Читы-Хыс

Музей – заповедник «Читы-Хыс»

Источник: Девяткин Г.В. Музей – заповедник «Читы-Хыс»./ Г.В. Девяткин.// Энциклопедия Республики Хакасия. В 2-х т./ Гл. редактор В.А. Кузьмин. – Красноярск: Поликор, 2007. – Т. 1: А-Н. – 432 с. – с. 397

Природно-археолого-этнографический музей-заповедник республиканского значения. Располагается в 30 км к северо-западу от Аскиз, в округе поселения Казановка (Аскизский р-н), в пределах трех высотных поясов — стенного, лесостепного и подтаежного. Образован Постановлением СМ РХ от 8.02.1996 №50 с целью сохранения культурного и природного наследия. Растительность мозаичная, степного и лесостепного типов. Отмечены эндемичные, реликтовые, редкие и исчезающие виды растений и животных, в т.ч. занесенные в Красные книги РФ и РХ. На территории сосредоточено огромное число памятников культуры: останки древних поселений, наскальные рисунки, культовые места, могильники, менгиры, др. рудники. В настоящее время описано более 1500 памятников древних культур. Музей-заповедник имеет уникальный комплекс строений — воссозданные заново жилища древних оби­тателей данных мест. Ведется работа по поиску древних памятников культуры, их описанию, паспортиза­ции и сохранению, эколого-просветительская деятельность. Музей входит в туристический маршрут «Золотое кольцо Саян». Значение природоохранное, научное, просветительское, рекреационное, историческое. На территории заповедника построена туристическая база "Казановка"

Турбаза «Казановка» построена по типу старинного хакасского поселения и состоит из двух десятков деревянных юрт

Источник: Еремин Л. Казановка: реальный мир мифов./ Леонид Еремин.// Сокровища культуры Хакасии./ гл. ред. А.М. Тарунов. – М.: НИИЦентр, 2008. – 512 с. – (Наследие народов Российской Федерации. Вып.10). - С.178-189

На территории музея-заповедника более двух тысяч памятников археологии. Самые ранние из них относятся к эпохе неолита, их «возраст» превышает 6 тысяч лет. Это — курганы, поминальники, могильные поля древних людей, построенные ими оросительные каналы, устройства горной металлургии, крепости. А также образцы духовной культуры — петроглифы, стелы, изваяния, предметы прикладного искусства.

ХУРТУЯХ-ХОЛ

Название лога Хуртуях-хол в переводе с хакасского означает «лог Священной Старухи». Словом «хуртуях» обычно также обозначают каменные изваяния. В Хуртуях-холе изваяний нет, и можно лишь предполагать: либо они там были, но не сохранились, либо так называли «личину» — изображение, выбитое на скалах около четырех тысяч лет назад.
По пути к «личине» встречаются наскальные рисунки. Одна из писаниц называется «Кони» — по преобладающему количеству изображений, связанных с темой коня.

"Кони"

Наскальные рисунки нанесены на гладкую поверхность камня. Трещины разделяют изобразительную плоскость на три части. Этот «триптих» расположен под каменным козырьком. Всего на камне выбито 64 изображения. Большинство рисунков создано в эпоху бронзы (ХII-Х вв. до н.э.).
В левом нижнем углу писаницы видна фигура дикой козы. В сторону животного летит стрела или дротик. Композицию завершает изображение охотника. Это классическая сцена охоты. Чуть выше хорошо видна фигура коня. «Объемное» изображение коня уникально. Другие кони выбиты в крайне примитивной манере — четырьмя линиями.
Из 64 изображений 42 посвящены теме коня. Это свидетельствует о том, что коневодство было основой жизни на протяжении тысячелетий. Кроме коней на каменной плоскости встречаются изображения домашних коз, овец, колесницы. Своеобразный «ключ» к пониманию того, что же все-таки изображено на скале, помещен в правом верхнем углу — это изображение собаки. Собака в мифах многих народов мира выполняет функцию охранника подземного мира. Скорее всего, перед нами мифический мир предков: он охотится в тайге на косулю, а на горных пастбищах мирно пасутся кони.
Скорее всего, эти наскальные рисунки связаны с обрядом жертвоприношения коня. В древности этот обряд применялся на всей территории Южной Сибири, но к началу XX столетия он сохранился только на Алтае. По описаниям, сделанным в конце XIX века, обряд жертвоприношения имел четкую структуру. На вершине родовой горы, почитавшейся как место обитания духа-покровителя рода, собирался народ; здесь разжигали костер и приносили в жертву коня. Часть мяса сжигали в костре, а часть съедали, «разделяя» трапезу с умершими родственниками. Шкуру коня с головой, хвостом и копытами надевали на шест, который втыкали рядом с костром.
На писанице легко заметить три детали: голову, хвост и копыта. Можно предположить, что здесь изображены не кони, а их чучела. По убеждению древних людей, кони, принесенные в жертву в этом мире, мирно пасутся на пастбищах мира предков...

"Личина". II тыс. до н.э.

Неподалеку от «коней» выбито изображение, напоминающее человеческое лицо, — «Личина». Возраст этого памятника — около четырех тысяч лет. Хорошо видны глаза, нос, обозначенный двумя полосами, глубокая щель рта. Это изображение не одиноко. Вокруг личины охрой нанесено одиннадцать крестов. Возможно, так обозначались души умерших предков. Автор рисунка замечательно использовал естественные трещины для создания изображений.
Легко обнаружить, что личина покоится на спине быка, изображение которого получилось из трещин.
Кроме того, размещая личину, древний жрец учитывал даже неоднородность цвета скалы, так, что над головой личины образовалось «сияние» — от красного к желтому.
Возникновение и развитие археологической окуневской культуры (рубеж III—II тыс. до н.э.), к которой относится личина, признаны одной из величайших мировых загадок. Памятники того времени — одно из наиболее ярких явлений в культуре Сибири эпохи ранней бронзы. Неведомый народ создал неповторимую изобразительную культуру, где каждое изваяние — миф.
Одним из наиболее почитаемых существ считался бык-корова. Вселенная же делилась на три части: небесную, земную и подземную. Мифологические представления окуневцев, выраженные в изваяниях, были сложными. Места, где располагали личину, не были случайными. Вертикальная скала с изображениями и пологий склон создают удивительный акустический эффект: все звуки, произведенные у личины, по мере удаления вверх по склону усиливаются. Этот природный «рупор» всегда использовался древними людьми при проведении обрядов.
У подножия скалы видны остатки каменной конструкции. Может, это погребение, а может — остатки древнего алтаря, где стоял жрец и в окружении соплеменников возносил молитву небу и скалам, разносившуюся по долине Хуртуях-хол.

"Следы"

Буквально в 50 метрах к западу от личины обнаружен еще один храм под открытым небом — писаница «Следы». На каменной плоскости под козырьком выбиты изображения 26 следов копыт лошади. Подобные изображение известны еще со времен неолита. Но эти петроглифы были созданы «всего» около трехсот лет назад. По фольклорным сведениям, изображения следов имеет прямое отношение к хакасскому культу посвящения — изыху.
Изыхом мог быть бык или козел, но чаще всего это был конь. Каждый хакасский род имел жертвенное животное своей масти: позырах (рыжий), хара (черный), ах (белый) и так далее. Как правило, изых имел какую-нибудь особенную отметину.
Сам обряд заключался в следующем: собирался род вокруг родового дерева (например, для местного рода томнар таким деревом является тыт — лиственница), приводили изыха и посвящали его горному духу. Коня окуривали дымом травы ирбен оды — чабреца, брызгали на него айраном (кисломолочным напитком) и кропили кровью принесенного в жертву белого ягненка с черной головой. После этого шаман отвязывал от своего бубна несколько разноцветных ленточек-чалама и вплетал их в хвост и гриву изыха. Коню повязывали на шею бронзовый или серебряный колокольчик и отпускали пастись в стадо. С этого момента считалось, что стадо находится под покровительством горного духа.
В конце обряда шаман выбивал на камне очередное изображение следа копыта лошади. В дальнейшем в случае массового падежа скота шаман проводил обряд жертвоприно
шения, чем «напоминал» духу о его обязательствах, подновлял изображение следа.
На некотором отдалении от писаницы «Следы» на отвесной скале находятся четыре изображения сибирских косуль. Наиболее эффектно изображение, выбитое отдельно от остальных, — животное, раненное стрелой или коротким копьем в переднюю ногу. Остальные три изображения сделаны на наклонной плоскости, расположенной чуть выше человеческого роста. Одна из косуль также ранена в переднюю ногу. Можно сказать, что это не просто изображения диких животных, а воплощение образа добычи.
Видимо, на этом месте проходили «пограничные» обряды кормления горных духов древними охотниками, которые обращались к духу-покровителю с просьбой о помощи в предстоящей охоте.
Вблизи от писаницы «Косули» виден небольшой скальный уступ. Верхняя часть скалы оформлена рукой человека таким образом, что две плоскости расположены практически перпендикулярно. На западной плоскости хорошо видны изображения двух оленей. Судя по стилю, эти рисунки появились здесь около 2,5 тысячи лет назад. В этот период на гигантской территории Евразии владычествовали скифы. На протяжении нескольких столетий скифские художники изображали в разных позах животных — оленя, лося, коня, орла, а еще медведя, кабана, барса, волка...
В правой верхней части плоскости изображен крупный марал с мощными рогами. При этом была использована естественная трещина, над которой выбиты шесть отростков. На спине оленя «едет» человекоподобная фигура. Такие композиции связаны с представлениями о жизни горных духов, которые в преданиях хакасов, подобно людям, занимаются скотоводством. Правда «скот» горных духов — это дикие звери, а их «кони» — олени. Гораздо реже изображались на спине оленей шаманы с бубнами. В данном случае олень появился на скале в VI-V веках до н.э., а всадник на его спине, скорее всего, между XVII-XIX веками.
Чуть ниже в левой части плоскости выбит еще один олень. Он чуть меньше, но гораздо изящнее. Рога оленя состоят из пяти отростков, что свидетельствует о его подчиненности старшему собрату. Северная плоскость полностью заросла лишайником, сквозь который угадывается еще одна композиция: всадник с бубном на коне.

Изых (жертвенный конь) и бубен

Трудно сказать, каким обрядам были посвящены изображения оленей в скифскую эпоху. В более поздний период это место, скорее всего, использовалось для камланий. Шаман «приглашал» для общения духа-покровителя рода, призывал решить насущные проблемы родственников, а возможно, вел с другими шаманами магические войны или же восстанавливал утраченные силы.
Недалеко от «Оленей», у вершины невысокого холма, можно обнаружить скальный уступ. На плоскости видны сделанные относительно недавно выбивки. Часть изображений не завершена. Но два рисунка вполне читаемы. Один напоминает миску с чертой над верхним краем, другой — похож на вилы. Скорее всего, это родовой знак — тамга, обозначающий духа-покровителя определенного рода, и, видимо, отсюда начинались охотничьи угодья, границы которых надо было соблюдать при охоте.
В стороне от писаницы «Тамги», рядом с дорогой, притаилась невысокая скала. В средней части скалы выделяются две каменные плоскости, буквально полностью покрытые рисунками. На одной из этих плоскостей есть изображения быка, оленя, трех лосей. Подобные изображения появились около 4 тысяч лет назад, на рубеже III—II тысячелетий до н.э.
В обрядовой культуре народов Севера наиболее проработаны две темы — «Лось-предок» и «Лось — создатель мира». Изображение мчащегося во весь опор лося объясняется сменой дня и ночи. Божество верхнего мира — медведь гонится за богом нижнего мира — лосем. В зависимости от того, насколько успешна погоня, наступает на земле то царство верхнего мира — день, то нижнего — ночь. Скачущий лось, возможно, связан с предвестием темноты. При этом петроглифы лучше всего видны под косыми лучами заходящего солнца, а значит, предположение о взаимосвязи образа лося и наступления ночи имеет основание. Кроме того, в этой композиции есть еще два изображения. Лосенок, по спине которого «шагает» олень, не был завершен — видны только одна задняя и одна передняя ноги. Остальные конечности только обозначены несколькими точками. Сильное впечатление производит изображение в специально подготовленной нише «бюста» лося. Хорошо видна голова с торчащими ушами, морда и «борода», а туловище находится внутри скалы. Рисунок сделан столь реалистично, что возникает ощущение выходящего из скалы животного.
Плоскость пострадала от естественного разрушения, а сохранившиеся изображения сильно заросли лишайником. Под ним обнаружился фрагмент изображения быка: задняя часть туловища и рога. Голова и передние ноги животного исчезли вместе с частью скалы. Видимо, к досаде мастера, от неловкого удара пробойником о камень обрушилась часть скалы, увлекая за собой переднюю часть быка. Но, подумав, мастер нашел выход из положения, описав изображение быка вокруг лося.
До того места, где лог Хуртуях-хол поворачивает на северо-запад, повсюду видны следы обитания человека: поселения и могильники. За поворотом присутствие человека выражено только в наскальных рисунках и специально подготовленных местах проведения обрядов по обе стороны лога.
На вершине горы по правую сторону лога в 1996 году были найдены фрагменты глиняного сосуда VI-V веков до н.э. Возможно, это место использовалось для наблюдения за небесными светилами.
По левую сторону лога за скалами спряталась небольшая пещера, точнее, пещерный проем. Длина его около 50 метров, высота входа около 6 метров; есть еще маленький, высотой около метра, второй вход. В эпоху неолита пещера, возможно, использовалась как временное жилье в зимний период. Позднее, в тагарский период (2,5 тысячи лет назад), пещера была святилищем, о чем свидетельствуют остатки петроглифов на стенах пещеры.
Чуть менее тысячи лет назад она превратилась в кладбище.

Скала Тура-хая (Пес-хая)

Скала Тура-хая (Скала-крепость) внешне действительно напоминает искусственное укрепление. Есть у этой скалы и другое название — Пес-хая (Скала-печь). Скорее всего, второе название дано относительно недавно, потому что скала и правда напоминает печь, но русскую. Следовательно, эта ассоциация могла возникнуть у местного населения, когда оно уже хорошо познакомилось с русскими поселенцами.
Тура-хая — древнейшее на территории музея-заповедника святилище охотников. Все рисунки на этой скале посвящены теме диких животных.
Высота скалы около 80 метров, подъем удобен только с одной стороны. Это место идеально подходит для длительной обороны, что, возможно, и использовалось местными жителями в древности.
Изображение оленя появилось на скале относительно недавно — 200-300 лет назад — и может быть отнесено к «народным рисункам хакасов». Гораздо сложнее определить возраст косули и горного барана. По оценке одних специалистов, петроглифы были созданы в эпоху бронзы (IX-VIII вв. до н.э.), другие исследователи относят их к средневековью (Х-ХП вв.). И все-таки поза «настороженности» при изображении животных становится распространенной именно в средние века. Об этом говорит и оформление рогов у барана.
В дальнейшем путь идет в гору по вертикальному склону Тура-хая. У самой вершины скалы, в небольшой нише, нанесено изображение бегущей лосихи. Это самый ранний рисунок из всего скопления петроглифов в Музее-заповеднике. Лосиха выполнена в так называемом ангарском стиле. На Байкале такие рисунки датируются эпохой неолита, в Хакасско-Минусинской котловине — периодом ранней бронзы (III тыс. до н.э.). Несмотря на то что произведение не завершено (нет передней и задней ноги, и не обозначена линия живота), рисунок выполнен с большим художественным мастерством.

"Лось"

Обращает на себя внимание специально выбитая и шлифованная выемка в нижней части туловища. Так часто изображался плод у животных. Бегущая беременная лосиха — это сюжет известного мифа о гигантской лосихе, за которой гонится один из богов. Лосиха — это космос, ее неродившееся дитя — Земля. Когда бог ранит лосиху копьем, на Земле начинаются голод и болезни, но как только ей удается самой себя вылечить — возвращается благополучие. Так и бегут они друг за другом по небесному своду, и нет этой погоне конца.
Два скальных выступа рядом с рисунком оформлены невысокими каменными выкладками. Несомненно, это тоже храм под открытым небом. Рисунок, площадка для проведения обрядов, скала и даже небо — это все детали гигантского, больше любой египетской пирамиды, храма древних богов Сибири.
Пройдя от изображения лосихи вдоль вершины скалы, можно увидеть каменную плоскость, сплошь покрытую рисунками. Это самая большая группа изображений была создана между IV—III веками до н.э.
К тому же периоду относятся изображения взрослого и молодого оленей, а также совсем уж малышей — олененка и лосенка. Чуть выше этой группы животных буквально двумя кривыми линиями создан рисунок медведя. Скорее всего, он сделан уже в эпоху средневековья, может, даже позже.
Скалы Тура-хая — храм под открытым небом, который использовался как минимум на протяжении последних четырех с половиной тысяч лет.

Тура-Хая "Камлание шамана"

Недалеко от Тура-хая возвышается мощный скальный массив. На самой вершине скальника лет сто назад обрушился каменный навес. На свежем сколе в начале XX века появились изображения сцен шаманских камланий. Сами рисунки сделаны в разном стиле, но в одно время. В центре плоскости выбита крупная фигура шамана в головном уборе, в хакасской рубахе и сапогах. Четко виден профиль и глаз шамана, его бубен, зажатый в руке. В той же манере сделано еще одно изображение: незаконченный профиль и грудь человека. Чуть ниже сцена камлания изображена схематично: шаман прыгает с бубном в руках, рядом с ним фигура лежащего больного или мертвого человека. Есть еще одно изображение, по форме напоминающее римскую цифру I. Изображение ориентировано на гору Сахчах. По представлениям местных жителей именно через вершину этой горы в нижний мир отправляются души умерших. Можно предположить, что здесь когда-то проходили камлания шамана, который «спускался» в мир мертвых, после чего доводил до сведения живых подробности «жизни» умерших родственников.
На скале изображена одна из ипостасей души в виде знака «I». Сцена камлания молодого шамана у тела умершего предшественника выбита уже учеником. Сам шаман похоронен здесь же, под рисунками. Невысокая насыпь под скалой — это могила шамана.

Горный массив Хызыл-хая. "Турачах"

Горный массив Хызыл-хая в переводе означает «Красная скала». Под этим названием здесь подразумевается не одна скала, а скальные массивы и отдельные скалы. В северной части Хызыл-хая есть место, пользующееся у местного населения дурной славой, — Турачах, что означает «домик».
По представлениям жителей Казановки, именно в этом месте из скалы выходят наружу горные духи. Скалы раздвигаются, выпуская духов, и сдвигаются, когда духи возвращаются домой. Местный фольклор доносит до нас сведения о пропавших в этом месте людях. На всей протяженности скального массива в районе Турачах видны нагромождения упавших с вершины скальных обломков.
Южнее Турачах, рядом с дорогой, стоит стела из красного песчаника. Вся северная сторона стелы покрыта рисунками. Сверху вниз на плоскость нанесено 14 антропоморфных изображений. Петроглифы сделаны разными людьми, разными инструментами и в разное время. Можно предположить, что они появились около двух тысяч лет назад.
«Пляшущих человечков» на скалах и камнях курганов Хакасии очень много. Рядом с местами, где проводились обряды поклонения духу-покровителю рода, изображались горные духи. В непосредственной близости от мест, где проходили камлания, изображались шаманы.

"Шаман"

Обычно такие рисунки относятся к XIX-XX векам.
Самая многочисленная часть антропоморфных рисунков посвящена культу предков. Смерть как окончательное прекращение жизни в хакасской традиции отсутствует. После физической смерти человека одна из ипостасей его многосоставной души должна отправиться в нижний мир под начало «Хозяина подземного мира» — Юзют хана. Там она продолжает жить в кругу умерших ранее родственников. Жизнь в подземном мире ничем особенным от прежней жизни не отличается: люди работают, общаются, ссорятся и мирятся, отмечают праздники.
Если взглянуть на живописную долину реки Аскиз, то на другом берегу нетрудно увидеть родовое хакасское кладбище. Оно относится к роду ичеге. Зимой представители этого рода жили в долине Бай, невдалеке от Казановки. Там находилась их родовая гора — Азыр-тас.

Азыр-тас Гора

Летом они откочевывали к реке Аскиз. Возможно, изображение на этой скале — условный предок этого рода. Рядом со скалой проходили шаманские камлания, переносившие присутствующих в мир мертвых.
На левом берегу реки Аскиз до 1960-х годов возвышалась живописная скала Иней-тас (Каменная старуха). У этого места есть еще два названия — Иней-хая (Скала-старуха) и Иней-паары (Подножие Иней). Скала нависала над дорогой и по форме действительно напоминала женщину, одетую в хакасскую шубу — тон. Она считалась горой рода Майнагашевых и покровителем скота всего местного населения.
До середины 1950-х годов у скалы проходили таг таиг — обряды жертвоприношений горному духу, покровителю рода. После перехода с зимника на летник род собирался у подножия скалы. Алгысчи, самые уважаемые люди, приносили в жертву белую овцу с черной головой (по некоторым данным — черную овцу с белой шеей). Шкура овцы вместе с головой и копытами вывешивалась на березовой палке у костра. Часть мяса и определенные кости со словами благопожеланий горному духу сжигали на костре. Другую часть варили в котле и распределяли между родственниками.
Перед ритуальной трапезой мужчины отправлялись к родовому дереву — тыпныг агас — и повязывали на его ветви разноцветные ленточки-чалама. После возвращения мужчин остальные члены рода раскладывали на полосах бересты, сшитых между собой конским волосом, продукты и напитки. Обряд завершался общей трапезой.

Иней-тас (паары)

У самого подножия Иней-тас была расчищена и посыпана речным песком площадка, на которой стояло четырнадцать скульптур домашних животных. Быки, лошади, овцы были изготовлены из речной гальки и красного песчаника. Из них сохранились всего три фигурки. В фондах Минусинского музея с конца XIX века находятся конь и бык. Совершенно случайно в 1998 году еще одна фигурка коня была найдена сотрудником музея-заповедника Викторией Кулимеевой.
Перед тем как откочевать с летника на зимник (это происходило в октябре), кто-нибудь поднимался к подножию Иней-тас и ровно устанавливал скульптуры животных. После возращения с зимовки люди шли к скале, чтобы посмотреть, в каком состоянии находятся эти фигурки. Если стоят как стояли, значит, год будет благополучным, если некоторые упали, значит, и среди скота будет падеж и надо готовиться к худшему.
В самом начале 1960-х годов скала была разрушена.
Тем не менее Иней-тас все равно пользуется особым почитанием. Проходя или проезжая мимо этого места, местные жители обязательно делают сек-сек — дорожный обряд «кормления духов». Везде — на перевалах, у кладбища или рядом с особо значимыми местами, как считают хакасы, — необходимо остановиться, достать напиток (воду, айран, молоко) и налить его в какую-либо емкость. Потом, сорвав зеленую травинку, разбрызгать ею часть жидкости на четыре стороны. Произносятся слова благопожеланий местным духам. Завершается обряд подвязыванием лент-чалама к ветвям дерева или на культовую коновязь — сарчип. Раньше еще отрезали и «жертвовали» пуговицы с одежды, теперь им на смену пришли мелкие монетки.

Камень АХ-ТАС

На некотором удалении от скалы Иней-тас, в центре живописной долины Кюг, стоит одинокий камень из серого гранита — Ах-тас (Белый камень). Эта стела около двух метров высотой, треугольная в сечении, появилась здесь около четырех тысяч лет назад. Сложно определить время и причину ее создания.
Однако же удалось установить, что последние полторы тысячи лет этот камень используется среди местного населения для лечения различных болезней. Местные жители считают, что Ах-тас излечивает от отеков, нарушений сердечной деятельности, болезни крови.
Для этого нужно «покормить» камень, положив кусочки пищи, мелкие монетки или раскрошив табак. Затем на короткое время всем телом прижаться к камню, обхватив его руками. И сразу покинуть это место, так как надолго задерживаться здесь нежелательно. По местным поверьям, камень находится на тропе горных духов, которая выходит из лога и идет мимо стелы к реке Аскиз. В народе бытуют предания о людях, по недоразумению переночевавших рядом с Ах-тас и потому безвременно погибших.

Апсах-тас. Аар-таг

По легенде, в давние времена со стороны лога Кюг вышли Иней (Старуха) и Апсах (Старик) со своим народом. Дойдя до места, где сейчас стоит камень, они решили устроить здесь стойбище. Но стали спорить, в какой стороне ставить аал. Старуха указывает направо от горы Аар-таг, а старик — налево. Спорили они долго, и дошло дело до драки. В гневе Иней оттолкнула от себя старика, тот оступился, перелетел через реку Аскиз и упал на вершину горы Аар-таг. От обиды обратился старик в камень. И точно, на вершине горы возвышается удивительная скала, которую называют Апсах-тас (Каменный старик). Контуры этой скалы действительно напоминают сидящего человека. Старуха же, сотворив зло, долго без старика не прожила. Отошла она чуть в сторонку, присела на склон горы и тоже окаменела. Дети Иней и Апсаха, уважая волю родителей, расселились по всей местности. А в память о трагическом событии установили на месте раздора предков белый камень — Ах-тас.
Эта легенда не могла возникнуть ранее XVII века, когда с территории Горной Шории в эти места переселились предки многих местных жителей.
Камень использовали и в обряде «переименования» ребенка. Если дитя рождалось болезненным и долго не выздоравливало, считалось, что его преследуют злые духи. И тогда его нарекали вторым именем, которое, как правило, было ругательным: «дурак», «плешивый», «щенок», «лягушка» и так далее. Такое имя по представлениям предков не могло заинтересовать злых духов, поэтому они оставляли ребенка в покое. После выздоровления ребенку возвращалось его первоначальное имя, но, случалось, что имя-оберег хорошо подходило мальчику или девочке и закреплялось за ними до конца жизни. Такой обряд происходил у камня Апсах-тас. Невзрачный камень в долине Кюг оказался и храмом под открытым небом, и местом исцеления.

МОГИЛЬНИК АНЧИЛ-ЧОН

Совсем недалеко от этой стелы находится поселок Анчил-чон. Буквально это означает «охотники». Название поселку досталось в наследство от колхоза, который был создан здесь в начале 1930-х годов. На картах местности вплоть до 1970-х годов этот населенный пункт обозначался как Балганов аал. Местность здесь переходит от скалистых гор к степи. Долгое время именно такие участки считались идеальными для жизни охотников и скотоводов. Окрестности села Анчил-чон — одно из самых насыщенных памятниками археологии мест на территории музея-заповедника.
Могильнику Анчил-чон не повезло дважды. В 1960-е годы Бирикчульский леспромхоз провел через него дорогу на Бейку. А спустя несколько лет археологический комплекс был «разрезан» оросительным каналом. Полностью или частично было разрушено более двадцати погребений, возраст которых превышал 3 тысячи лет. Спасательные археологические раскопки проводились первым отрядом Средне-Енисейской археологической экспедиции из Санкт-Петербурга под руководством Н.А. Боковенко.
Могильник Анчил-чон представляет собой особый тип погребения и отличается от остальных. Здесь можно увидеть могилу в виде каменного ящика с круглой оградой из вертикально поставленных плиток или такое же по конструкции погребение, где ограда составлена из горизонтально положенных плит. Есть могилы в виде обычных ям, обложенных камнями. Тут же рядом — могилы в виде ям, но в «обрамлении» круглой ограды из вертикально стоящих плиток и каменные ящики с прямоугольной оградой.

Гора ХАЗЫН-ХЫР

Поблизости от могильника Анчил-чон, у подножия горы Хазын-хыр (Березовый хребет), находится великолепный памятник наскального искусства — писаница Хазын-хыр. Петроглифы выполнены в разных техниках, в различные эпохи, но раскрывают одну тему: историю происхождения религиозных представлений на хакасской земле.
Значительная часть каменной поверхности покрыта тончайшими штрихами. В технике гравировки нанесены изображения цветов и растительного орнамента. Композицию венчает изумительное по эстетике изображение жертвенной чаши в виде лотоса. 

Поверх гравировки много позже были выбиты изображения основных символов шаманизма: духов, шаманов, магических предметов, ирреальных существ, космогонических сюжетов.
Непросто определить время появления этих рисунков. По технике нанесения и стилю можно выделить четыре этапа их создания. Наиболее легко установить время создания изображений птиц и «лабиринтов» — это таштыкская эпоха (I-V вв.). Но дело в том, что эти рисунки нанесены на более ранние изображения цветов.

"Лотосы"

Практически все рисунки соответствуют изображениям на традиционных хакасских шаманских бубнах. Они передают устройство мироздания и описание обрядов, а, кроме того, представляют собой «карту» перемещений шамана по нижнему, среднему и верхнему мирам. В начале пути шаман поднимается по дереву, потом летит на птицах-хусхунах на небо.
Небо изображено в виде лодки. В нижней части лодки видна выбивка сооружения, расчерченного на клетки, возможно, это паскыс — лестница, по которой шаман поднимается на небо к Худаю (Богу). Еще одно предполагаемое значение сооружения — образ Вселенной. Внутри лодки находятся три божества. От пуповины одного из них отходит линия, которая соединяется с головой другого существа. Таким способом, скорее всего, подчеркивается родственная связь между ними.
Еще одно божество с бубном в руках является покровителем самого шамана. От него шаман получал указания об исполнении жертвоприношений, исцелении больного или освящении изыха. На соседней плоскости видны изображения пяти человеческих фигур с птичьими ногами. Это уже персонажи среднего мира — хара кизилер (черные люди), братья горного духа. В зависимости от настроения они могут приносить людям как вред, так и пользу. Являются хара кизилер людям чаще всего на закате, с западной стороны. Роста они с «всадника на коне», то есть около трех метров. Чаще всего встречи с братьями горного духа происходят на охоте в тайге. Если человек им понравится, то «черные люди» и зверя под выстрел выгонят, и тропу подскажут заблудившемуся, а если нет — погубят.
Благодаря наскальным рисункам горы Ха-зын-хыр удается соприкоснуться с таинственным и уже практически исчезнувшим явлением традиционной культуры — сибирским шаманизмом.

Могильник Читы-хыс

Недалеко от горы Хазын-хыр раскинулся величественный «город мертвых» — могильник Читы-хыс. Более 150 курганов, созданных около 2,5 тысяч лет назад, представляют внушительное зрелище. В лучах угасающего солнца камни курганов стоят подобно армии молчаливых воинов. У курганов Читы-хыс можно увидеть камни, напоминающие голову коня, человеческую фигуру, тагарский остроконечный шлем. Какое значение придавали создатели курганов месторасположению камней-«образов», пока не известно. Не дает ответа на этот вопрос и содержимое курганов. В устройстве подкурганных могил наблюдается разнообразие. Вероятно, погребальный обряд у сибирских скифов менялся каждые 3-4 поколения.
Значительная часть курганных камней покрыта рисунками разных эпох. Но более всего на камнях могильника Читы-хыс изображений эпохи бронзы. Около двухсот рисунков было нанесено на камни курганов между XVII и XX веками. Поздние петроглифы отличаются несколько небрежной изобразительной техникой, заметно использование образов хакасской этнографии и мотивов книжных иллюстраций.
Основные темы хакасских рисунков могильника Читы-хыс: предки, шаманизм, род (сеок). Шаманские рисунки сосредоточены в основном в восточной части могильника Читы-хыс. Наиболее яркий сюжет нанесен на угловой камень самого восточного в могильнике кургана. В левой руке шаман держит бубен, прижав его к груди. В правой руке, опущенной вниз, зажата колотушка. На него одета длинная хакасская рубаха. Рядом со стоящим шаманом лежит человек, руки которого сложены на груди. Скорее всего, на этом месте проходили обряды поклонения предкам. Такие места использовались шаманами для путешествия в мир мертвых. Необъяснимо значение изображений цветов, выполненных в стиле хакасского растительного орнамента.
На камнях могильника Читы-хыс помещено более шестидесяти тамг, многие из них до сих пор были практически не известны. Это родовые знаки Сунчугашевых, Угдыжековых (род суг карга), Ахпашевых (род томнар). Видимо, пастбища долины Читы-хыс, границы которых выделяли тамги, неоднократно переходили из рук в руки.
Могильники сибирских скифов расположены по всей долине Читы-хыс от берегов реки Аскиз и до речушек Бейка и База (около 70 кв. км).

Comments