть которыми оказалось необходимым для устройства спуска к морю. Но дело на том и стало. В 1873 году это дело снова всплыло и Управа поручила архитектору составить плане и смету этого сооружения. План и смета составлялись около четырех лет и были окончены в 1877 году, при чем расход был исчислен в 25460 руб., но дело все таки не подвигалось вперед, пока член Управы Э.Н. Алафузов не взялся с редкой энергией и похвальным усердием и окончил его в течение одного года к 14 октября 1886 года. Спуск этот имеет длины 125 саж. и ширины 13 аршин. По берегу моря устроена каменная стена, затем лестница, два колодца ключевой воды, рельсовыя перила, а спуск вымощен камнем, израсходовано только 6962 руб. 97 к., что составляет менее третьей части сметы, составлявшейся четыре года.
Говоря о спусках, нельзя не упомянуть о каменной лестнице. По завещанию умершаго таганрогскаго купца Депальдо, его душеприказчики Ковалинский и Христо выстроили каменную лестницу и согласно завещанию сдали ее городу 14 сентября 1823 г. Постройка ея обошлась 15000 руб. Тогда Строительным Комитетом была поставлена сторожевая будка, а в сороковых годах солнечные часы.
Если мостовыя сооружения служат признаком культурности, то не менее того древесныя насаждения; они доставляют прохожему тень в летние жаркие дни, служат источником кислорода и составляют красоту города боле всяких дворцов и мавзолеев.
0бширнейшим и красивейшим из таковых насаждений — это городской сад, история котораго такая: градоначальник барон Кампенгаузен обратил внимание на то, что местная карантинная аптека покупает много таких лекарственных растений, которыя можно разводить с успехом на месте. В виду этого и по совету карантиннаго доктора Пищекова он предположил развести в Таганроге аптечный сад и 14 марта 1806 предложил карантинной конторе для разведения этого сада употребить на первое время остаток аптечной суммы 1605 года в количестве 1817 рублей, при чем добавил, что на содержание предположеннаго сада на будущее время должен служить этот же источник; прежде всего на предположенном для сада месте он предложил выстроить строение для сторожей и хранения разных инструментов. При следующих работах соблюдалась строжайшая экономия и изобретательность: доктор Пищеков принял на себя распорядительную часть, карантинные сторожа часть времени посвящали охране сада, для работ употреблены были арестанты. Обо всем этом градоначальник донес Министру Внутренних Дел, присовокупив, что по плану землемера Шаржинскаго четыре квартала сада будут засажены фруктовыми деревьями и виноградниками, а посредине будет устроена беседка.
Для посадки деревьев в городском саду он приторговал 1000 деревьев фруктовых у Курскаго мещанина Махова, который их обязался доставить в Таганрог к 15 октября 1806 года двухлетняго возраста, окулированных сортов следующих: яблони 600 штук, дуль и бергамот по 200 шт., малины белой и красной 100 кустов; весною же Махов должен был доставить: 900 шт. рябины и 100 шт. черемухи. Для посадки же по аллеям декоративных деревьев изъявили желание доставить безвозмездно соседние помещики Платов, Коваленский, Трандафилов, Альфераки и др. Дикия же породы ясени и др. были получены из Леонтьевских банок. Все это своевременно было выполнено. Сначала сад разводился без садовника одним из карантинных служащих, а в 1807 году был нанят садовник грек Манойло Ласкараки по 20 руб. в месяц. На устройство сада в 1806 году было израсходовано 881 р. 86 к., и на два колодца 653 р. 67 к., а в 1807 году на сад 2738 р. 911/2 к., и на два колодца 1364 р. 581/2к. С 1808 года на содержание сада город стал отпускать 1765 руб. 61 коп. имея в виду, что климатическия условия Таганрога и грунт земли благоприятны для произростания лтекарственных трав и других растений, барон Кампенгаузен в июне месяце 1808 года возбудил ходатайство, о разведении в Таганроге в большом размере отдельнаго аптечнаго сада с целью снабжения казенных аптек лекарственными травами, для чего им приглашен профессор медико-хирургической академии ботаническаго сада Стефани с жалованьем 1000 руб., 500 руб. квартирных и подъемных 1000руб. На приведение в исполнение этого предположения последовало высочайшее разрешение 19 декабря того же года. Место для такого сада было назначено около карантина. Но предположение это не осуществилось вопервых потому, что Стефани не приехал, а затем и сам Кампенгаузен получил другое высшее назначение. Приемник же его Папков нашел, что для потребностей карантинной аптеки совершенно достаточно того, что-дает уже существующий аптечный сад, а потому по его представлению сделанное раньше постановление по высочайшему повелению в январе. 1812 года отменено. Аптекарский же сад ко времени вступления в должность Папкова давал следующее:
В 1809 году было собрано:
цвету простой ромашки 1392 ф.          835 р. 92 к.
цвету бузины 89 1/2 ф.                   85 »  44 » 
мяты 3001/2 ф.                         144 »  24 » 
травы остро-пестро 66 1/2 ф.             31 »  92 » 
травы матошника 68 1/2 ф. семян          28 »  38 » 
горчицы 50 ф.                           12 »   — » 
-------------------------------------------------------
                                      1137 р. 90 к.

Кроме того собрано семян цикория 50 ф., деревея 61/2 ф., чабру 21/2 ф., остро-пестро 3 ф., матошнику 15 ф., щавелю 5 ф., корня цикория 891/2 ф.

В 1810 году было собрано:
цвету простой ромашки 1425 1/2 ф.    885 р.30 к.
бузины 180 1/2 ф.                    173 » 28 » 
мяты 158 ф.                          75 » 84 » 
остро-пестро 71 ф.                   34 » 08 » 
корня цикория 305 ф.                109 » 80 »
-----------------------------------------------------
                                   1248 р. 30 к.

Цены были проставлены по утвержденной в 1800 году таксе. В заведывании садом градоначальник непосредственнаго участия не принимал, им заведывал Строительный Комитет, который, употребив 12119 руб. ассигнациями в 1817 году устроил кирпичную галлерею и беседку. Во время пребывания Александра Павловича в Таганроге граф Воронцов представил Государю проэкт разведения в Таганроге казеннаго сада с целью распространения садоводства в этом краю, на каковой предмет предоставил обстоятельную смету в 11500 руб. единовременнаго расхода и 6000 руб. каждогоднего; предполагалось по его плану присылать сюда по 15 учеников из воспитательнаго дома.
Разсмотрев этот проект и имея в виду, что Таганрог уже имеет городской сад, Александр Павлович для улучшения этого сада распорядился единовременный расход в 11500 руб. принять на счет своего кабинета, а ежегодный в 6000 на счет казны, по поводу чего и состоялся 24 октября 1825 года журнал комитета министров.
Из всего этого видно, что сад уже был в это время на столько привлекателен, что обратил на себя внимание Александра Павловича, совершавшаго сюда частыя прогулки и генерал-губернатора Новороссийскаго.
Таким образом сад перешол в ведение правительства и его стали называть казенным. В 1826 году сооружены были службы и необходимыя помещения, а в 1827 году ограда вокруг сада за 5700 руб. Оранжерея уже существовала с 1825; она была устроена за 12108 руб., чтобы доставлять зелень к императорскому столу. Воспитанники были командированы в 1826 г. из Киевскаго воспитательнаго дома в количестве 15 человек под надзором поручика Багнича, а садовником был назначен Эстерн, до котораго был Семенов. Деревья в сад доставлялись из Екатеринославскаго казеннаго сада за установленную плату. В 1826 году в саду было собрано одних фруктов на сумму 552 р. Таганрогский сад состоял в ведевнии казны до 25 марта 1841 года, когда он по высочайшему повелению отдан был городу, при чем содержание его было возложено на средства города, а заведывание поручено Строительному Комитету; ученики же отправлены в Екатеринославский казенный сад кроме двоих — Никифора Ильина и Григория Максимова, которые оставлены при Таганрогском саде. Документ последняго из них, выданный ему Думою 14 июня 1849 года, я имел случай видеть и снять копию; некоторыя места этого документа Григория Максимова живущаго и теперь в Таганроге и промышляющаго садоводством я нахожу небезъинтересным привести: «предъявитель сего Григорий Максимов, находившийся в учениках при Таганрогском саде, в ведении Таганрогской Думы состоящем, поступил в оный, как из дела упраздненнаго Таганрогскаго Строительнаго Комитета видно, по распоряжению Мин. Внут. Дел, из воспитанников Киевскаго приказа обществ. призр. в 1836 и на основании (перечислено несколько статей), уволен вовсе в отставку на собственное его пропитание с тем, что позволяется ему жить, где сам пожелает в России, во всяком городе и уезде заниматься приобретенными им познаниями по части садоводства и сверх сего всякое ремесло законами позволенное или работы и исправлять, а во время жительства вести себя честно и добропорядочно. Одеваться благопристойно, бороду брить, по миру не ходить и от всяких законам противных поступков всемерно воздерживаться и как гражданскому, так и местному начальству повиноваться и никому никак озлобления не делать под опасением наказания по сим государственных узаконений напротив чего и ему, Максимову, во уважение безпорочной службы и добропорядочнаго по отставке житья всякое доброхотство и вспоможение оказываемо быть имеет». Далее следуют приметы предъявителя паспорта и указания, кому паспорт должен предъявляться и заканчивается: «дан сей в благополучном городе Таганроге из Таганрогской Городской Думы с тем, что по смерти. его, Максимова, паспорт сей по начальству должен возвратить в Думу с пометою где и когда он помер». Подписали городской голова Травло, гласные Титов, Галанин, Шевченко.
С 1842 года сад перешол в ведение города, который на содержание его отпускал 1500 руб. в год. В 1844 году приглашен был садовник с жалованьем с 375 руб. в год Борис Уллершпергер и тогда же был устроен шелковичный завод и приглашен для этой цели мастер Ермолаев с жалованьем в 300 руб. в год. Но очевидно Дума тяготилась садом и потому в 1849 году был образован по ходатайству градоначальника садовый комитет, в состав котораго вошли: полковник Цельнер, таможенный чиновник Канивецкий, Марк Варваци, Антон Авьерино, Кобылин и Галани. Этот комитет вел дела сада до 1867 года. В течение этого времени, именно, в 1862 году по плану архитектора Трусова членом комитета Аргиропуло была сделана в высшей степени изящная, легкая и грациозная беседка, которую жители не совсем правильно называли «китайскою беседкою»; в этой беседке граждане чествовали обедом дорогого гостя 13 августа 1863 г., наследника престола Николая Александровича. В 1867 году по распоряжению градоначальника Шестакова сад перешол в ведение театральной дирекции, при чем градоначальник дал такую программу: «поддерживать в саду исключительно дикия деревья для тени, а все плантации виноградныя, ботаническия и огородныя уничтожить; цветы разводить только для украшения сада, а не для продажи». С введением новаго городового положения была избрана особая комиссия, управлявшая делами городского сада, а затем особое лицо.
По воспоминаниям старожилов и по изучению старых деревьев крепкой породы, частью погибших, частью же величаво красующихся и гордо подмявших свою могучую корону над дряблою молодежью можно заключить, что таганрогский сад был особенно роскошен, когда им заведовали специалисты садовники и когда, им занимались истинные любители природы, некоторые просвещенные администраторы. Любить сад, любить растительность — это не то, что устроить хорошую мостовую или построить доходное здание, здесь надо высшее эстетическое чувство, которое требует интеллектуальнаго развития, а его то и не было у тех лиц, которым в руки попадал сад. 
Но только роскошный до пятидесяти годов, он постепенно ухудшается; старыя деревья гибнут; их стали заменять бурьяном вроде канадскаго тополя. С весны же 1896 года начали рубить сад, шестидесятилетие ясени, дубы и клены свалили свои роскошныя короны и положили свои головы у ног дровосеков; на месте срубленных предположено садить молодыя деревья — что из этого выйдет, покажет нескорое будущее, но за погибших гигантов больно до слез.
Кроме сада в Таганроге и но городу встречается растительность, и в последнее время, очевидно, стали сознавать граждане города как пользу, так и красоту городской растительности. В некоторых местах города Городское Управление устроило бульвары как Воронцовский, Шестаковский, сквер у монумента Александра I, у мужской и женской гимназии; этот последний задуман был во всю длину Кампенгаузенскаго переулка до моря, но проведен только до Новаго базара и на том остановился.
Самыя улицы города представляют из себя роскошный бульвар, в особенности там, где домовладельцы поняли всю прелесть этого украшения. Великая, незабвенная заслуга в данном случае принадлежат полициймейстеру Петру Андреевичу Лохвицкому: он с неусыпной энергией и особенною любовью заботился о засаждении обочин улиц деревьями.
Окрестности города местами представляют открытую степь, местами же довольно богатую растительность; так напр. Дубовая роща вместе с многочисленными частными дачами представляет море зелени; ближе к городу так называемый Солдатский сад, где с разрешения города общество призрения неимущих в 1885 году устроило приют для стариков и старух, тоже представляет отрадный среди степной местности уголок.
Местность эта была по высочайшему повелению в 1825 году в размере 25 десятин отведена в пользование местному гарнизону и ею потом пользовались местныя войска до 1881 г. т. е. пока они здесь были, а затем сад и вся площадь снова были возвращены городу. Стоящая в Таганроге 5-я артиллерийская бригада пользуется землею, отведенною ею городом с южной стороны; эта местность перешла к городу от Драшковича и некоторое время служила дачею для детскаго приюта, пока этот последний не приобрел себе дачи на Миусе. Незначительный сад этой дачи был весьма улучшен управлением бригады и в особенности трудами офицера Г. X. Гиндры. Более интересную растительность представляет Елизаветинский парк. Парк этот был разбит садовником Эстерном по именно Александра Павловича для Императрицы. Парк представлял широкую аллею из липы, ясеня и кончалась кленом, по обрыву шла узкая аллейка обсаженная, любимою Императрицею, сиренью; по средине были ворота и широкая поперечная аллея, в конце которой к морскому обрыву расчищен был довольно большой круг, а побокам его были скамейки; с правой стороны в искусственной лощине была густая группа клена, ясеня и береста. Впрочем в настоящее время парк оставляет желать еще многаго.
Comments