История Абакана

В очень далекие времена заселили люди долину реки Абакан. 30—40 тысяч лет назад, а возможно и раньше, появился здесь человек, и с тех пор деятельность его не прекращалась. Как показывают археологические исследования, разные здесь были эпохи. Были периоды, когда производственная деятельность населения поднималась на очень высокий уровень, активно развивались горное дело, металлургия, многие виды ремесел, скотоводство, земледелие, проводились сложные ирригационные работы. Но были периоды угасания, жестоких опустошительных войн, запустения, когда все приходило в упадок, отодвигалось в своем развитии на сотни лет назад.

Землю Минусинской котловины часто называют «археологическим заповедником». Она хранит следы многих исторических событий. Здесь обнаружены многочисленные следы древних стоянок, поселений и крепостей, горные выработки, древние плавильни, остатки ирригационных сооружений, оросительных каналов, курганы и писаницы, многое другое.
Особенно интересны в этом отношении древние захоронения, которых в Минусинской котловине тысячи. Они встречаются в городах, поселках, вдоль дорог и каналов. Ими насыщена не только хакасская степь, но и многие районы южной части Красноярского края. Разные по величине и форме — от небольших земляных бугров и одиночных каменных стел до грандиозных курганов и каменных гробниц — они содержат в себе бесценную информацию о событиях и людях прошедших веков, позволяют составить представление о быте и культуре народов, о местах размещения их стоянок, размерах поселений, архитектуре строений, об успехах и трагедиях проживающих здесь когда-то людей.

Что касается самой территории города, то археологи находят здесь следы пребывания людей, начиная от каменного века и до более близких к нам исторических эпох. Это позволяет сделать вывод, что место расположения сегодняшнего Абакана было избрано людьми в очень давние времена. Так, по улице Набережной, вблизи старой церкви, в 1945 году обнаружены захоронения людей, проживавших здесь в начале второго тысячелетия до нашей эры. Рассказывая о раскопке, доктор исторических наук Я.И. Сунчугашев отмечает, что это были плоские, едва заметные курганы, обнесенные квадратной оградой из каменных плит, поставленных на ребро. Внутри ограды располагалось девять погребений, заключенных в каменные ящики. В ящиках — останки людей, предметы украшения и быта, в том числе различные сосуды, височные кольца, бусы из синего камня и небольшие костяные пластинки очень искусной работы.

Интересные находки обнаружены при раскопке кургана, располагавшегося в районе ТЭЦ Абаканвагонмаша. В его недрах найдены глиняные горшки, литые изображения горных баранов, бронзовый нож и кинжал, украшения из золота. Курган относится к так называемой тагарской культуре, существовавшей здесь в VII—II веках до новой эры.

В 1980—1984 годах профессором Л Р. Кызласовым на вершине горы Самохвал были вскрыты средневековые курганы X—XIV веков нашей эры. В курганах найдены останки воинов и многочисленные предметы: железные ножи, наконечники стрел, топоры, позолоченные бляхи поясных ремней, конской сбруи. Следы пребывания людей разных эпох обнаружены также при раскопке курганов в районе городской больницы, Дома политпросвещения, нефтебазы и многих других местах.

Место, где размещен сегодня Абакан, привлекало внимание людей по многим причинам. Возвышенности у реки, господствующие над равниной, были удобны для стоянок, создавали хорошие условия для обзора местности, своевременного обнаружения опасности. Близость рек и обилие озер открывали к тому же возможность добычи рыбы и охоты на водоплавающую дичь. Привольные степи, долины рек позволяли выгуливать стада лошадей, крупного и мелкого скота, заниматься земледелием, выращивать известные для того времени зерновые и овощные культуры.

Разной по интенсивности была жизнь на берегах реки Абакан. Но особенно высокого расцвета добились жители этой местности в период существования древнехакасского государства. Это государство зародилось на рубеже двух эпох, в канун новой эры, и существовало многие столетия. Как подчеркивал академик А. П. Окладников, (Окладников А. П. Ранняя история народов Сибири в свете ленинской теории национальных отношений. В кн.: В. И. Ленин и социальное преобразование в Сибири.— М.,  1974, с.  26) «первым в Северной Азии объединением... стало государство енисейских кыргызов, возникшее... в конце I тысячелетия до н. э. и дожившее до той тотальной катастрофы, которой было для всей Центральной Азии и Южной Сибири монгольское завоевание. Государство это существовало более тысячи лет».

Что это было за государство, в каких границах оно существовало, какова численность и структура его населения, как и кем оно управлялось — ответить на эти вопросы сейчас нелегко. Историки и археологи еще работают над их разрешением. Однако народная молва, предания, легенды, письменные источники доносят до нас из глубины веков некоторые сведения, события и факты.

В этой связи очень интересны труды великого азербайджанского поэта Низами Гянджеви (1141—1203). В своей замечательной поэме «Искандер-Намэ», рассказывая о подвигах Александра Македонского, о его походах и завоеваниях азиатских стран и народов, он необыкновенно ярко изобразил загадочную страну древних хакасов Хирхиз, ее традиции и нравы. Описывая поход Александра (Искандера) в Китай, он отмечает, что многие азиатские государства, в том числе и хырхизы (хакасы), пытались прийти на помощь китайскому правителю — хакану, когда над Китаем нависла угроза вторжения войск Александра Македонского. Но эта помощь не помогла.

Искандер покорил Китай, Индию и затем решил направить свои войска в страну Хирхиз, выступавшую некогда на стороне его врагов.

В песьи дни, воздымавшие облака пара,

В дни, когда даже камни смягчались от жара,—

Царь, в бессонных мечтаньях влекомый в Хирхиз,

Все не спал под мерцаньем полуночных риз.

Он решил приказать снова двинуться стану...

Пройдя пустыню, горные перевалы, а затем степи, войска оказались в прекрасной стране Хирхиз. Эта страна поразила Искандера, но особенно удивили его обычаи и порядки, о которых ему рассказывают сами жители.

Незлобивый народ. Мы верны небесам.

Что мы служим лишь правде — увидишь ты сам.

Если кто-то из нас в недостатке большом

Или малом, и если мы знаем о том.

Всем поделимся с ним. Мы считаем законом,

Чтоб никто и ни в чем не знаком был с уроном.

Мы имуществом нашим друг другу равны,

Равномерно богатства всем нам вручены.

В этой жизни мы все одинаково значим,

И у нас не смеются над чьим-нибудь плачем.

Мы не знаем воров, нам охрана в горах

Не нужна. Перед чем нам испытывать страх?

Не  научены мы,  о великий,  злословью.

Мы прощаем людей, к ним приходим с любовью.

Коль не справится кто-либо с делом своим,

Мы советов благих от  него  не  таим.

Не укажем дорог мы сомнительным людям.

Нет смутьянов у нас, крови лить мы не будем.

Делит горе друг с другом вся наша семья,

Мы и в радости каждой — Друг другу друзья.

Серебра мы не ценим и золота — тоже

Здесь они не в ходу и песка не дороже...

От природы, животного мира люди берут ровно столько, сколько нужно обществу. Жители рассказывают, что благоразумие, соблюдение чувства меры в питании открыли им секрет долголетия. Разумно их поведение и в дни скорби.

Угождения чрева не чтя никакого,

Мы не против напитков, не против жаркого.

Надо есть за столом, но не досыта есть.

Этот навык у всех в нашем городе есть.

Юный здесь не умрет. Нет здесь этой невзгоды.

Здесь умрет лишь проживший несчетные годы.

Слез над мертвым не лить — наш всегдашний

завет. Ведь от смертного дня в мире снадобья нет.

В стране высоко почитаются правдивость, честность, скромность, и только тот здесь может найти себе приют, кто приемлет эти законы:

Мы не скажем в лицо неправдивого слова,

За спиной ничего мы не скажем иного.

Мы скромны, мы чужих не касаемся дел.

Не шумим, если кто-либо лишнее съел.

Из пришельцев, о царь, тот останется с нами,

Кто воздержан, кто полон лишь чистыми снами.

Искандера покоряет высокая нравственность, мудрость людей этой земли. Он задумывается о смысле и цели своих походов...

О звериный мой нрав! Был я в пламени весь.

Научусь ли тому, что увидел я здесь?!

Если б ведать я мог о народе прекрасном,

Не кружил бы по миру в стремленье напрасном.

Описывая природу и достопримечательности страны Хирхиз, Низами, видимо, пользовался молвой, которая шла в ту пору о государстве, а также свидетельствами очевидцев, поскольку приводит довольно точное описание маршрутов и местности на пути из Китая в страну Хирхиз. (Кызласов Л. Р. Низами о древнехакасском государстве.— Сов. археология,  1968, № 4, с. 69—76).

Насколько описание нравов и обычаев соответствовало действительности, этот вопрос еще ждет своих исследователей. А пока хотелось бы отметить, что в начале XIII столетия хакасское государство сильно пострадало от монгольского нашествия, как смерч пронесшегося по его территории. В результате большая часть населения была истреблена, страна обезлюдела. Были разорены города и селения, сожжены сады, разрушены оросительные системы, вывезены культурные ценности, утрачена письменность. Веками создававшаяся цивилизация была практически полностью уничтожена.

В последующие столетия страна продолжала угасать. Этому способствовали и частые набеги соседних племен, они беспощадно грабили население, уводили скот, увозили материальные ценности, угоняли людей в рабство. Некогда цветущая страна постепенно исчезала с лица земли.

К XVII веку, к моменту прихода в этот край русских, здесь проживало всего несколько десятков тысяч человек — потомков сильного и прекрасного народа.

Ученый Гмелин, посетивший Минусинский край в 1739 году, оставил свои свидетельства. Называя местных жителей татарами, он отмечает, что наружность их должна показаться европейцу приятной. Они отличаются плотным телосложением. Среди них нелегко найти малорослых и слишком толстых — чаще всего встречаются худощавые. Они бодры и проворны, деловиты, обходительны и порядочные болтуны, но честные и искренние. В торговле, правда, приходится быть с ними осторожными.

К мертвым они хранят чувство благоговейно го уважения, в особенности почитают предков. С религиозной точки зрения они язычники: ни магометанам, ни монголам не удалось обратить их в свою веру. И христианскую религию они не приемлют, хотя не раз делались попытки обращения их в православие.

Жители владеют большим количеством скота, причем скот ходит совершенно без присмотра. Земледелием занимаются лишь для удовлетворения собственных нужд. С батраками обращаются сносно, дают им такую же одежду, какую носят сами, и не заставляют их ни в чем терпеть нужду. С русскими живут очень дружно. Всегда готовы оказать помощь в беде любому человеку, если считают его честным. Очень гостеприимны.

Как видим, поэтическая (у Низами) и научная (у Гмелина) характеристики хакасов во многом совпадают. Таким образом, спустя столетия нравы и обычаи продолжали сохраняться. (Ватин В. А. Минусинский край в XVIII веке (этюд по истории Сибири). Минусинск, 1913, с. 91-108).

Однако вернемся к периоду существования древнехакасского государства. Как показывают исследования, этот период отличался наиболее высоким уровнем общественной организации. В эти годы появляются устойчивые общины, создаются долговременные стоянки, постоянные населенные пункты.

Возможно, именно в эти годы на возвышенных местах в устье реки Абакан и появились поселения, названные впоследствии улусами Аткнин, Окунев, Бадьян Катых, село Усть-Абаканское и другие. Поселения эти отстояли друг от друга на расстоянии трех—пяти километров, и в период формирования города все вошли в его состав.

Даты зарождения улусов неизвестны, вместе с тем свидетельства очевидцев показывают, что в период, когда русские служилые люди начали посещать этот район, поселения здесь уже существовали. Упоминания об этом есть во многих документах, в том числе и донесениях атамана Василия Тюменцева и десятника Ивана Петрова, которые в 1616 году по поручению томского воеводы прошли по земле Хакасии и затем в «распросных речах» описали увиденное. Населенные пункты зафиксированы также в графических материалах, в частности на чертежах   местности,    выполненных красноярскими казаками в 1665 году, а также в    известной    «чертежной книге Сибири», составленной в 1701 году сибирским картографом Семеном Ульяновичем Ремезовым. Таким образом, поселения на месте сегодняшнего города появились давно. Но какое из них следует взять за основу города и какую дату следует считать годом его основания?

Ответ на первый вопрос особых трудностей не вызывает. Из девяти населенных пунктов, которые в наши дни вошли в состав города, право первенства отдается бывшему селу Усть-Абаканскому, так как именно оно в 1931 году было переименовано в город Абакан. (Это село нельзя путать с поселком Усть-Абакан, который был образован в 1945 году и является административным центром Усть-Абаканского района. Старое же село Усть-Абаканское размещалось на возвышенности в юго-восточной части города Абакана, на месте существующих сейчас улиц Абаканская, Набережная и других.

Вместе с тем основания относить себя к прародителям города имеют также улусы Аткнин, Окунев, Бадьян Катых, поселок станции Абакан, деревни Абаканец и Красный Абакан, поселки Нижняя Согра и Верхняя Согра и некоторые другие, вошедшие позднее в черту города.

Что касается даты основания города, то здесь много сложностей. В поисках ответа на этот вопрос приходится учитывать, что история многих древних хакасских поселений состоит как бы из двух этапов. Первый этап — до присоединения к России и второй — в составе русского государства. Некоторые ученые считают, что это произошло в 1581 году.

...С первых лет XVII века, когда были основаны Томский, а затем Красноярский остроги, казаки все чаще проникали в эти южные степи. Уже в 1616 году прошли по земле Хакасии и перевалили через Саянские горы, направляясь из Томска в ставку алтын-ханов, казачий атаман Василий Тюменец и десятник Иван Петров. Наблюдательные послы русского государя, возвратясь, отметили в «распросных листах» угнетенное положение местного населения: «Те де черные люди рады ныне чтоб с них ясак имал один государь, а не князья». В 1662 году казаки подтвердили со слов хакасов их желание «чтоб государь пожаловал велел тех кыргызских князцов смирить». Тирания местных феодалов была одной из причин мирного проникновения русских людей в южные степи. В 1665 году казаки уже смогли составить чертеж местности у устья реки Абакан.

После того как в 1670 году служилые люди отбросили конницу «князца» Иренака от стен красноярской крепости, начался последний этап их борьбы за эти земли. Перед лицом неотвратимого продвижения русских отрядов на юг джунгарские феодалы в 1703 году окончательно покидают степи Минусинской котловины, уводя с собой правящую верхушку местных племен. Оставшееся население миролюбиво встречает русских людей. В 1707 году по указу Петра I они ставят Абаканский острог, а через два года — последний в этих краях — Саянский, отодвигая далеко на юг новую границу Российского государства.

...Абаканский острог, макет которого стоит в местном музее, был основан на правобережье Енисея «за камнем Туран», на 60 км севернее города. Ныне его место находится на дне Красноярского моря. В 1770-х годах П.С. Паллас видел там «бедное развалившееся место, состоящее из одной деревянной церкви и малого числа жилых домов»51. Он отмечал, что территория острога «подвержена наводнению», что, скорее всего, явилось причиной того, что вскоре он вообще был заброшен.

... Просуществовала эта крепость недолго. В силу исторических событий Абакану досталось иное месторасположение - возвышенность горы Ах-Тигей, на которой уже давно располагался древний хакасский аал (на месте нынешних улиц Набережная, Нагорная, Мостовая). Жители предпочитали селиться за рекой — в деревне Абакано-Перевоз или в устье реки Абакан, где в XVII—XVIII веках стояло несколько хакасских юрт. В начале 19 века здесь осело несколько русских семей. Стали распахивать ближайшие земли, сеять зерновые, возделывать большие огородные участки. На этом-то месте и возникло село Усть-Абаканское. В 1823 году на картах Российской империи село уже обозначалось как населенный пункт.

 В 1823 году село Усть-Абакан стало административным центром хакасской Степной думы, призванной по новой реформе управлять «инородцами». В это время здесь уже стояла деревянная церковь и три избы, вокруг которых располагались юрты. Всего в селе значилось около ста пятидесяти человек.

В 1911 году, благодаря началу строительства железной дороги Абакан-Ачинск, появился привокзальный поселок.

В 1913 году село стало центром Усть-Абаканской волости Минусинского уезда. В 1925 - уезд преобразуется в национальный округ, а поселок переименован в Хакасск. Но это название не закрепилось. 20 января 1931 года поселок переименовали в город Абакан.

Источники:
Абакан: Город, в котором хочется жить!: Фотоальбом./ автор-сост. Ю. Кудряшов; фото Юрий Кудряшов, Владимир Азаренков; текст Татьяна Пискунова. - Красноярск: ООО ИПЦ «Платина», 2003. - 86 с.
Торосов В.М. Абакан./ В.М. Торосов. — Красноярск: Кн. изд-во, 1990,-240 с.

Comments