Дневник*

* Архив дневника со старого сайта.


08 июня 2010 г. 

С некоторых пор ловлю себя на желании задавать вопросы «гипотетическим читателям» моего дневника. Наверное, это следствие чтения Живого журнала (ЖЖ). Самое смешное, что уже в следующую минуту понимаю, что, задавая вопрос, не жду ответа. Мысленный вопрос – это попытка сравнить себя с другими, не такими как я. И даже если в чем-то я с ними совпаду, мы все равно в другом окажемся разными. Так что, кто бы эту запись не прочел, – не надо мне отвечать )). Это я так – сама с собой. 

Вот интересно, кто-нибудь, став «взрослым», продолжает бояться темноты? У меня, когда остаюсь в городе одна, возникает ритуал: перед тем, как ложиться спать, я закрываю дверь в комнату родителей. Потому что если я ночью пойду мимо в туалет (моя комната – в торце коридора), будет страшно, что из темноты пустой комнаты на меня кто-нибудь бросится. Причем, это не страх перед ворами. Я боюсь именно неведомого чудовища, которое прячется в темноте.


17 мая 2010 г. 


Почему-то часто вспоминаю детство. Нашу старую квартиру на Герцена, где мы жили вчетвером в одной комнате: папа, мама и я с братом. Как мама укладывает нас спать, читает книжку на ночь, гасит свет… Сколько мне лет? Пять-семь, не больше. Если я не могу сразу заснуть, то выползаю на кухню – попить воды. Для этого нужно пройти темную прихожую, открыть дверь на кухню и, щурясь от яркого света, услышать чуть ироничный голос бабушки: 

– О, явление Христа народу. 

И почувствовать на себе взгляды замолчавших взрослых, которым мое появление помешало говорить о чем-то своем. 

Странно, в детстве мне в голову не приходило доискиваться до смысла непонятной фразы. Казалось логичным, что раз кто-то выползает из темноты на свет, его появление просто обязано сопровождаться загадочным набором слов. Помню, какой неожиданностью было для меня открытие, что «явление Христа народу» – отсылка к определенному, причем, религиозному источнику… Но это случилось много позже. А в детстве я подобные «тарабарские» (еще одно бабушкино слово) фразы обожала. Коллекционировала их. И даже употребляла – к месту и не к месту. Точнее, в меру своего понимания того, что данная фраза подходит к ситуации. Кажется, эта привычка осталась во мне до сих пор: вставлять в речь или текст «что-то особенное», порой интуитивно догадываясь о смысле данного словосочетания. И пусть в половине случаев я «угадываю» неверно. Это по-прежнему не учит меня залезать в словари, потому что «так интереснее».


11 мая 2010 г. 

Написано от первого лица, но не надо воспринимать буквально )). 

Выстраивая планы, главное, не забывать, что любой из них может быть изменен. Нет, не так – любой план, словно волшебный замок Фата-Морганы, может задрожать и растаять. Словно волна слижет рисунок с влажного песка. Или от неосторожного движения рассыплется домик из кубиков... И придется начинать все с начала. Рисовать острой веточкой на песке, осторожно ставить друг на друга кубики. Выстраивая другой, казалось бы, идеальный план. Которому тоже, скорее всего, не дано исполниться... Но сегодня у меня не было времени уговаривать судьбу. Поэтому я присела на корточки перед обычной полевой ромашкой. И в ответ на просьбу она уронила в мою ладонь – тот, единственный лепесток, который остался бы, если бы я принялась, гадая, обрывать ее лепестки. И можно было не сомневаться, что этот лепесток особенный. На миг я сжала его в ладони. Потом разжала пальцы, позволяя лепестку взлететь. Вверх. Все выше и выше в небо. Я провожала его глазами, уверенная, что теперь меня услышат. Какая просьба может поместиться на лепестке ромашки? «Хочу…». Чего? Я сосредоточилась и крохотными черными буквами вывела: «Спасибо».


06 мая 2010 г. 

Ну вот я и побывала в Стокгольме. То есть, были и другие города – Хельсинки, Турку – дорога туда и обратно через Финляндию. Но ехала я именно в Стокгольм. И он оказался не таким, каким я его себе воображала – солнечным и на удивление доброжелательным. Я и дома не всегда чувствую себя своей, а тут – заграница. Но не было чувства, что тебя отторгают. Я могла быть неловкой, не знать местных правил, языка, но не чужой. Все-таки приятно влюбляться – в людей или в города – а потом понимать, что они намного глубже и интереснее того, что ты о них представлял. 

Понимаю, что две-три фотографии не передают очарования этого города, но я попробую )).

 
 



29 апреля 2010 г. 

Может быть, оттого что для меня любая поездка – событие, причем, событие, долго и тщательно планируемое, – мои романы с городами всегда начинались как романы виртуальные. Ну, про Львов говорить не буду, о наших отношениях не хочется упоминать вскользь. Да и не передать ту смесь нежности и легкой виноватости, которые я перед ним испытываю – так относиться можно только к самым близким: все кажется, что я им чего-то недодала. А вот роман с Трускавцом был, можно сказать, классическим – с поиском в сети отелей и карты города, с мысленными прогулками по улицам, которые никогда не видела. С тревогой и предвкушением – как оно там будет на самом деле? Что-то похожее сейчас повторяется со Стокгольмом. Нет, совсем другое, потому что города – совершенно разные. И все-таки знакомое, потому что это чувство «предварительной» влюбленности ни с чем не перепутаешь… Очень хочется верить, что мы друг друга не разочаруем.


21 апреля 2010 г. 

В понедельник была на концерте в кафе «Книги и кофе». Что это за место – объяснить сложно. У меня, наверное, не хватит нужных (точнее – правильных) слов. Просто есть в Питере такое «место встречи», которое организовал писатель Александр Николаевич Житинский. И я время от времени туда себя вытаскиваю. «Вытаскиваю» не потому, что там плохо: просто для того, чтобы выйти из дома, мне всегда нужно приложить определенные усилия. Такой уж я человек. Но, прочитав пару недель назад афишу «Книги и кофе», я решила, что на этот концерт пойду непременно. Собственно, выступали четыре «девушки», из которых я знала заочно одну – Асю Анистратенко. Потом, когда подбивала пойти со мной Свету Кельнер, выяснилось, что Света только что прочитала книгу еще одной выступавшей Марии Беркович «Нестрашный мир». И до сих пор пребывает под сильным впечатлением. Вот пишу и понимаю, что не умею я о таких вещах рассказывать – у меня «казенные» слова вылезают. И этими словами не рассказать, что мне было хорошо. Что я видела Александра Житинского. Что зал был переполнен, мест не хватало, и народ таскал из соседнего зала табуретки. И чувствовалось – многие друг друга знают: может быть, только мы со Светой «пришли с улицы». Обычно я сразу ощущаю себя чужой. А тут больше волновалась – как будут слушать. Я всегда, когда люди читают стихи, очень волнуюсь, потому что кожей ощущаю аудиторию: слушают или болтают, нравится или нет, понимают или всего лишь присутствуют. Кстати, когда слушаю чьи-то стихи, часто ловлю себя на мысли – а как слушали бы меня? И сама себе отвечаю – плохо слушали бы. Аудиторию нужно уметь «держать». И для выступлений нужно выбирать определенные стихи. У меня нет ни того, ни другого, как ни жаль. Хорошо, что у выступавших все это было. И аудитория это чувствовала. 

Мне нравится, когда люди волнуются, но заставляют себя шутить. Мне нравится, когда с первых слов понимаешь, что перед тобой хороший, добрый человек. Маша Беркович еще не начала читать стихи, а я уже почувствовала в ней что-то близкое. Какую-то невзрослость: то, что я всегда тщательно скрываю от окружающих. А тут человек не скрывал, и от этого становилось тревожно и хорошо. В общем, когда Маша закончила выступать, я решила, что следующее выступление мне не понравится. Но каждый следующий выступавший нравился мне не меньше предыдущего. И Ксения Букша, в которой ироничность где-то уступала место язвительности. И Ася Анистратенко, ради которой я пришла на этот концерт, чтобы лишний раз убедиться в том, что она очень хороший поэт. И Аля Кудряшева, может быть, не очень близкая мне «по духу», но мастерски читающая свои стихи и безусловно талантливая… Вот забавно, когда слушаешь мужчин-поэтов, всегда удивляешься, что любые стихи у них получаются гражданскими. Сейчас это слово стало почти ругательным. Но я имею в виду его хороший смысл. Мужчины как-то умеют выходить за рамки отношений двух людей, у них получаются стихи о мире. А вот женщины (и я – не исключение) о чем бы ни писали, – всегда получается очень личное и камерное. Любая мировая проблема имеет значение, только если пропущена через себя. Не знаю, чем это объяснить. Наверное, особенностью мужского и женского восприятия… На это закончу свой сумбурный рассказ.


29 марта 2010 г. 

Вот что получается вместо стихов, которые совершенно не пишутся. 


Женщина высыпала на стол яблочные семечки – крупные, темно-коричневые. Почему-то мне никак не удавалось сосчитать их количество. Не то пять, не то семь – каждый раз получалось по-разному. Я покосился на хозяйку. 

– Выбирай, – предложила она мне. 

Я скакнул вперед. Нацелился на самое крупное и вкусное. Тук. Острый клюв вонзился в дерево стола: на месте семечка оказалась пустота. От неожиданности я замер, потом отскочил, с негодованием обернувшись к женщине. Если бы она засмеялась, следующий удар пришелся бы по ее руке. Но она смотрела внимательно и серьезно: 

– С первого раза ни у кого не выходит. Попробуй еще. 

Тук. Еще одно семечко оказалось ненастоящим. Я встопорщил перья, уже не на шутку рассердившись. Еще миг – и я бы кинулся клевать эти заклятые семена одно за другим. 

Женщина будто угадала мое желание. Прикрыла семечки рукой: 

– Не торопись. Посмотри на них еще раз – повнимательнее. Иначе толку не будет. 

Ладонь отодвинулась. И семечки опять принялись искушать меня. Они были лоснящиеся, упругие. Я представил, какие они на вкус… И прикрыл глаза, сообразив, что сейчас опять схвачу пустоту. Склонил голову набок, пристально разглядывая ускользающее лакомство. И понял, что семечки разные. Одни – крупные, притягательные, такие же, как я выбирал до сих пор, другие – совсем обычные. Я выбрал самое невзрачное. Клюнул. И с удовлетворением ощутил на языке его горьковатую мякоть. 

– Молодец, – как собаку, погладила меня по голове женщина. 

Я не удержался и склевал еще одно зерно – теперь мне не составило труда отличить подделку от настоящего. И словно боясь моего нового взгляда, иллюзорные семечки задрожали и начали исчезать. 

– Ну, мне-то оставь что-нибудь, – рассмеялась женщина. Подхватила, перенесла меня на обычное место. Пока я независимо встряхивался, положила рядом нарезанное яблоко. Я с азартом принялся клевать его. Потом взглянул на стол. Там, где еще недавно лежала россыпь яблочных семечек, сейчас осталось одно. Женщина принесла глиняный горшок с землей, сунула семечко внутрь. Полила. Опять обернулась ко мне: 

– Спасибо. Ты помог мне выбрать самое удачливое из настоящего. Теперь подождем, что из него вырастет.


27 марта 2010 г.

Немного питерского марта –


http://goo.gl/YbdR1



10 марта 2010 г. 

Вот такая весенняя грусть. Продолжения, думаю, не будет. 


Вокруг безымянного пальца на левой руке у нее дважды обвивалась травянисто зеленая шерстяная нитка, завязанная узелком. Она, кажется, не замечала присутствия этого странного «колечка»: нитка мокла при мытье посуды, темнела и, высыхая, снова приобретала знакомый цвет. 

– По кому ты носишь траур? – не удержавшись, спросил я. 

– Траур? – удивилась она. 

Я кивком указал на нитку. Она тоже посмотрела на руку, словно впервые ее увидела: 

– По… одному дереву. Только оно не умерло, просто между нами больше нет связи. Я думала – хоть так… Вообще-то, это колечко никто не замечает, один ты обратил внимание. 

Еще какое-то время она оставалась неподвижной, потом принесла из комнаты листок бумаги. Миг – и нитка сгорала внутри листа, а на безымянном пальце осталась тонкая красная полоска. 

– Зачем? Я ведь только спросил. 

– А я решила освободиться… 

На следующее утро я виновато взглянул на ее руки. И вздрогнул: на том же пальце свивалась двумя кольцами другая – изумрудная зеленая нить.


22 февраля 2010 г. 

Почему-то всю жизнь выделяюсь. Никак это не спрятать и не замаскировать. Как будто все вокруг, например, розовые, а я – фиолетовая. И все отворачиваются или смотрят с опаской. И ходишь, желая одного, – спрятаться, забиться в угол. Где никто не видит, какого ты цвета. Одно спасает – рано или поздно встречаешь кого-то... нет, не фиолетового. Зеленого, например. С первого взгляда видно, что он не такой, как ты. Вы оба это видите. Но на общем розовом фоне ваши цвета кажутся... чуточку похожими. К тому же он прекрасно знает, что такое быть другим. И наступает короткое счастье.


21 февраля 2010 г. 

Мой виртуальный роман со Стокгольмом никак не хочет становиться реальным и взаимным. Второй раз откладывается поездка. Утешаю себя тем, что высшие сила – там, наверху – лучше меня знают, что зимой в Швеции мне делать нечего. Простужусь, разочаруюсь. А зачем им это надо? Вот когда наступит тепло... Так что – жду тепла, гуляя по картам и перебирая снимки полюбившегося города. И утешаю себя словами Михаила Щербакова: «Будет нам всего помногу, а не будет – пустяки...».


16 февраля 2010 г.      


Вот такого поймала вчера в объектив "зимующего" ангела. Так и хочется пошутить, что есть ангелы перелетные, а есть зимующие. И неизвестно, кому труднее. Зато этот ангел точно знает, что скоро весна. Недаром над ним такая синь.

 

08 февраля 2010 г. 

Через день – мой день рождения. Две четверки. Тоже, можно сказать, круглая дата. Ну, по крайней мере, симметричная. Как всегда перед днем рождения – средней степени тоска. И не потому, что я становлюсь «старше». Просто этот день, который я не без основания считаю «своим», до сих пор мне ни разу не удалось провести «как хочется». Это такая вот глупая мечта: отпраздновать день рождения в каком-нибудь незнакомом отеле. Вдвоем. И чтобы никто меня не поздравлял. И мне не нужно было стесняться всех этих слов, которые произносятся один раз в году. И я всегда сомневаюсь – а искренне ли они произносятся? Нет, конечно, несправедлива – на работе ко мне очень хорошо относятся. Но, видимо, я человек, для которого «официальные» мероприятия всегда мучительны. 

На площади Искусств, по которой мы с собакой гуляем каждый вечер, сняли с деревьев провода с иллюминацией. Веток поломали… В том числе на моих любимых каштанах. Я не удержалась – притащила домой охапку. Почки на ветках крупные, с ноготь величиной, чуть клейкие, тугие. Вот теперь жду – распустят каштановые ветки листочки или нет? И смеюсь, что сама себе подарила на день рождения букет. Букет из каштанов.


29 января 2010 г. 

Перегорела. Уже знакомое ощущение пустоты внутри. Вроде – и дома все в порядке, и на работе не очень суетно. Жизнь идет. А ощущение пустоты и неправильности не отпускает. И даже осознание того, что это пройдет со временем, не спасает. Почему-то вспоминается волшебник Мерлин (трилогия Мэри Стюарт). Правда, я люблю первые две книги «Хрустальный грот» и «Полые холмы». И часто их вспоминаю. У Мэри Стюарт Мерлин – обычный человек. Но наделенный даром слышать… Судьбу или Бога, не знаю. И этот дар приходит, когда захочет. А потом исчезает. И Мерлина начинают мучить сомнения – а был ли дар? Не придумал ли он все, что было?.. И пока дар не вернется – сомнения остаются. 



27 января 2010 г. 

День прибывает. Были у меня строчки, которые не стали стихотворением: 

Из дома выходить уже при свете, 
И приходить – еще не в полной тьме… 

Утром, когда иду на работу, небо синеет. А на востоке даже пытается голубеть. Не могу этому не радоваться: вечная темнота угнетает… Но эти синие сумерки почему-то навевают мысли о белых ночах. Оглянуться не успеешь – снова лето. И становится нестерпимо жалко уходящей зимы.


17 января 2010 г. 

Попытка заложить «первый камешек» фотоальбома –


http://www.dropbox.com/gallery/4007202/1/Foto?h=f76dbe 

Люблю фотографировать. Но плохо умею это делать. Зато если удается «остановить мгновение» радуюсь как ребенок. Есть в таких мелочах необъяснимое чудо. Например, умение вернуться туда – в тот день, который ты «поймал». Вспомнить и почувствовать заново...


15 января 2010 г. 

Прошел Новый год, потом – старый Новый год, и оказалось, что ждать больше нечего. То есть, могу назвать навскидку несколько долгоиграющих «мечт»… Но это все – потом, когда-нибудь, в отдаленном будущем. А мне, чтобы не киснуть, нужна конкретная маленькая цель. Что-то, чего можно добиться уже завтра. А ее нет… Отсюда и настроение… 

Наши надежды снова топорщатся 

Высохшим тростником… 

Все мы – с судьбой неравные спорщики, 

Бог улыбнется, случай поморщится, 

В спину дохнет сквозняком. 


09 января 2010 г. 

Странная вещь – вдохновение. Вот так нападает что-то, и ты как будто смотришь кино. Только в отличие от фильма, можешь поправить диалоги героев, подобрать более удачные слова для описания того, что видишь. Но ты не придумываешь – тебе показывают и рассказывают. А потом спохватываешься – уже готовая сцена. И ее срочно надо записать. Потому что сейчас понесет дальше, а твоя память не безгранична... Откуда это приходит и зачем, хотела бы я знать?
 



03 января 2010 г. 

На днях закончила читать книгу Андрея Валентинова «Дезертир». И теперь хожу под впечатлением. Вообще, долго не хотела браться за эту книжку – как только узнала, что действие происходит во времена Французской революции. Не люблю читать о революциях, бунтах, войнах. И никогда не любила. Даже когда считалось, что есть светлые идеи, которые оправдывают все. Потому что идеи идеями, но всегда находится обычный человек, которого могут расстрелять или послать на гильотину – ни за что. Просто потому, что время такое. Что все можно – в том числе убивать невиновных. И я всегда ставила себя на место этого человека. 

Не знаю, может быть, Валентинов специально проводил параллели – между той революцией и нашей. А может быть, во всех революциях есть определенные закономерности, которым просто не всем бросаются в глаза. Меня больше всего поразило не то, как просто в такие времена человека убить. Это я знала. Но когда люди, облеченные властью, не могут спасти своих близких – вот от этого становится страшно... А зачем тогда светлые идеи, если ты не можешь помочь своим?


01 января 2010 г. 

Ну вот и Новый год. Почти два месяца ждала праздника, предвкушала, бегала за подарками, радовалась завалившему Питер снегу... Сейчас – ничего не чувствую. Правда, верю, что год будет хорошим. Но на «каникулах» не предполагается развлечений. Просто дела, которые нужно сделать. Значит, так тому и быть. 



20 декабря 2009 г. 

Вдохновенно листаем страны и города, 
Так, как будто хоть завтра – в Стокгольм или Копенгаген. 
Исключаем скупое, жестокое «никогда», 
Заявляем «когда-нибудь» – в детской, смешной отваге. 

Можно верить, не верить, просто не брать в расчет, 
Но слова, словно косточки рун, улеглись со стуком. 
Летом в Крым бы еще... Где написано «запрещен»?.. 
Жизнь, ну сделай же вид, что немножечко близорука.


06 декабря 2009 г. 

Начало сказки. Что-то сомневаюсь в том, что будет продолжение. 


– Можно, я посчитаю твои отметины? Вот эта – откуда? 

Ему показалось: тень скосила желтый глаз. Хотя глаз у нее не было: 

– Это меня ткнула спицами одна хорошая девочка. 

– Хорошая? 

– Именно. Плохих людей не так уж и много. Я встречала всего пару раз. А девочка... просто испугалась. А ты бы не испугался, если бы к тебе стала подкрадываться какая-то страшная чернота? 

Обоим было ясно, что не испугался бы. Но ни один не стал заострять на этом внимание. 

– А эти кружки и полоски? 

– Это старик, сидевший у камина с большим добродушным псом. Они были такими уютными. Ну, я и сунулась в комнату. Очень хотелось улечься рядом, между стариком и собакой... Но меня не поняли. Пес зарычал, а старик схватил кочергу... 

Мальчик провел рукой по ее пестрящей белыми крапинами шкуре: 

– Жаль, их нельзя убрать. Ты бы не хотела снова стать абсолютно черной? 

– Не-а, – по-кошачьи мягко протянула тень. – Отметины дороги мне как память.


27 ноября 2009 г. 

Гордиться тем, что сделалась привычкой – 
Частицей дня. 
Наш для двоих придуманный обычай 
К чему менять? 
Забыв, как мерить неуют шагами. 
Куда несло? 
Лечу сквозь дождь, ноябрь, серый камень – 
На нежность слов. 
И подмечая каждую подробность 
Огнем в золе, 
Как будто научилась быть удобной, 
Да нет – своей. 



25 ноября 2009 г. 

Для меня Спас-на-крови всегда отдаленно напоминает новогоднюю елку. А уж в ноябре – тем более. Есть в нем какая-то цветастость, вычурность. Завитушки, орнамент, на мой вкус архитектор переборщил. И все равно – Спас я люблю. Всегда говорю ему пару слов, когда прохожу мимо. Только из желания «приглушить» его яркость больше радуюсь, когда вижу Спас-на-крови в утреннем или вечернем свете. Как говорила, добродушно подкусывая, моя подруга Татьяна: «Любовь к Спасу – это твои московские предки, а желание сделать его построже – питерские».


20 ноября 2009 г. 

Случайно зашел разговор об отмене смертной казни в России. И я потом долго и мучительно вспоминала какие-то полузабытые строчки. Вот – наконец вспомнила. Это «Властелин колец» Толкиена. В самом начале книги раздосадованный Фродо говорит Гэндальфу: 

– Неужели же ты, эльфы и кто там еще, – неужели вы пощадили Горлума после всех его черных дел? Да он хуже всякого орка и такой же враг. Он заслужил смерть. 

А Гэндальф отвечает: 

– Заслужить-то заслужил, спору нет. И он, и многие другие, имя им – легион. А посчитай-ка таких, кому надо бы жить, но они мертвы. Их ты можешь воскресить – чтобы уж всем было по заслугам? А нет – так не торопись никого осуждать на смерть. 

Что еще добавить? Я согласна с Гэндальфом.


18 ноября 2009 г. 

Мою прабабушку – бабушкину маму, которую я никогда не видела, звали Ольга Тимофеевна Румянцева. Она была родом из Ярославля. У нее было пятеро детей: четверо дочерей – Мария, Ольга, Александра (моя бабушка), Людмила и сын Герман. Я почти ничего не знаю о бабушкиных сестрах и брате. Сама почему-то не расспрашивала бабушку. А та редко что-то рассказывала. Как я понимаю – из осторожности (чтобы мы, дети, лишнего не разболтали). Вот одна история, которую я помню. 

После революции (не помню точного года) в Питере было очень голодно, и моя прабабушка отправила свою старшую дочь Марию, которой тогда было 16-17 лет и сына Германа к родственникам в деревню. Там Мария заболела оспой. Родственники так перепугались, что выселили ее в какой-то сарай и заперли. Не ухаживали, даже еду не приносили. Только Герман по ночам приносил ей воду – передавал через окошко. В результате Мария умерла. После того, как Герман вернулся домой и рассказал, что произошло, с теми родственниками прабабушка отношений больше не поддерживала. Но самое странное в другом. Когда в деревне умирала Мария, в Питере заболела оспой другая бабушкина сестра – Ольга. Прабабушка ухаживала за ней. И Ольга выздоровела... Вот как это называть – судьба?


11 ноября 2009 г. 

Вчера город засыпало сумасшедшим снегом. И во мне неожиданно встрепенулось давно забытое новогоднее настроение. Ожидание праздника. Чего-то необъяснимо приятного – зимы, снега, подарков. Запаха елки. Одной-единственной в году волшебной ночи. Лет пятнадцать это настроение не просыпалось. Я порой гадала – не умерло ли? Оказывается, живо. И теперь я ношу его в себе, сдуваю пылинки. Не знаю, как растянуть удовольствие, сберечь… Кажется, нужно срочно бежать за подарками. Чтобы – если уж праздник, то не у меня одной. 



09 ноября 2009 г. 

Часто слышу сожаления о старом, добром советском времени. И всегда немного удивляюсь. Не тому, что можно о нем жалеть. Удивляет избирательность людской памяти. Когда помниться хорошее и напрочь забывается плохое. А у меня в памяти почему-то сразу всплывает другое. Даже не очереди в магазинах, не единственную точку зрения, которой все должны были придерживаться… Вспоминаются книги, которые я не смогла бы прочитать. Например, Толкиена. Да что там Толкиена – в 86-м году в библиотеке Маяковского мне отказывались выдавать Крапивина. Объясняя это тем, что Крапивин у них в единственном экземпляре – только для читального зала. Сейчас это кажется чем-то абсурдным и фантастическим. 

Могла я в те «старые, добрые» времена представить, что у меня будет компьютер или мобильный телефон? Не могла. И не потому, что тогда их в принципе еще не было. Я почти уверена: если бы они появились, то остались бы для большинства недосягаемой и непозволительной роскошью. А Интернет? Возможность узнать о людях, живущих в Украине, Белоруссии, Америке? Пусть не в Америке – в Москве или Питере. Узнала бы я о них? Прочла бы, какие они пишут стихи, истории, просто смешные или грустные зарисовочки?.. 

В общем, подумаешь-подумаешь, и хочется себе капельку, совсем чуть-чуть позавидовать. Что все случилось так, как случилось. 



06 ноября 2009 г. 

Интересно, смогла бы я по-настоящему удивить своих близких? Нет, только не вызвать удивление типа: «Ой, она перекрасилась в зеленый цвет». Хочется, чтобы у них возникло желание слегка погордиться и посмотреть на меня другими глазами. Ведь близкие порой уверены, что знают нас, как облупленных, могут предсказать любое наше слово, любой поступок… Может быть, они и правы. Но хочется время от времени удивлять других и самой удивляться. Потому что мы все – особенные. Единственные и неповторимые. Пусть даже привычны друг другу, как стоптанные тапочки.


05 ноября 2009 г. 


Нашла один стих на сайте Стихи.RU и теперь хожу под впечатлением. Вот он 

http://stihi.ru/2008/04/24/986.html

Входи. Садись. Нет, карты ни к чему. 
Без карт и без руки я всё пойму. 
Серёжки собрала у тополей, 
Найду Одну. И жизнь прочту по ней. 
Во тьме, укрывшей будущего след, 
Для тополей неведомого нет. 


* * * 

Твои ветвятся деревом пути 
И одного ответа не найти. 
Два … три … четыре… Ясно все видны. 
И каждый - с указанием цены. 

Молчат ночные птицы и ветра, 
И завтра не таинственней вчера. 
Когда захочешь, каждый поворот, 
Мой поводырь древесный назовёт. 

Когда боишься, уходи, пока 
Не прозвучала первая строка. 

Так что? Читать?


При моей детской любви к тополям – гадание на тополиных сережках не могло оставить равнодушной. Да и вообще тема гадания всегда заставляет задуматься. Но одна строчка в стихотворении зацепила особенно – про выбор, «с указанием цены». И, похоже, не меня одну. 

Кстати, в рецензии под стихом читатели разделились почти поровну: на тех, кто решительно и безоглядно соглашался на гадание, и тех, кто так же решительно уходил. Сразу стало интересно, что выбрала бы я? Задумалась. Чисто теоретически очень хочется знать, какую цену мы платим за тот или иной поступок. Но, если подумать, становится ясно, что, стремясь к чему-то недостижимому, человек готов заплатить любую цену. А потом начинает сомневаться – не слишком ли дорого он заплатил?.. Так что – не хочу я знать будущее и цену за свой выбор знать не хочу. Достаточно того, что я ежедневно выбираю. И принимаю все последствия этого выбора. А там уж пускай высшие силы разбираются – чем они заставят меня платить.


04 ноября 2009 г. 

У нас первый снег. А я почему-то совсем не радуюсь. А ведь писала когда-то: 


Первый снег – ожиданием счастья, прощеньем обид, 
Чем-то близким до боли, моим в затухающем свете. 
И опять это город, такой неприступный на вид, 
Открывает мне душу в доверчиво-ласковом жесте. 

Он похож на тебя, он боится обмана и лжи, 
Он кошмар для кого-то, кто видит в нем холод и ветер… 
Но почти невозможно вне этого города жить, 
И совсем невозможно на просьбу его не ответить. 




23 октября 2009 г. 

Каждый вечер гуляю с собакой. Хрущу желудями в полутемном сквере – их почти не видно под опавшими листьями. Высматриваю ядрышки каштанов. Не нахожу – только зеленые кожистые «шкурки» валяются на земле. Хочется собрать все это богатство и унести домой: в детстве мы чего только не мастерили из подручного материала. Помню, особо ценились желуди в «беретах» (как это называется по-научному – плодоножка?) – готовая головка. Соединить такую головку с желудем-туловищем, воткнуть ручки-ножки из спичек. И получится человечек-огуречик. «Шкурку» каштана легко превратить в ежика – сделать тельце из пластилина. 

А какие куклы у нас получались летом – из бутонов одуванчика. Срываешь бутон с длинным стеблем, разделяешь стебелек на четыре-шесть частей, – и у тебя в руках голова с волосами. Хочешь – заплетай косу, хочешь – сунь головку будущей куклы в воду и получишь роскошные локоны. Но если передержать, кудряшки скрутятся в жесткую «химию». Не распрямишь. Натыкаешь головку на острую палочку. Теперь можно наряжать. Самое простое – пышное платье из одуванчика. Самое элегантное на моей памяти получалось из цветка наперстянки. Хватало же фантазии. Нет, конечно, кто-то в первый раз показал. Но дальше… А какие истории с этими куклами придумывались – про Золушек, принцесс, русалочек… 

Сейчас от воспоминаний становится грустно. Кажется, что так фантазировать, видеть необычное в окружающих мелочах, мне уже не под силу.


21 октября 2009 г.
 

А мы все ждем – явления Христа, 
Безбедной жизни, лета... воскресенья. 
Жизнь нас играет – музыкой с листа 
/ Ни день, ни миг назад не отлистать / 
И кормит слабых ложью во спасенье. 



10 октября 2009 г.

Вот какую картинку мне прислали.

И вот, что у меня сочинилось. 


– Главное, чтобы все было по-честному, – сказала лиса. И точным движением каратиста разрубила сыр надвое. 

Ворона быстро схватила свою половину. Лиса проглотила свою. И обе зажмурились, прислушиваясь к ощущениям. Сыр слишком быстро растворялся в желудке. 

– Конечно, половинка сыра – это не так уж много, – приоткрыв глаза, продолжила лиса. – Но зато пополам! 

И приобняла ворону. 

«Ага», – покосилась на нее та. – «Если учесть, что сыр добыла я... А сейчас эта бестия заявит, что после сыра и ворона неплохо пойдет – вторым блюдом». 

Она попыталась отодвинуться. Но лиса крепко сжимала объятия. 

– Ты только подумай, – разглагольствовала она. – Если умные лисы и умные вороны – такие, как мы с тобой, – объединились бы... Мы бы такое смогли... 

– Бам! – что-то упало лисе на нос. 

Это очередная ворона, несущая сыр, распахнула рот при виде открывшейся ей «идиллии». 

– Ой! – соприкосновения с сыром лиса не выдержала и, взмахнув лапами, полетела вниз. 

– Уф-ф! – ворона, наконец, встряхнулась и неслышно снялась с ветки, повторяя: «И долго ты еще будешь верить всяким...» 

«Еще один кусок сыра», – мрачно потирая ушибленный бок, вздохнула лиса: – «А какие были перспективы!»


01 октября 2009 г. 

Десять дней в Трускавце. С любимым человеком. Думаю, никто, кроме нас двоих, не поймет – и что же в этом такого замечательного? А я не хочу объяснять, сколько пришлось ждать, планировать, волноваться. Сколько разных мелочей (и не только мелочей) должно было сложиться хитрыми паззлами. Чтобы мы смогли выдохнуть и признаться – кажется, получилось. 

В первые два дня от этого «сбылось» с лица никак не сходила улыбка. Сейчас боязно забыть… Забыть город, с неровными – то взбирающимися вверх, то падающими улочками. Мини-отель на окраине. Огромный балкон, за которым растут высокие ели, вцепившиеся корнями в край оврага. Кресла, которые мы дружно вытаскивали на этот балкон. Чтобы слушать – стрекотание кузнечиков. А в один из вечеров – плывущие над городом звуки духового оркестра. Прогулки по городу – одно из самых любимых моих занятий: подобранные с мостовой каштанчики, лучи солнца и попытки найти на карте изгибы петляющих улочек. А на другой день – покупка чашек-«поилок» с носиками. Никогда не думала, что это так приятно – вертеть в руках блестящие глиняные изделия, не решаясь выбрать... 

До сих пор не верится, что нам удалось выпасть из замкнутого круга – дом, работа, интернет. Посмотреть на мир другими глазами, озадачиться немного другими проблемами… В общем, хочу домик в Трускавце – с балконом, верандой, небольшим садиком. И возможностью жить там полгода вдвоем. Хотеть не вредно, правда?


24 августа 2009 г. 

А все уже предвещает осень. Каштан, усыпанный зелеными «ежиками». Призрачный, утренний свет – немного жалкий в своей неуверенности. Стремительно желтеющие кроны деревьев. Но август все длится, – кажется, он никогда не закончится. И это неспешное ожидание сентября, возможно, самое прекрасное, что было, есть и будет в моей жизни.


09 августа 2009 г. 

Почему-то вспоминается коротенький отрывок из фильма о хищных птицах, который я смотрела Бог знает когда. Оказывается, в Америке, чуть ли не в Нью-Йорке гнездится очень много хищных птиц, в том числе соколы-сапсаны. До сих пор перед глазами стоит картинка: стая взлетевших с тротуара голубей, и сокол, хватающий добычу, – белого голубя. И голос за кадром: «Белый голубь был выбран соколом не случайно. Хищные птицы всегда выбирают тех, кто выделяется из стаи»... 

К чему это написала? Наверное, не я одна временами чувствую, что выделяюсь. И дело не в том, что все вокруг серые, а я – белая и пушистая. Просто другая. И у меня, как у белого голубя, никогда не было выбора – выделяться или нет. Я выделялась – и все. Со всеми вытекающими отсюда последствиями. В детстве иногда спрашивала: «Ну, почему я не могу быть, как все». Сейчас «быть как все» уже не согласилась бы. Да и не получится все равно ))).



29 июля 2009 г.
 

Четырехлистный клевер не сыскать – 
Так соберу в ладони землянику… 
Пригорок полон солнца и песка. 
Июль ромашки щедро расплескал, 

Метелки трав к земле от жара никнут. 
Кузнечики трещат – аж звон в ушах, 
Колени колет – вот несносный плевел. 
А ягоды кругом – не сделать шаг… 
И если оглядеться, не спеша, 
Найдется сам – четырехлистный клевер.


22 июля 2009 г. 

Последние строчки не дотянула. Но уж больно рада тому, что начала писать стихи. Хотя и получилось что-то жуткое )). 

Сжали зубы заклятий стальные слова, 
Не уйти – стерегут молчаливыми псами. 
Знать бы, кто и зачем наших стражей ковал? 
Или сами? Вот этих чудовищ – мы сами?.. 

Как сумели – по глупости или в бреду? 
Рвусь к тебе... И «Ни шагу» – твердят мне. Ни шагу. 
День за днем – заколдованным кругом иду, 
Непутевым, в янтарь замурованным магом. 

Ну, не трусь – погляди этой своре в глаза. 
Ты же знаешь, в чем сила и слабость заклятий. 
Горло сжато... А мне бы – хоть слово сказать, 
Чтоб шагнуть сквозь клыки – под защиту объятий.


15 июля 2009 г. 

Не люблю вспоминать случаи из моей школьной жизни. Потому что всегда вспоминается что-нибудь неприятное. Но иногда стоит и неприятное «проговаривать». Сегодня вспомнился – урок физкультуры. Мне – лет 13-14. Я высокая, не слишком спортивная, но время от времени «надежды подаю». Наверное, поэтому в одной из командных игр физрук ставит меня первой. Игра простая: есть три мяча - большой, средний и маленький. Нужно разнести их на разные точки спортивного зала (далеко, поближе и совсем рядом). Первый член команды разносит – второй собирает, и т.д. Физрук еще хитро говорит: «Ну, куда какой мяч нести – сами догадаетесь». И я понимаю, что пропала, потому что не знаю, какой мяч куда тащить. Думаю, понятно, куда я отнесла самый тяжелый мяч? На самую дальнюю точку. Естественно, любимые отдокласснички после игры меня заели. И физрук, не отличающийся особой деликатностью, добавил. Типа «нет ума – считай калека». Ладно, дело прошлое. Вспомнила эту историю потому, что это характерный пример того, как меня порой «переклинивает». Хорошее слово – по-другому и не скажешь. Как там пел Бармалей: «Нормальные герои всегда идут в обход»? А ведь я не просто «иду в обход», я еще уверена, что это самый прямой и короткий путь. Мне не так давно сказали насчет правки прозы: «Тебе надо поменять одно неправильное слово. А ты меняешь все предложение. И ничего этим не добиваешься, потому что делаешь новые ошибки». Похожие ситуации, правда?.. Только не надо думать, что я расстраиваюсь. Я анализирую. А вообще-то люблю себя со всеми своими недостатками. Потому что – не убивать же себя за то, что ты вот такой? 



09 июля 2009 г. 

Отпуск закончился. Три недели – в кабале у родителей )). Нет, на самом деле, рада, что смогла провести с ними столько времени. Не хочется, чтобы они чувствовали себя «сиротами». Но строительные работы… Б-р-р. Пилить, строгать и забивать гвозди – явно не мое. А кто еще будет помогать папе, если сын живет далеко, а под боком – только дочка? Да я уже привыкла, что летом не принадлежу себе. Ничего, оторвусь осенью. Надеюсь. Как сказала моя племянница Саша своему мальчику: «Ну и что, что белые ночи закончились, пока мы сдавали сессию. Я с тобой и темными ночами погуляю».


29 июня 2009 г. 


Блестящее, как стрекоза, 
Пустое: «Я тебя не брошу»... 
Все, что не истинно, то ложно. 
Мы оба ощущаем кожей – 
Мне этих слов не доказать. 



21 июня 2009 г. 

Моя тетя дружит с одной женщиной, которая содержит под Питером собачий приют. Со слов тети передаю одну коротенькую историю из жизни этой женщины. Той в 1941 году было около пяти лет. И всю войну она провела при госпитале, потому что ее мать была военным хирургом. Я представила. Военный госпиталь. При нем – стая собак. Когда привозят очередного раненого, зовут собаку – вылизать раны. Потом хирурги зашивают. Опять дают зализать собаке. И раненого – в палату. Через пару дней, если пошел на поправку, – опять дезинфекция собачьим языком. Мол, никаких антисептиков тогда и в помине не было. Спасали только собаки... Я послушала тетю, покивала головой. А теперь гадаю – правда, неправда? С одной стороны – совершенно фантастическая история. С другой – я могу поверить, что она правдива. Если подумать, крохотный штрих к прошлому. Прошлому, которое нам до конца неизвестно, – даже совсем близкое прошлое.


19 июня 2009 г. 

Мои «дачные будни» не отличаются разнообразием: завтрак, работа, обед, послеобеденный отдых, опять работа, прогулка с собакой, – вот вкратце и все. Но зато под ногами крутятся обалдевшие от воли четвероногие. У куста красной смородины опять собралась цвести ночная фиалка. Черные крапинки, словно родинки, покрывающие ее листья, отдают чем-то экзотическим. Словно в сад залетела заморская птица. Говорят, это растение – единственный в наших местах родственник орхидеи. А еще я слышала, как перекликаются в лесу кукушки – словно часы с боем, одни из которых чуть запаздывают. Даже захотелось «подвести стрелки»... Не пишутся ни стихи, ни истории, потому что я в другом мире. И этот мир заколдован. Здесь нужно «просто жить». 



29 мая 2009 г. 

Видимо, мир испугался моих угроз – или раскаялся. Решил меня немного порадовать. И не чем-нибудь, а безошибочно верным подарком – книжкой. Читаю (точнее, слушаю через компьютер) «Спартака» Андрея Валентинова. Это на самом деле – то еще зрелище: моя узкая вытянутая в длину комната, чуть слышно гудит компьютер, я с вязанием – на «собачьем» диванчике. Слушаю рассуждения Валентинова о древнем Риме и только что не подпрыгиваю от нетерпения: ну, что же там дальше – говори, не томи. Даже трудно сказать, что нравится больше всего: то ли сама история восстания гладиаторов, то ли элементы детектива (когда Валентинов задает вопрос, а потом вместе с читателем ищет ответ), то ли путаница в исторических документах и вранье историков. Наверное, все вместе. А если учесть, что, когда я начала сочинять свои истории (лет в тринадцать), фоном непременно был Рим – причем, именно времен восстания Спартака… Продолжать не буду – надеюсь, и так все понятно. 

А теперь – только один штрих, который почему-то произвел на меня очень сильное впечатление (на фоне всего остального, что тоже впечатление произвело). Мне вот не раз приходило в голову, что Спартак – имя особенное. Ну, фракийских имен я, конечно, не знала и не знаю. Но чем-то это имя выделялось даже на фоне имен спартаковских «соратников». На мой слух, во всяком случае. А когда Андрей Валентинов подтвердил, что «Спартаков» в истории больше не было… Ни одного. Хотя имя происходит от греческого «спарт» (кстати говоря, так назывались воины, выросшие из зубов дракона в легенде об аргонавтах). И даже осталось в одной греческой легенде. Знаете про Артемиду, которая превратила подглядевшего за ее купанием Актеона в оленя? И беднягу растерзали собственные псы. Так вот, имя одного из псов – Спартак… Не знаю, как вас, а меня передернуло. Назваться (а после этого ясно, что «Спартак» – прозвище) псом, который растерзал своего хозяина… Да… 

А больше ничего не скажу. Если заинтересовались – читайте. 



26 мая 2009 г. 

Вам никогда не хотелось что-нибудь уничтожить? Например, закрыть свои сетевые странички? Или стереть файлы с историями? Уничтожить почтовые адреса? В общем, обидеться на мир – и показать, что ты на него обижен. У меня такое состояние периодически возникает. Приходится держать себя за руки. Как? Лучше всего обходиться с собой как с закапризничавшим ребенком. Отвлекать. Или грозить. Жалеть нельзя – от этого распаляешься еще больше. Когда уже ничего не действует – просто повторять: «Ты знаешь, что так поступать НЕЧЕСТНО». Вот сижу – держу себя за руки. 



06 мая 2009 г. 

Все-таки удивительно, как одни и те же слова действуют на разных людей. Папа пару дней назад заглянул ко мне в комнату и говорит: 

– А я тут услышал такую фразу. Пожилая актриса сказала: «Все жалуются на старость, а я говорю – здравствуй, старость, как хорошо, что я тебя узнала». 

И смотрит на меня – ждет реакции. Чувствую – ему нравится это высказывание. А мне оно показалось – нарочитым что ли. В общем, не пришлось по душе. Но чтобы не расстраивать папочку, ответила что-то нейтральное… В общем, поговорили и забыли. А папа все вспоминает эту фразу. Причем, скажет и сразу взбодрится. Давно я его в таком хорошем настроении не видела. 

А ведь если задуматься, эта фраза о тех, кто не дожил. Сколько таких было на протяжении папиной и маминой жизни? Одна пережитая мамой блокада чего стоит. Да и послевоенное папино детство в Подмосковье – чего там только не было. Когда папа начинает рассказывать, мне не по себе становится: один его приятель подорвался на мине, другой утонул, третьего зарезали в драке (окружение было самое что ни на есть бандитское). Сколько было моментов, когда папа или мама прошли на волосок от смерти – и выжили? 



5 мая 2009 г. 

Вот, спрашивается, откуда во мне – это неутоленное желание опекать? В том числе переживать за судьбы чужих, незнакомых животных. Как будто я могу взять всех себе. Не могу. А раз не могу – значит, вроде бы меня это не касается. Но сидит внутри непонятная вина, которая не дает успокоиться. Материнский инстинкт? Не дали ему проявиться по-настоящему, вылиться на человеческого ребенка, вот он и «вылезает» таким замысловатым образом. Словно ложная беременность у собак. Когда собака защищает, ласкает и даже кормит молоком резиновую игрушку. И не переубедить, что это игрушка. Вряд ли на уровне инстинктов я сильно отличаюсь от этой собаки. Единственная разница в том, что люди научились объяснять свои и чужие странности умными словами. Вопрос – а стало ли кому-то от этого легче? 



10 апреля 2009 г. 

Шла на работу и почему-то вспомнился такой же солнечный апрельский день. Только выходной. Мы с подругой и ее сыном гуляем по Петропавловке. Солнце слепит глаза, под ногами – тающий снег. Разговоры – о стихах и новых виртуальных знакомых. Пока сын подруги лазает по танкам и бронетранспортерам в музее Артиллерии. Потом – нога за ногу – домой. Через Троицкий мост, по Садовой. Подруга пытается сфотографировать гранитную вазу в Летнем саду. Еще простым, не цифровым фотоаппаратом. Пару недель спустя мы рассматриваем снимки. И я радуюсь тому, как удачно фотографии передают весеннюю синеву и прозрачность. Как смотрится высокая узкогорлая ваза в обрамлении ветвей… Память осталась. А самой вазы давно нет на месте. Из-за глупости, как говорят. Обычно вазу укрывают на зиму деревянным каркасом – как и статуи в Летнем саду. А тут зимы в Питере были теплыми, кто-то «компетентно» заявил: «Да ничего с ней не случится». И вазу оставили зимовать «просто так». Но внутри скопилась вода, потом, как часто бывает в Питере, ударил мороз – и ваза треснула. 



07 апреля 2009 г. 



Перебирать монетки слов 
С благоговеньем нумизмата. 
Причуду сделать ремеслом, 
Брать не уменьем, а числом 
Попыток сделать «так, как надо». 




03 апреля 2009 г. 

Первый апрельский снег. Если просто произнести эту фразу – не поймешь, радуюсь я или расстраиваюсь. Мало кто как относится к весеннему, уже никому не нужному снегу. Я радуюсь. Иду на работу, улыбаюсь ударяющим в лицо мокрым хлопьям, рассказываю что-то сама себе. Около Михайловского замка, где Мойка вливается в Фонтанку, на воде – не то стайка чаек, не то обмылки льдин. Приглядываюсь – чайки пополам со льдинками (с моим, не слишком хорошим зрением не сразу отличишь одних от других). На серой воде белые пятна выглядят почему-то необычно трогательно. Хочется остановиться и замереть, сливаясь с пейзажем… Ну, можно считать, что началась весна.



23 марта 2009 г. 

Завтра День рождения папы. В детстве считала себя «маминой дочкой». Расстраивалась, когда хоть в чем-нибудь на нее не походила. А такое случалось часто. Со временем поняла, что я – и внешностью, и характером – в папу. И, если честно, меня это неизменно радует. Может быть, потому что устраивают – и внешность, и характер? Потому что даже умение «завестись» с пол-оборота, вспылить – уравновешивается тем, что через пять минут я одумаюсь, пожалею о случившимся и побегу мириться. В этом мы с папой одинаковые. А вот мама обижается надолго и всерьез. 

Даже способность к творчеству у меня, по-моему, от папы. Нет, истории он никогда не сочинял. А вот поделками из капов и разных хитрых корешков был заставлен весь дом. Кого здесь только не было – баба Яга, крокодил, птицы, рыбы, смешные лешие и домовые. Сейчас уже что-то раздарено, что-то сломано. И я жалею об одном, что не доходят руки сфотографировать оставшиеся фигурки.



12 марта 2009 г.

У моей подруги Елены Китаевой есть история «Рай для котенка» , в которой рефреном проходит слово «Сквозит». И речь идет совсем не о физическом неуюте. Скорее, о душевном. Сквозит. Ты ощущаешь, как время проходит через тебя. Как утекает жизнь. Как остается все меньше и меньше возможностей сделать что-то важное… Не буду врать, что такое настроение часто посещает меня. Но порой идешь по улице – и кольнет. И хочется застыть в этом не слишком уютном «сегодня». Потому что завтра... завтра, может быть, рядом уже не будет кого-то из близких. 



02 марта 2009 г.

Почему-то регулярно начали встречаться «старой» компанией. Очень-очень старой – когда-то вместе ходили в один кружок. Вот сегодня посидели в «Бродячей собаке». Шуму было. Я даже немного устала смеяться. Когда вышла – захотелось плакать. Потому что с этими хорошими, добрыми, можно сказать, «своими» девчонками у меня нет никаких общих интересов. Только послушать об их делах. И промолчать о своих. Наверное, я как-то неправильно устроена. Всегда хочу больше, чем мне дают. 



10 февраля 2009 г. 

Если бы в мой день рождения все было по-моему, я бы постаралась избежать: шумных гостей, хвалебных тостов – и вообще всяческой суеты. Посидеть за столом с папой, мамой и любимым мужчиной. Получать поздравления исключительно по почте и смс-ками. Побродить по городу днем – пока светит солнышко. Почувствовать себя свободной – и счастливой... Но такого – в точности – не будет никогда. Поэтому день рождения – это праздник для других. При всей моей благодарности тем, кто об этом празднике помнит. 

А когда заканчивается суета, становится ясно, как же я все-таки счастлива ))). 



04 февраля 2009 г. 

До дня рождения осталась неделя. Я с удивлением обнаружила, что прибавила себе лишний год. Такое уже случалось: за пару лет до сорока на вопрос о возрасте упорно отвечала «сорок». Почему- то казалось, что так проще. А тут вообразила, что мне будет сорок четыре – видимо, понравилась «круглая» дата. 

Давно уже не подвожу итоги, просто живу, ничего не загадывая. Но тем не менее хочется чем-то себя порадовать. Вопрос – чем? Книжкой? Покупкой новой пряжи? Билетом на концерт?.. Почти уверена, что ничего не предприму, – зимняя спячка не отпускает. Даже шевелиться лень. Ну, по крайней мере, меня радуют другие. 



01 февраля 2009 г. 

Буквально вчера вечером ныла: «Хочу сказку». А надо ли их придумывать, если мне их дарят? Неожиданно. Но всегда – очень вовремя. Дарят то, что нельзя описать словами: ощущение, насколько хрупок этот мир и как здорово то, что мы в этом мире есть. Я уже писала о песне «Трубач». Мне прислали видео-записи трех песен мальчика, которого я когда-то слышала. Не зная, ни кто это, ни что за песню исполняет. Оказывается, Кирилла Козуб. Участник передачи «В нашу гавань заходили корабли». Надо видеть лица людей, которые слушают эти песни... 

Тут вспоминала еще один подаренный мир: очень-очень красивый мультфильм без слов. Пересказывать бесполезно – потеряется что-то главное. Нет, все-таки рискну. История о птицах, которые ищут свой мир. А может быть, создают его? Птицы-демиурги? Рассказ о красоте и одиночестве. О вечности, замкнутой в кольцо... О нашей жизни? 



31 января 2009 г. 

Похоже, моя жизнь обиделась на то, что я обозвала ее «скучной» и «серой». И на меня посыпались события и проблемы. Только… откуда взялась эта необходимость выбора: между открытостью и замкнутостью, доверием и подозрительностью? Жизнь решила научить меня НЕ ДОВЕРЯТЬ? Боюсь, ничего у нее не получится. 

Кстати, виртуальное общение имеет много недостатков. Основной – мы не видим лица собеседника, не слышим его голоса, домысливаем интонации и подтексты. И каждый домысливает свое. В результате создается образ собеседника, абсолютно не соответствующий реальности. И рано или поздно – наступает разочарование. К этому просто надо быть готовой, но… не получается. 



24 января 2009 г. 

Мне кажется, люди, живущие интересной яркой жизнью, не увлекаются сочинением историй. Зачем? Ведь у них и так – жизнь полна. А вот те, кому чего-то не хватает... Это они ускользают в выдуманные миры, наполняя «сочиненную» жизнь красками, чувствами, образами. Это они «проживают» чужие судьбы. И вот что странно: находятся люди, которые, читая эти истории, завидуют авторам. Впрочем, что же в этом странного? 



18 января 2009 г. 

В моей комнате то и дело появляются какие-то коробки. Сегодня вхожу к себе. Все вроде как обычно: коробка, на коробке – абажур (папа принес каркас из металлических прутьев и тряпочный колпак, чтобы я прикрепила одно к другому, а я как обычно не дошила и бросила). Подхожу поглядеть, много ли еще нужно сделать. Поднимаю абажур – под ним на коробке дрыхнет младший кот Шустик... Глаза открываются. И на морде написано: «Что ты себе позволяешь? Поставь на место». Пришлось извиниться – и вернуть коту полюбившийся «домик». 



13 января 2009 г. 

Старый Новый год. Действительно смешное название. Родители отмечают возвращение «блудной дочери». Я радуюсь за них и стараюсь замаливать грехи, которые вовсе не считаю грехами. Даже звери всячески подчеркивают, что рады видеть меня. 

Опять круг замкнулся. А я даже не знаю, чего боюсь больше — следующего витка или того, что однажды круг может разомкнуться. 




15 декабря 2008 г.
 

Папочка наслушался радио и решил сочинить что-то типа детской страшилки. 

Вот что в результате получилось: 

Маленький мальчик змею увидал, 
Маленький мальчик ее покусал. 

Эта история нам не нова – 
Мальчика нет, а змеюка жива. 

По-моему, даже очень здорово вышло )). 



10 декабря 2008 г. 


Опять пропащие недели – 
Декабрь бесснежен и безлик. 
Подружка укатила в Дели, 
А мне б – до Львова напрямик. 

До снега. До смешного чуда. 
Через вину переступив. 
До восклицанья: «Ты откуда?», 
Пока слепая совесть спит.



06 декабря 2008 г. 

Вспомнила тут одну строчку из Цветаевой. И то, как эта строчка когда-то меня раздражала. Давно, правда. Всего-то несколько слов: «Еще меня любите / за то, что я умру...» Почему-то тогда, в двадцать лет, покоробило от этого высказывания. Показалось, что Цветаева говорит: «Я — умру. Со мной рано или поздно случится несчастье. Огромное. Непоправимое. Поэтому – любите меня... А до вашей смерти мне дела нет» Может быть, Цветаева совсем не это имела в виду. И даже если она вкладывала в свой стих этот смысл, я могу ее понять. Ведь мир для нас существует только пока есть мы. Как только исчезнем мы – мир исчезнет. Но что-то не дает мне примириться с этими словами «МЕНЯ любите». А все остальные? Их нужно любить или нет?


20 ноября 2008 г. 

Одно дело воображать, что такое беспомощность, и совсем другое – жить рядом с беспомощным человеком. Когда понимаешь, что никакое воображение не позволяет тебе представить – каково ему на самом деле. Смотрю на своих родителей и не понимаю, за что им такое наказание? Быть беспомощными. Когда их уважение к себе строиться именно на том, что они способны сделать. Папа как-то бросил: «Что же я за мужчина, если не могу починить водопроводный кран?» Мы с мамой всю жизнь прожили за его широкой спиной – понятия не имели, что такое вызвать водопроводчика или электрика. Папа все делал сам. Теперь не может. И ладно бы. Но тут же делается вывод, от которого я приходу в состояние легкой невменяемости: если я ничего не могу – зачем я вообще нужен? 

Как объяснить моим родителям, что они просто мне нужны? 



29 октября 2008 г. 

Мой рассказ «Приемыш» 

http://zhurnal.lib.ru/w/wan_s_a/p_017.shtml 

занял 3-е место в конкурсе «Блек Джек»-2008 на Самиздате (главный арбитр – Святослав Логинов). 

Даже не знаю, что сказать. Ждала разгрома. В лучшем случае – вежливого недоумения. Типа – что вы такое написали? А теперь после первой детской радости начинает грызть непонятное чувство вины. Как будто я кого-то обделила тем, что выиграла. Все-таки не люблю выделяться. От мысли, что привлекла к себе внимание, цепенею. Возникает желание спрятаться в норку и не высовываться. Но, как обычно, не могу себе этого позволить.


21 октября 2008 г. 

Есть такое слово «друг», которое я употребляю достаточно часто. Хотя, если подумать, только двух людей с натяжкой могла в своей жизни назвать «подругами». Обе сейчас равно далеки от меня. Да, при встрече мы, я думаю, ощутим прежнее притяжение. Но, возможно, не сразу отыщем тему для разговора. Потому что – жизнь разная. Когда-то, когда наши дорожки только начали расходиться, это пугало. Сейчас воспринимается спокойно. Мало ли, что бывает. 

Еще есть любимый человек, который ужасно не любит, когда я называю его «другом». А мне до сих пор не объяснить, что для меня слово «любовь» не включает желание делиться, например. Можно любить человека и не рассказывать ему чего-то самого главного о себе. Просто считать, что незачем. А вот слово «друг» означает, что тебе хочется с этим человеком делиться. Что ты хочешь по любому поводу услышать его мнение. Его одобрение или не одобрение. Это слово означает желание оглянуться: когда надо и, может быть, даже когда не надо. Слово «друг» включает в себя «доверие». И еще много-много всего, – сразу просто не перечислить. 



13 октября 2008 г. 

Никак не выходит дописать стих. Пускай здесь постоит недописанным, бедняга ).
 

А за полночь приходит кот Баюн – 
То намурлыкать сказку, то подслушать… 
Смешно, как в детстве темноты боюсь. 
Незваный гость… По мне – так самый лучший. 

След на подушке грязных серых лап, 
Зато в душе – букет цветных историй… 
Я не крылата – вымысел крылат, 
И за собой уводит поневоле.



30 сентября 2008 г. 

Осень. Папа вытаскивает насос из самодельного колодца (соединенных между собой и вкопанных в землю металлических бочек). Зовет меня: «Я уронил в колодец пустое ведро – помоги вытащить». Присев на корточки, пытаюсь граблями подцепить ручку ведра. У меня ничего не получается – роста не хватает. И, когда наблюдающий за моими неудачными попытками папа говорит: «Ладно, не заржавеет ведро до весны», я замечаю, что на поверхности воды кто-то бултыхается. Лягушка. Как она туда попала (колодец обычно плотно закрыт деревянной крышкой) и сколько пробыла в холодный воде – не знаю. Но – надо спасать животинку. Почти сразу подцепляю лягушку граблями: она к моему удивлению намертво вцепляется в металлические зубья. Даже не пытаясь прыгнуть в воду. Вытаскиваю грабли с лягушкой из колодца, ссаживаю ее на траву. Лягушка сидит, не двигаясь, только бока ходят ходуном. А я смотрю и слишком хорошо представляю, что было бы, если бы папа не уронил ведро… В такие моменты начинаю не любить Бога (если он вообще есть). 



29 сентября 2008 г. 

Две недели отпуска, честно разделенные между любимым человеком и родителями. Мало. Ну, по крайней мере, не мучает совесть, что кого-то обделила. Что рассказать? Во Львове было замечательно все – кроме погоды. Хотелось бабьего лета – и его-то как раз и не было. Зато впервые, наверное, позволила себе «быть смешной», - точнее, не смешной, а капельку сумасшедшей. Без этой вечной боязни – как на меня посмотрят? Подбирать каштаны, потешаться над своим украинским, говорить с собой вслух… Кажется, никто даже ничего не заметил ))). Привыкли мы что ли друг к другу? 

А на даче погода была хорошей. И родители были хорошими. И звери. И грусть тоже была неплохой. 



10 сентября 2008 г. 

Осень. Уже вовсю осыпаются желуди – хрустят под ногами. А я, как лиса на виноград, смотрю на зеленые шарики каштанов. Мечтая, что хоть один упадет – если не в ладонь, то на мостовую. И я подберу блестящее ядрышко. 



25 августа 2008 г. 

Оказывается, желание забиться в уголок и заплакать не обязательно возникает, когда плохо. Оно возникает, когда исполняется то, о чем давно и безнадежно мечтал. Когда складывается то, что никак не хотело складываться... Вот сейчас забьюсь в уголок и буду плакать. И никто мне не помешает. 



24 августа 2008 г. 

Чужие дети… Когда сталкиваюсь с ними, понимаю, что: первое – я их немного боюсь, второе – как это ни прискорбно, устаю от общения с ними, третье – не понимаю, как в принципе их можно (и нужно) воспитывать. Но при всем при этом – меня к ним тянет. А их тянет ко мне. Для них я просто – чужая тетя. Наши встречи случаются редко (что с племянниками, что с детьми подруг и знакомых). И в эти моменты я стараюсь не быть навязчивой, позволяю им взять инициативу в свои руки и выслушиваю все, что они захотят мне поведать. Хорошо это или плохо? Не знаю. Думаю, родитель из меня бы вышел никудышный. Иногда кольнет сожаление: этим забавным существам, как и всем остальным окружающим меня людям, я, по-моему, чего-то недодаю. Впрочем, чувствовать себя пустышкой – один из давних и, похоже, неизлечимых комплексов. И все равно они мне интересны – «чужие» дети. 



20 августа 2008 г. 

Наконец-то могу позволить себе помечтать. Это так трудно – запрещать себе думать на определенные темы (как по анекдоту «не думать о белом медведе»). И вдруг – разрешить. Мысленно уже прожить неторопливую неделю вдвоем, на природе. Представить домик у озера, солнечный свет, тишину. Обнаружить в себе желание искупаться… И умом понимаю, что все будет не то и не так, но вот позволила себе распуститься )). 



12 августа 2008 г. 

Возьми мое сердце – оно настоящее, 
Только озябло совсем… 

Не мои строчки. Просто всплывают иногда в памяти, вызывая нежность и грусть… 

Вот написала – и не знаю, что прибавить. Хрупкие мы – даже если считаем, что можем выдержать все, что угодно. 



11 августа 2008 г. 

Забавно вспомнить некоторые «ритуалы». То, что можно было бы и не делать. Но делаю, потому что это улучшает настроение. Например, так приятно выпить чашечку кофе перед завтраком. Уже печенка временами начинает протестовать – а не отказаться от удовольствия. Кажется, иначе не проснешься. Или не сможешь дойти до работы – не хватит силы воли. 

Еще один ритуал – первые полчаса рабочего времени посвятить заполнению дневника. До сих пор удивляюсь, как народ не спросит, зачем я достаю из сумки тетрадку и что в нее записываю. И ведь могу не писать – но тянет хоть парой строк обозначить прошедший день. 

А как приятны летом вечера пятницы. Когда, усталая, вхожу на веранду, и меня окружают звери и родители. Под их пристальными взглядами вынимаю из сумки продукты. Все знают, что приехало вкусненькое. И не могут скрыть предвкушения трапезы. А потом начинаются неторопливые разговоры. Мы с папой сидим на небольшом кожаном диванчике, и между нами умудряется втиснуться собака – на одного положив голову, а другого толкая задними лапами. Рядом, на стуле проверяют содержимое стола кот или кошка. Мама хлопочет, стараясь до отвала накормить меня поздним обедом…



23 июля 2008 г. 

Моя коллекция фраз давно пополняется забавными детскими высказываниями. Вот некоторые из них. 


– Бабушка, дай мне настоящее масло. 
– Какое? – удивляется бабушка (на столе лежит натуральное вологодское масло). 
– Воймикс.


Разговор, подслушанный на улице. 
Мальчик лет семи: 
– Бабушка, а ты жевачку жуешь? 
Бабушка с явным ужасом в голосе: 
– Нет, что ты! 
– Как – и Орбит не жуешь?


И две истории о дочке моей школьной подруги Татьяны – Маше (ей сейчас 4 года).


Идут по парку. Вдруг Маша, вздыхая, говорит: 
– Вот и детство закончилось. 
Татьяна осторожно интересуется: 
– Машенька, а почему ты так решила? 
– Я всегда прыгала на этом батуте, а теперь ты говоришь, что он для самых маленьких деток.

Маша: 
– Мама, посмотри: я – высокая как папа, смелая как папа... А от тебя, мама, даже не знаю, что я взяла. Ну, разве только то, что мы обе женщины. 



20 июля 2008 г. 

С недавних пор обнаружила в себе странную «аллергию» – не могу смотреть фильмы про любовь. Нет, конечно же, не все. Ужасно злюсь от картонно-идеального показа «любви с первого взгляда»: вот они встретились и сразу поняли, что созданы друг для друга, что это настоящая любовь, при которой люди совпадают во всем – от взглядов на мир до секса. Очень хочется спросить: создатели этих шаблонов сами-то понимают, чему учат? Значит, дайте мне идеальную любовь, сделайте так, чтобы он (она) принимали меня таким, какой (какая) я есть. А если что-то не совпадает, то любовь разом тускнеет и блекнет. Как же, ведь это «ненастоящая» любовь. 

Но ведь мы все такие разные. Как мы можем с первого взгляда догадаться, что хочет от нас любимый человек, что он считает правильным и неправильным? Порой не совпадаешь в таких мелочах, что потом диву даешься. Но для того, чтобы по прошествии времени посмеяться над собственными ошибками, нужно уметь пойти на компромисс, научиться прощать и начинать все заново. Много ли сейчас людей, которые такое умеют? Не знаю. Но мне очень хочется, чтобы этому учили. Ну, хотя бы объясняли, что главное в отношениях – это взаимное желание подладиться, притереться друг к другу. Не бывает «идеальной» любви. Во всяком случае, я в нее не верю. 



17 июля 2008 г. 

То, что сейчас напишу, – не для всех. На самом деле, это будет написано для одного человека. Потому что именно ему мне хочется рассказать про сон, который пока еще не забыла. И вроде не было ничего особенного в этом сне. Просто город, похожий и на Питер, и на Львов одновременно, концерт какого-то автора-исполнителя, полутемный зал, веселая возбужденная публика и мы – вдвоем. Потом прогулка по солнечной незнакомой набережной, поднятые мной два каштана. Плоские, как галька. Уже освободившиеся от светло-зеленой кожуры, блестящие в ладони, словно драгоценные камни. Один каштан торжественно вручаю тебе, другим продолжаю любоваться. И твой вопрос – совершенно серьезный и даже чуточку взволнованный: «Меняемся?» Вот кто мне объяснить, что такого смешного и трогательного в обмене каштанами – почему на этом месте проснулась с улыбкой? 



14 июля 2008 г. 

Сжать лето в кулачке – и слушать, как гудит, 
И ждать одних вестей, а получать другие… 


Вот не родятся из этих строчек стихи, а жаль… 


06 июля 2008 г. 

Пару недель назад мне подарили несколько кустиков ирисов. Я посадила их на клумбу, они вроде прижились. И я не обращала ни них особого внимания. Как же я удивилась, когда приехав в пятницу на дачу, увидела, что один ирис зацвел. Четыре загнутых вниз фиолетовых лепестка и четыре – белоснежных, венчиком поднимающихся вверх. Таких ирисов у меня еще не было. Конечно, на следующий день пришедшую в гости двоюродную сестру Юлию я тут же потащила показывать это чудо. Пока мы стояли на дорожке рядом с клумбой и обсуждали свои дела, прибежала недообнимавшая Юлию собака. Два удара жесткого собачьего хвоста – и цветка на ирисе как не бывало. Крик, шум. Собака прижимает уши, делает несчастные глаза, но не понимает, за что ругают. Пришлось утешать безвинно пострадавшее от лишней эмоциональности животное. А обломанный цветок поставить в рюмку с водой на веранде. И ведь я как чувствовала, что этим дело кончится. 



06 июня 2008 г. 

Наверное, глупо, но порой так хочется себя похвалить. Сказать себе: «Ты хорошая. У тебя все получается. Просто тебе на достижение цели надо чуть больше времени, чем другим». А ведь правда: в школе никогда не схватывала налету, но если уж заучивала – то намертво. И в жизни получается почти так же. Все дается с трудом. Но если дается – то дается. Не на что жаловаться. А недостатки… Так ли велики мои недостатки? Да, например, не умею выбирать подарки. Но если покупаю что-то, о чем точно известно, что это понравится, готова подпрыгивать от радости. Да, болтливая. Но если о чем-то нельзя рассказывать – сумею промолчать. Что еще? Нечуткая? Невнимательная? Ну, это уже от природы. Выше головы, как говорится, не прыгнешь. Так что, пожалуй, не стоит ныть. Лучше вспомнить, что у меня бывают и противоположные настроения. Когда спрашиваешь – за что мне дали так много, за какие «заслуги»? И кого следует за это благодарить? И так и не благодаришь толком, потому что вопросы остаются без ответа.



27 мая 2008 г. 

Не хочу писать о грустном – лучше о смешном. Звонит папа с дачи по мобильному телефону. Как обычно говорим о том, о сем. И вдруг он заявляет: «А наша соседка говорит, что младший у нас не котик, а кошечка. Потому что коты не поют. И так себя не ведут. Как это мы до сих пор не поняли?» Я падаю со стула: «Папа, да у Шустика на морде написано, что он – кот. У кошек ни таких ушей, ни таких носов не бывает. Посмотри внимательно» Папа продолжает сомневаться. В общем, пол нашего меньшего остается под вопросом. Хотя я не могу без улыбки слушать эти рассуждения. 



23 мая 2008 г. 

Кто мне говорил: «Я на стороне самого слабого»? Не помню. Зато прекрасно помню, что ситуация повторяется. И в данный момент «самая слабая» – не я. 



20 мая 2008 г. 

Порой, когда – громом среди ясного неба – в размеренной, налаженной жизни происходит очередной катаклизм, – точнее, когда этот катаклизм уже минует, оставив тебя взъерошенного, недоумевающего, но умиротворенного от догадки, что все страшное позади – в такие моменты забредает в голову робкая мысль: «Если это плата за все, что было – и будет – хорошего, значит, я могу надеяться на еще один кусочек счастья?» 



13 мая 2008 г. 

Вчера в гостях был брат. Тот редкий, почти невероятный случай, когда мы могли поболтать наедине – обычно присутствие в доме массы народу такую возможность исключает напрочь. А тут – не было никого… Приятное и чуть грустное ощущение. Чувствуется, что человек давно живет своей семьей, с каким-то выработанным годами укладом, а я – по-прежнему при родителях. Но мы оба помним, что когда-то «говорили на одном языке». 

Удивляюсь на женщин (на себя – в частности). Первое желание, услышав чужой секрет, - разболтать его. Ловишь себя на этой мысли и спрашиваешь – зачем? Кому от этого будет легче? Но любые секреты (в том числе свои) жгутся внутри проглоченными угольками. Хочется выговориться – и успокоиться. Что за дурацкое свойство характера? Впрочем, если твердо сказать себе: «Это никому не следует знать», удается сдержаться. А потом «уголек» остывает, и секрет становится просто памятью. 



12 мая 2008 г. 

Майские праздники, традиционно проведенные на даче. И даже не знаю, что вспомнить. Первый раз услышанную кукушку? Ошалевших от нежданной свободы кошек? Ящерку, которую удалось подержать на ладони? Или птичку с огненно-красной грудкой (наверное, щегла), неожиданно севшую на тонкую ветку рябину – прямо над моей головой? Грустно было уезжать. А еще грустнее – что не с кем было этим вольным житьем поделиться (родители, кошки и собака – не в счет). Иногда жалею, что нельзя, как в сказке, прошептать: «Окажись рядом со мной», протянуть руку – и хотя бы на денек перетянуть сюда того, по кому успела соскучиться… 



29 апреля 2008 г. 

Нет, весна все-таки наступила. Об этом говорят не только зазеленевшие наконец-то парки, но и стихотворные строчки, которые ежедневно бормочутся на ходу. И неважно, что настоящими стихами эти обрывки, скорее всего, никогда не станут. Зато как приятно крутить их в голове. 

Вчера наблюдала картину – ворону, пролетающую под аркой Михайловского дворца. Честное слово, смотрелось так же внушительно, как самолет под мостом. Представьте: утро, пустынная улица, я спешу на работу. Проходя мимо арки Михайловского дворца, из любопытства заглядываю внутрь. А там темный силуэт птицы, несущейся на меня на самом, что ни на есть, бреющем полете. Правда, когда я мелькнула в арке, у «летчика» отказали нервы – ворона взмахнула крыльями, пытаясь вильнуть в сторону. Но разве под аркой развернешься? К счастью птица мигом поняла, что я не представляю серьезной опасности, и с громким хлопаньем пролетела мимо.


16 апреля 2008 г. 

Поверить в наступающую весну так же трудно, как во взаимную любовь. Пока что холодно, серо и голо. Хотя уже раскрылись первые листочки на сирени. И мои любимые каштаны вытянули стрелки. Несколько теплых дней – и подернутся желтоватой дымкой клены. И только дубы-тугодумы будут медлить, выжидая… Хочу на дачу. Тогда перестанет возникать вопрос – взаимная у меня с этой весной любовь или неразделенная.



12 апреля 2008 г. 

Кажется, исчерпала все свои темы, и теперь повторяюсь, как заезженная пластинка. Как выясняется, не так много в этой жизни меня интересует: люди, отношения, книги, свои и чужие истории, садоводство (уже под вопросом)… А вроде – и все. Нет, конечно, по мелочи можно найти еще несколько увлечений – то же вязание, например. Но мне не всегда удобно в таких увлечениях сознаваться. Несолидно как-то. 

По большому счету я – зеркало. Если меня очаровал какой-нибудь человек, мне становится интересно все, чем этот человек увлекается. И это искренне, от души – но только до тех пор, пока не пройдет увлечение самим человеком. А саму меня, и правда, интересует немногое. 

Вот так подумаешь-подумаешь и сделаешь выводы – совсем не утешительные. 



06 апреля 2008 г. 

Приятно, когда среди череды неудачных, дерганых дней мелькнет один – когда все удается. Когда приготовление отбивных превращается в священнодействие (ну да – я ведь никогда до этого их не готовила), когда радует мытье пола (раз в год со мной такое случается), когда проза ложиться – строчка за строчкой (даже не всегда успеваешь записывать), а компьютер признает меня своей хозяйкой и перестает вредничать. И вроде не происходит ничего необычного, а хочется поймать этот день, как бабочку, подержать в ладонях. Только понимаешь, что не надо – облетит пыльца, и исчезнет все очарование. 

Ну, по крайней мере, я помню, что этот день был хорошим.


30 марта 2008 г.

Долго хотела утянуть к себе стих Кати Медведевой. Но все – то руки не доходили, то неудобно было. В конце концов, спросила у автора: «А можно?». Мне ответили «Конечно». И я вроде обрадовалась. Но тут передо мной встала проблема выбора, потому что стихов у Кати в живом журнале прибавилось.
Вот тот самый – первый - стих. Если кому-то захочется прочитать не только его – загляните по ссылке. Мне бы очень этого хотелось. 

http://kisunika.livejournal.com/4683.html 

тихо зашлепает дождь по черепичной крыше. 
тряпичное сердце мое кто-то в утиль спишет. 
и я без сердца пойду, легкая и пустая, 
туда, где старый асфальт вереском зарастает. 
в пыль искрошатся шаги, не создавая звука. 
кто-то, незримый мне, скажет – «а ну-ка, ну-ка», 
и год за годом с меня свалятся все взросленья, 
и стану вовсе не я, а так, погремок весенний, 
и голос мой зазвучит все монотонней и тише, 
точно вечерний дождь – по черепичной крыше… 



27 марта 2008 г. 

Уже не выходит жить на чистом адреналине. Когда можно две-три ночи почти не спать. Потому что ночью самое время читать книги, писать истории или разговаривать по телефону. И не останавливает даже то, что утром надо вскакивать и бежать на работу. И утром вскакиваешь и бежишь. И весь день безумно радуешься или безумно расстраиваешься из-за того, что ночью было прочитано, написано, сказано. Чтобы вечером опять прилипнуть к экрану монитора или телефонной трубке. 

Сейчас хочется спокойной размеренной жизни. Хочется общаться с близкими, хорошо изученными людьми, которые не преподнесут тебе неприятных сюрпризов. Хочется спокойствия. 

И когда просыпаются сожаления о той прежней безумной жизни, понимаешь, что, собственно, незачем. Что не хочется безумствовать. Да и сил уже не хватает… жить на чистом адреналине. Наверное, это старость. 



24 марта 2008 г. 

Две недели каникул. Долго ожидаемых, давно планируемых. И все равно неожиданных… Львов – то радующий теплом, то пугающий морозцем и мокрым снегом. Опять узкие, неровно мощенные улочки, слегка обшарпанные дома (даже эта обшарпанность почему-то радует). Но главное конечно – встреча. Встреча с человеком, который стал частью моей жизни. И теперь странно представить, что я могу чем-то с этим человеком не поделиться, что-то от него утаить. Да, наверное, неправильно – быть две недели вместе, а потом полгода – только разговаривать. Но счастье – это когда, представив, что всего этого могло бы не быть, начинаешь горячо благодарить Бога за то, что все сложилось так, как сложилось. 



05 марта 2008 г. 

Чувство, что до сих пор жила в доме, двери которого всегда были нараспашку. Давала любому возможность побродить по своей душе. И сама безоглядно гуляла по чужим душам. А сейчас плотно закрываю двери - потому что начинается личное. 

Прошу прощения у тех, кто остается за порогом, но ничего не могу поделать. По-другому не получается. Никак. 



29 февраля 2008 г. 

Иногда меня начинают изводить безумные идеи, что я могла бы сделать счастливыми хотя бы самых близких. Если бы соблюдала какие-то неизвестные мне правила. Если бы нашла какое-то равновесие, гармонию – в себе и в мире. Естественно, ничего у меня не получается. Потому что нет универсального рецепта защиты от неожиданных напастей. 



16 февраля 2008 г. 

Перечитывая записи рукописного дневника, находишь массу интересного: то описание забавных сценок, то что-нибудь немыслимо философское, то пару строчек с удивительной четкостью передающих мое настроение. 

Записи прошлогоднего сентября. Я живу на даче с родителями, но в мыслях уже предвкушаю отъезд к любимому человеку. Пикируемся с папой: он как обычно подкусывает, я отбиваюсь по мере сил. На одну из папиных подколок легкомысленно ляпаю: 

- Я не такая, я жду трамвая. 

Не растерявшись, папа поправляет: 

- Не трамвая, а поезда. 



09 февраля 2008 г. 

«При разводе двух равнолюбимых друзей, почему-то продолжаешь общаться только с один из них», - неточное цитирование слов Светы Кельнер. Давно было сказано, а я все продолжаю вспоминать это «равнолюбимых», произнесенное одним словом. И размышлять о своем… 



08 февраля 2008 г. 

Сколько раз обещала себе не откровенничать, не открываться слишком сильно. Не потому, что страшно открыться (хотя не без этого). А потому, что так и не поняла, что же лучше - говорить или умалчивать. Просто для меня откровенность – это подарок. Нет, даже не так: откровенность – это дар (как ни смешно это звучит). Это степень моего доверия к собеседнику. Если говорю что-то глубоко спрятанное, часто больное и неприятное (порой – для меня, порой – для собеседника), - значит, не сомневаюсь, что меня поймут и примут. Странно мы все-таки устроены. Даже подарками порой причиняем боль. 



24 января 2008 г. 

Как мало, оказывается, надо человеку для счастья – урвать часок от сна, чтобы поболтать с любимым человеком. Нет, конечно, хочется не просто поболтать, а прижаться. Но прижиматься к экрану монитора… это было бы уже слишком. Хотя в одной из моих историй герой на такое решился. 

И все равно – давно у меня не было таких уютных, домашних вечеров. 



15 января 2008 г. 

Племянница Саша сдает очередные экзамены в институте. Сидим с ней на кухне, пьем чай, она – как всегда очень эмоционально – рассказывает: 

- У нас лектор по математике – уже старенький. Часто делает ошибки при решении задач. А я вижу, что здесь в уравнении ошибка, но не могу понять – где. Иду дома к папе и говорю: «Папа, посмотри, я ничего не понимаю» «Да у нас в техникуме этого не было. Это высшая математика» - проникновенным голосом отвечает мой брат. «Ну, я все равно тебе объясню». 

Как дальше рассказывает Саша: 

- Я десять минут ему объясняю, размахиваю руками, он кивает. Потом я вижу ошибку, кричу: «Папочка, большое спасибо. Ты мне так помог. Так выручил!». И убегаю учить дальше. 

После третьего раза мой брат тем же проникновенным голосом спрашивает ее: 

- Саша, а ты заметила, что я ни разу не произнес ни слова? 

Это к вопросу о том, за что люди благодарят. И, самое главное, испытывают искреннюю благодарность. 



17 декабря 2007 г. 

Иногда вспоминаются какие-то мелочи – чуть ли не тридцатилетней давности. Случайно проходила мимо вокзала и всплыло в памяти, как мы с мамой уезжали в Одессу (в мае не то 74-го, не то 75-го года) – мне должны были делать пластическую операцию в глазной клинике Филатова. Почему-то очень ярко запомнился тот солнечный день, острое чувство несправедливости жизни (потому что для меня восьмилетней находиться в больнице без мамы – это непонятно и несправедливо, пугало именно одиночество – не боль, не врачи, как ни странно). И вот, глядя, как я с трудом сдерживаю слезы, папа совершенно неожиданно дарит мне букетик ландышей – покупает у какой-то бабули тут же, на вокзале. Помню, как мама ворчала: «Куда в поезд с цветами». К тому же дарить мне, ребенку, цветы – у нас в семье такое было не принято… Но до сих пор я благодарна папе за этот букетик. 



01 декабря 2007 г. 

Пополнила свою коллекцию фраз и высказываний замечательным комментарием Евгения Цепенюка (автора Самиздата): 

«Кстати, а вот еще есть единственный в своем роде цикл романов, содержание которых можно пересказать примерно так: главгерой был лохом, но в один прекрасный день нашел свое место, и теперь он крут, офигенно крут, и все его любят, и все им восхищаются, и он много и вкусно кушает, и ему хорошо, и с каждым днем он становится все круче, все восхищаются им все сильнее, и любят его все больше... И эти романы чрезвычайно популярны. 

Макс Фрай, ага :-)». 

При моей трепетной любви к романам о сэре Максе, которая заставляет настороженно относиться к чужим мнениям о них, тем не менее, люблю эти мнение выслушивать. И, признаюсь, такого еще не встречала. Сижу и улыбаюсь до ушей.


20 ноября 2007 г. 

Столько событий, а не пишу ничего. Чего стоит, например, неделя в городе Обнинске (ездила на курсы повышения квалификации). Золотая осень. Городок, исхоженный почти вдоль и поперек. В том числе в лихорадочных поисках интернет-кафе (куда деться от привязанности к виртуальной жизни?). Встречи с московскими знакомыми. Все это останется в памяти. А вот записать - нет времени. 

А участие в качестве судьи в конкурсе «СНП-2007» (Современной нереалистической прозы) на СИ. Том самом конкурсе, где в прошлом году мой рассказ «Паучком в паутинке» вышел в финал. Никогда не думала, что смогу приобрести такой опыт. Что буду оценивать чужие произведения. Трудно описать, как боялась. Сколько нервов потратила на то, чтобы написать обзоры, выверяя в них каждое слово. Но сейчас могу с гордостью подвести итог: а вроде бы и неплохо справилась. И обнаружила, что после оценки чужих текстов, начинаешь совершенно по-другому смотреть на свою прозу. Видишь нестыковки и огрехи, которых раньше не видел. Нет, до идеала мне далеко, но чему-то научилась. 

В общем, жизнь бьет ключом. 



20 октября 2007 г. 

Не пишу сюда ничего уже больше месяца. И ведь есть, что написать. Только почему-то захотелось – свернуться клубочком, заслониться и сказать: «Моя жизнь. Не хочу никому о ней рассказывать». Значит, мне хорошо. Очень эгоистично звучит. Но я себя знаю: когда мне плохо, вопроса рассказывать или не рассказывать как-то не возникает. Выбалтываешь все – со страшной скоростью. 

Ну, надеюсь, это настроение скоро пойдет. 



07 сентября 2007 г. 

Мой знакомый каштан в Летнем саду уже весь покрыт зелеными каштанчиками. Но они еще крепко держаться на ветках. Прохожу мимо утром – и гадаю: удастся ли в этом году подобрать хоть один упавший «ежик», или хотя бы выпавшую из расколовшегося плода сердцевинку? В прошлом сентябре подобрала каштан на набережной Фонтанки. Просто шла – а он лежит на тротуаре. Блестящий, коричневый. До сих пор не перестаю удивляться детской радости, которую в тот момент испытывала. 



24 августа 2007 г. 

Иногда мне кажется, что историю моей жизни кто-то сочиняет. Скорее всего, женщина, потому что часто моя жизнь напоминает скучную мелодраму. Если бы эту историю напечатали, представляю, как народ плевался бы. Как говорили бы: «Взрослые люди не мучаются из-за такой ерунды, они не пишут каждый день письма, не живут в виртуальном мире. И прозу пишут – за деньги, а не потому что «просится». В эту историю невозможно поверить и т.д.». Я бы тоже про кого-то другого не поверила. А ведь живу – именно так. И проза именно просится – как зверь, которому надо выйти на улицу, и он скребется у входной двери. 

Самое смешное, когда автору моей жизни приходит в голову подарить мне капельку счастья: героиня согласно законам жанра начинает мучиться дурацким вопросом – а счастье ли это? Потому что счастья ей вроде как не положено. 



15 августа 2007 г. 

Август. Благодаря делам несколько раз бродила по вечернему городу. Жара. Воздух – как парное молоко. Белые ночи, потихоньку превращающиеся в сумерки. И непередаваемое ощущение сказочности. Причем, сказочник – не я. Точнее, я – сказочник, которого самого утянули в сказку. Город решил позабавиться, сочиняя очередную историю. Ему понадобились герои – и вот я иду по тихим улочкам, по набережной канала. И почти физически – как взгляд в спину – ощущаю, как витает вокруг предопределенность чуда. 



31 июля 2007 г. 

Разбирала давние-давние стихи и нашла такое четверостишие: 

Ты подумай – мы совсем чужие, 
Разошлись, а вспомнить недосуг, 
Будто мы с тобой совсем не жили 
Жизнью напряженно сжатых рук. 

В семнадцать лет я это написала? Или в восемнадцать? 

И, самое удивительное, ничего не изменилось. Даже связь с человеком осталась. Тянется ниточкой, дергает, не хочет смениться усталым равнодушием. И по-прежнему периоды близости сменяются периодами болезненного отторжения. Когда самое лучшее – ничего не знать друг о друге. 

Наверное, человек, и правда, лучше всего помнит боль. Потому что ни с кем так хорошо и так больно не было. 



16 июля 2007 г. 

Вечер на даче, в любимой мансарде. Собака спит на своем диванчике. Я подхожу и глажу ее по голове (пытаюсь перебороть привычку, оставшуюся в ней от прежней жизни, что в темноте собак бьют). Она осторожно бьет по дивану хвостом. Два раза. И замирает, кося на меня глазом. Но я особо не пристаю. Иду к своей кровати – потолок близко, все время приходиться следить, чтобы не стукнуться головой о стропила. Раздеваюсь, ложусь. Собака успокаивается и со вздохом вытягивает лапы… Стук дождя по крыше. Потом чей-то мягкий прыжок – кошка, отряхиваясь, устраивается у меня на груди. Мурчит и головой, твердой, как боксерский кулак, толкает меня в подбородок. Чтобы уберечься от ударов, высовываю руку из-под одеяла, глажу кошку под подбородком. Потом, когда она успокаивается, поворачиваюсь на бок, и кошка скатывается, оказываясь рядом, на одеяле. Недовольно хмуриться, но не уходит. Ну, все, - вот теперь можно спать.


12 июня 2007 г. 

На даче – прогуливаюсь по дороге с собакой. Вечер, но солнце еще греет вовсю. Мой зверь убежал вперед. А я не тороплюсь. Смотрю, какие цветы посадили на других участках, кто каким цветом покрасил дом. Только изредка бросаю взгляды на дорогу, чтобы не споткнуться (как я люблю) на какой -нибудь мелкой колдобине. У края дороги валяется – то ли изогнутая коряга, то ли обрывок толстой веревки. Не задумываясь, переступаю… И вдруг веревка начинает ползти. От неожиданности чуть не падаю. Змея! И судя по всему – гадюка. Маленькая – в палец толщиной и около 20 см длиной. При моем довольно спокойном отношении к змеям сюрприз, прямо скажем, неприятный. Отойдя на несколько шагов, оборачиваюсь и вижу, что змея не спешит уползти в траву на обочине. И с одной стороны – жаль дурочку (ведь проедет машина – мокрого места не останется). А с другой… мысль о том, что у себя на грядке можешь обнаружить что-то кусачее и ядовитое… как-то не радует. Нет, хорошо одно: что собака пробежала другой стороной дороги, и они со змеей даже не заметили друг друга. 



29 мая 2007 г. 

Все-таки забавно наблюдать, как исполняются наши случайно, мимоходом оброненные желания. Вот пожелала – сама не знаю зачем – прочитать хоть несколько фраз на украинском. И сама себе не поверила, когда это желание исполнилось. Ведь не объяснить, какое удовольствие, какой смак в таком вот случайном волшебстве. В том, что не надо ждать – что когда-нибудь как-нибудь… сбудется, сложится, совпадет. Уже совпало. Как неожиданный подарок – незаслуженный, но от этого не менее приятный. 



19 мая 2007 г. 

Поездки для меня – всегда обновление. И от этого всегда немного мучительны. Вырваться из дома, разрушить привычный уклад жизни, изменить хоть что-то. Зато – дышать, почти задыхаясь, запахом сирени, улыбаться цветущим каштанам, стоптать чуть ли не до крови ноги, бегая по крутым улочкам Львова… А потом вернуться в Питер. Который обычно встречает меня с легкой настороженностью (ну как же – променяла его на кого-то)))). И понять, что вроде и не грущу. 



16 апреля 2007 г. 

Чтобы подписать документы - иду к начальству, из одного здания в другое - через солнечный мощеный двор. После яркого света «рабочие» коридоры кажутся особенно темными. Случайно оглядываюсь - и застываю посредине коридора, увидев у себя на груди, возле самого воротника блузки – божью коровку. Ситуация - прямо как в одной из моих историй. И - тянет на маленькое чудо. Честно-честно ))). 



07 апреля 2007 г. 

Весна – тревожное время года. Потому что ощутимо хочется обновления. Хоть крохотного, хоть по мелочи. А если обновления не происходит – начинается жуткая тоска. 

Выбраться из дома – не по делу, а просто так. Точнее, поехать на Васильевский за книжкой Константина Смелого (кстати, если кому-то хочется почитать настоящую, реалистическую прозу – зайдите в раздел «Ссылки», просто для того, чтобы почувствовать – вы читаете настоящее). 

Почти фантастическая картинка. Серый мартовский день. Мелкий дождик, висящий в воздухе. Глаза, как будто засыпанные песком. И давно не виденный Средний проспект – неузнаваемый, с непонятными вывесками: какие-то банки, джекпоты, макдональдсы. Как будто садилась в метро в одной реальности, а вышла – в другой. И сквозь этот серый незнакомый город иду я. Нет, не иду – лечу. И не объяснить, что вот такая мелочь и есть – свобода, обновление, ожидание чего-то нового. Вообще, никогда в жизни не радовалась так сильно, как сжимая в руках новую книжку. Еще не раскрытую, еще не прочитанную. Но обещающую – целый мир (если книжка придется по душе, конечно). 

Боюсь, из всего марта в памяти останется только этот вот серый день. 


22 марта 2007 г. 

"Водой сквозь пальцы утекает март..." (из неродившегося))) 



08 марта 2007 г. 

На работе время от времени наблюдаю за воронами. У нас напротив окна карниз – они там ковыряют штукатурку (птицам явно не хватает мела). При этом такие сцены и такие ужимки – я с еще одной девушкой (тоже сидящей у окна) наблюдаем и с трудом сдерживаем смех. 

Например, одна ворона отковырнула очень большой кусок штукатурки, тут же подлетает вторая (покрупнее) и начинает отнимать. Вот напрашивается вопрос – зачем отнимать? Штукатурки – сколько угодно, ковыряй на здоровье ))). Нет, чужая вкуснее. 

А сегодня ворона прошлась по карнизу, проверила каждую дырку (видимо, пробовала, в какой дырке штукатурка получше))). Потом принесла большой кусок булки в клюве. И начала прятать. Оглядывается, булку в дырку запихивает, присыпает сверху снегом. Утрамбовывает. Потом над ней пролетела другая ворона. Первая, которая прятала булку, испугалась, что тайник обнаружен – достала опять кусок булки. И сидит – держит в клюве. И видно, как размышляет, что делать дальше? Тут я отвлеклась. Поэтому не поняла, спрятала она в результате булку или вместе с ней и улетела. Вот такие сцены. 



28 февраля 2007 г. 

Странно, когда пытаюсь окрестить мою нынешнюю жизнь, в памяти упорно всплывает слово «семейная». Хотя какая может быть семейная жизнь у двух людей, живущих в разных городах и общающихся, в основном, письменно или по телефону? Но проситься же… А когда пытаюсь дотошно выпытать у себя: что же в этой жизни такого, чего не было прежде, ответ обескураживает: «Раньше не было доверия». 

Нет, прекрасно знаю, что в любой момент мое благодушное настроение может разлететься вдребезги. Что опять возникнут непонимание и обида. Что я опять могу почувствовать себя беззащитной, потому что всегда теряюсь, когда свои становятся непонимающими и отстраненными. Но сейчас внутри живет крохотная надежда, что мне дадут возможность объясниться и хоть что-нибудь исправить. А раньше такой надежды не было. Раньше казалось: если все рухнет, то НАВСЕГДА. Все-таки мой максимализм иногда проявляется самым причудливым образом. 

Еще одна особенность, которую раньше замечала в отношении счастливых семейных пар и которую сейчас, мне кажется, испытываю на собственном опыте: у двух людей есть своя жизнь. А все остальное – друзья, работа, увлечения – прикладывается к этой своей жизни. Конечно, могу сглазить все на свете этими словами. Тогда – так мне и надо. Но должна же я кому-то об этом сказать ))). 



14 февраля 2007 г. 

Вчера, с небольшим запозданием моя старшая племянница Саша подарила мне открытку на День рождения. Где после обычных поздравлений стояла приписка: «…желаю простого человеческого счастья. Пусть не совсем простого и не всегда человеческого. Но своего и большого…» 

По-моему, эта фраза заслуживает того, чтобы быть отмеченной – хотя бы в этом дневнике. Нет, я не смеюсь. Честное слово. Наоборот, эти слова очень похожи на то, что я порой без всякой задней мысли высказываю. Почему нам так приятно, когда кто-то походит на нас – пусть в мелочах? 



07 февраля 2007 г. 

Мне сделали удивительный подарок. 

Даже не знаю, как об этом рассказать, потому что такие истории «боятся слишком пристальных взглядов» (по выражению любимого Макса Фрая). В общем, очень-очень давно (лет десять назад) случайно услышала одну авторскую песню. Но тогда не запомнила ни название, ни исполнителя. В памяти остались только мелодия и общий смысл песни, при воспоминании о которых становилось светло и грустно. Не могу сказать, что часто о ней вспоминала, но где-то глубоко-глубоко она осталась, чтобы заставлять меня вздрагивать, когда я слышала что-то похожее. Но саму песню я так больше и не встречала. И вдруг очень близкий человек присылает мне эту песню со словами, что нашел для себя нового автора-исполнителя… Не знаю, для кого как, а для меня это чудо. А чудесами особенно хочется поделиться. 

Да, автора песни зовут Михаил Щербаков (смотрите в разделе «Ссылки») 

Если кому-то будет интересно, большая просьба – начните с песни «Трубач» (именно ее я имела в виду). 



02 февраля 2007 г. 

Перед днем рождения всегда странные мысли приходят в голову, начинается какое-то подведение итогов, попытки разобраться – как я живу и чего мне не хватает. Вот и сегодня с утра вспомнила услышанное когда-то очень давно предположение - этакую гипотезу - что каждый человек любит то время года, когда родился. Меня в свое время это утверждение заинтересовало, и я несколько лет собирала доказательства за и против. Потому что мне было непонятно, как можно любить, например, ноябрь. Хотя с высоты сегодняшнего опыта понимаю – можно любить даже ноябрь. Люблю же я февраль. Люблю за то, что еще зима, но уже выходишь из дома не в полной темноте, а возвращаешь домой сквозь синие сумерки. И падает снег, даже не подозревающий, как мало времени ему отпущено. И силуэты зданий на фоне желтеющего, а потом стремительно темнеющего неба кажутся волшебными. Как будто я оказалась в незнакомом, немного пугающем и загадочном городе. И со смехом воспринимаешь чужое ворчание «когда же закончится эта зима».



22 января 2007 г. 

Всегда старалась не смотреть в глаза своим страхам – а то ведь загипнотизируют и сожрут с потрохами. И вроде мне довольно успешно всю жизнь удавалось их не замечать. Но с другой стороны: пока не посмотришь им в глаза, они никуда не денутся – разве что разрастутся до невозможных размеров. Вот и приходится – как в игре: я смотрю в глаза своему страху, а он смотрит в мои глаза. И кто первый дрогнет, тот и проиграет. 


17 января 2007 г. 

В детстве при всей любви и уважении к родителям несколько раз всерьез размышляла на тему: зачем они – свободные люди – такими глупостями занимаются? Ходят на нелюбимую работу, готовят обед, моют, стирают. И жалуются, как им все это не нравится. Помню, как давала себе обещание не повторять их ошибок. Надеялась, что вырасту – стану свободной и буду делать, что хочу. И что я имею сейчас? Те же самые обязанности, от которых мне никуда не спрятаться. Ту же самую нелюбимую работу. Которая, правда, иногда доставляет удовлетворение. Те же самые ежедневные походы в магазин. Которые вроде не сильно раздражают. И невозможность делать то, что хочу. А вот это уже серьезно. 

А на вопрос – что же за работу я сейчас хотела бы иметь? – ответ, как ни странно, один: «Писать прозу». 

Кажется, пора переквалифицироваться в дворники )). Тогда точно у меня найдется время писать. 



10 января 2007 г. 

Как же быстро тускнеют, съеживаются и становятся чем-то серым и будничным сбывшиеся желания. И ты уже не в силах вспомнить, что же такого в них было яркого и притягательного. Почему ты так отчаянно желал. Именно этого. 

Новый год, впервые проведенный не дома. И не просто «не дома», а в другом доме, не менее близком, чем мой собственный (желание, года три пылившееся на полке без всякой надежды исполниться). И вот сбылось. И понимаешь, что Новый год – это просто дата. И важно – не провести вместе новогодние праздники, а просто - побыть вместе. 

Слова. Слова, которым я не слишком теперь доверяю (во всяком случае, произнесенным мною словам). Но если я когда-нибудь кину камень в человека, которому сейчас так благодарна, пусть он мне мои нынешние слова напомнит. 



24 декабря 2006 г. 

Оказывается, я знаю, что такое чудо. Это возможность оказаться в определенное время в определенном месте. Вот и все.



17 декабря 2006 г. 

Если подумать, сколько в моей жизни было людей… нет, не просто людей, а тех, кто вызывал мою искреннюю симпатию и мое любопытство. И кто так и не стал «своим» (волшебное слово, означающее пропуск в мою жизнь). Невольно задаю вопрос – почему? Что важного я не сумела сказать этим людям или что они не сумели сказать мне? Откуда берется разочарование? Почему порой «разводит» судьба? Когда незачем звонить и не о чем говорить? 

Впрочем, «своих» не бывает много. Раз, два, три – и обчелся.



09 декабря 2006 г. 

Ноябрь без снега – почти проклятое время года. Тоскливая и какая-то отупляющая темнота. Настроение то и дело зашкаливает за отметку «очень плохо». И приходиться, как барону Мюнхаузену, вытаскивать себя за волосы из болота. Самое смешное, что иногда удается. Два самых простых способа, которые, боюсь, помогают только мне: писать свои истории и читать чужие. Вот так и развлекаюсь почти ежедневно. Утром даю себе задание – написать страницу-другую прозы, вечером – разрешаю себе почитать. 

А все-таки – когда же пойдет снег? 



28 ноября 2006 г. 

Обживаю сайт Самиздат. В отличие от Стихи.RU, где я уже старожил, в СИ все непривычно. Первый поставленный стих, потом – проза. Теперь вот – первое участие в конкурсе Современной Нереалистической Прозы. Мой рассказ «Паучком в паутинке» вышел в финал. "Пустячок – а приятно" )). 

Вот ссылка, если кому-то интересно -http://zhurnal.lib.ru/s/s_n_p/06itogi.shtml 



29 октября 2006 г. 

Господи, ломаем копья по пустякам, спорим, обижаемся, доказываем что-то друг другу. А потом случается несчастье, и понимаешь: все это такие глупости. Не из-за чего спорить и нечего доказывать. У нас слишком короткая жизнь. 
Был у меня стих, который, наверное, уже не допишу. Вот – вспомнился. 


Скажи, о чем ты думаешь? О лете.
О том, что кто-то не увидит лета.
Три ночи, словно чуда, ждать рассвета
И повторять, что мы за всех в ответе.

И повторять: «О Боже, в твоей власти
Все дать, все взять – и я приму любое…»
И вот теперь, приняв, давиться болью…



22 октября 2006 г. 

Всю неделю ждать выходных. Потом с таким же упорством ждать, когда выходные закончатся. Потом опять ждать выходных... Кажется, ничему я не научилась в этой жизни. 



08 октября 2006 г.
 
Смотрю на свою нынешнюю собаку и думаю: если бы она оказалась в нашей семье щенком, какой бы она была? Наверное, совсем другой. Веселой, ласковой. Понимающей всех с полуслова. С легкой сумасшедшинкой (в каком звере ее нет?)… А так – не собака, а дитя с изуродованной психикой. Наглядный пример того, как просто человека или зверя забить. Как непросто потом от этой забитости избавиться. А самое грустное, что в чем-то это существо похоже на меня. 



03 октября 2006 г. 

Вот теперь в этом городе появился маршрут, который напоминает мне о Юрии Хане ( http://www.stihi.ru/author.html?spaceranger ). Вообще-то, любой человек, к которому я испытываю симпатию, сразу становится замечательным. Юрий Хан, пожалуй, замечателен тем, что сумел втянуть меня в парочку авантюр (уточню – поэтических авантюр). А это не так-то просто. 
Приятно проходить мимо решетки Летнего сада и вспоминать… «Видите девушку в синей куртке и с мобильником в руке? Она как раз входит в ворота Летнего сада. Это я» «А я – в белой куртке. И иду вам на встречу». 



17 сентября 2006 г. 

«С каждым случаются его истории» - любимая фраза моей подруги Татьяны. И очень верная, если вдуматься. Именно «свои». Потому что истории, которые происходят со мной (точнее – ситуации, в которые я с непонятной мне постоянностью попадаю), с другими не случаются. 
Странно, очень часто жалуюсь на то, что меня не понимают. Но не могу вспомнить случая, чтобы кто-то предал мое доверие. Да, было, наверное, но вот не помню. Значит, не задело, не обидело до такой степени, чтобы удержаться в памяти. Всегда доверяла людям, и это доверие, кажется, ни разу не оборачивалось против меня. Видимо, везло мне на людей. И, видимо, кто-то наверху решил, что пора научить меня осторожности. Спасибо за науку. Только… вся наука и вся осторожность до первого встречного, который покажется своим. 



12 сентября 2006 г. 

Мы не только такие, какими сами себя представляем. Мы еще и такие, какими видят нас окружающие. Что прежде – курица или яйцо? Мы ли сначала создаем образ себя (осознанно или не осознанно), а потом пожинаем приятие или неприятие этого образа окружающими? Или окружающие сознают образ нас, и мы пытаемся соответствовать или не соответствовать этому образу? 

Меня всю жизнь не считали женщиной. Кем угодно – ребенком, сослуживицей, собеседницей. Но не женщиной. Когда нашелся человек, который увидел во мне именно женщину, я вместо того, чтобы обрадоваться, еще очень долго сопротивлялась этому взгляду на меня. Почему? Потому что надо соответствовать. А это очень трудно на самом деле. 
Иногда пытаюсь понять: то, какими я вижу других людей, мешает им или помогает? Ловит их в ловушку образа или дает возможность посмотреть на себя другими глазами? Даю я что-нибудь людям в ответ на то, что они дают мне? 



01 сентября 2006 г. 

Сегодня День рождения Кошки Скиффф (вообще-то ее имя пишется так – Koshka Skifff). И у этой удивительной девушки удивительные стихи, которые я очень люблю. Поэтому не могу удержаться – приведу здесь стих, который имеет некоторое отношение ко мне (пусть это и нескромно). 
А вот ссылка на Кошкин сайт (только для того, чтобы найти там стихи, требуется настойчивость) 

http://koshka-skifff.narod.ru/ 


Девочке из Города, которого нет (c) 


мне подумалось, надо бы 
подарить тебе Город: 
не целый, а улочку – вверх 
от крыльца и до выхода к бухте; 
к ней переулки, в которых 
неясная дымка на пятом шагу; 
да ты и сама не пойдешь, 
привлеченная шумом и запахом соли, 
черно-белыми чайками, 
маленькой чайной, 
примостившейся, словно гнездо, 
у обрыва и вида на небо. 


мне подумалось, надо бы 
подарить тебе в Городе встречу: 
у двери парадной 
в прохладное утро – 
Он будет сед, а в глазах Его море, 
и вы не узнаете, как же по имени… 


мне подумалось, надо бы 
подарить тебе в Городе жизнь – 
огромную, светлую жизнь: 
восемь дней на рассветы, 
два дня на закаты 
и день – на прощанье… 


мне подумалось, надо бы 
подарить тебе Город. 
но обкатанный камешек, 
теплый с ладони, 
шепнул мне, что Город 
живет у тебя под щекой, 
едва ты засыпаешь; 
прибоем шумит в полнолунья… 



24 августа 2006 г. 

Что-то потянуло меня на цитаты. Но ведь это мой дневник – могу писать то, что хочется. А мне все время вспоминается фраза трактирщика из «Обыкновенного чуда» Евгения Шварца: 
«Только… не найти тебе покоя. Запрись в монастырь – одиночество напомнит о ней. Открой трактир при дороге – каждый стук двери напомнит тебе о ней». 



15 августа 2006 г. 

«Ну, то есть видно, что у них много-много своих секретов, таких особенных секретов-на-двоих…» (цитата из любимого Фрая). 
А вот подумала, что с каждым близким человеком есть такие «секреты-на-двоих». Что-то, о чем можно спросить его «А помнишь?». Что-то, что почти невозможно рассказать кому-то третьему. Не потому, что секрет. А потому что – не передать самого важного... Настроение. Улыбку. Пару фраз. Мелочи, которые храните только вы двое. 



24 июля 2006 г. 

В последнее время на меня напала масса сказочных и полусказочных сюжетов. Вот одна зарисовочка, которая явно не сможет превратиться во что-то большее. 
Трудно родиться деревом и не жаловаться. Особенно, если умеешь сравнивать. А ей неизвестно откуда досталось это нелегкое умение. Ну, в самом деле, что за судьба – всю жизнь простоять на одном месте, разглядывая знакомые до мелочей окрестности? День за днем мириться с тем, что мир вокруг остается прежним. А если меняется – эти изменения совершенно не зависят от твоей воли. Знать: если когда-нибудь придут люди, чтобы спилить тебя (как случилось с соседним дубом) – ты не сможешь убежать. Но ей не оставалось ничего другого, как быть деревом. Хотя любое существо, которое могло передвигаться, вызывало ее жгучую зависть. Она завидовала всем – насекомым, зверям, птицам. Но больше всего – ветру. Хотя, как ни странно, с ветром они даже были друзьями. И ветру прощалось многое. Он мог позволить себе такое, что не позволялось никому другому. Например, приветливо лизнуть ее листья шершавым собачьим языком. Не обращая внимания на протестующий шелест. Он мог причинить ей боль, обламывая хрупкие старые ветки. Мог не прилетать, когда она ожидала его. Она чувствовала свою незащищенность от него (как от всего прочего мира). Но стоило ему хотя бы одним дуновением коснуться ее кроны, и, сама не понимая, как это происходит, она откликалась на это прикосновение. Он разнообразил ее жизнь. Пусть даже ценой боли. 


12 июля 2006 г. 

«Не было печали – черти накачали» - любила приговаривать бабушка. А я вот, похоже, создаю себе проблемы своими руками. И что меня тяготит спокойная жизнь? Сделаю что-нибудь этакое, а потом долго удивляюсь: «И почему все пошло наперекосяк?» И, самое главное, натыкаюсь раз за разом на одни и те же грабли, но выводов не делаю. Никаких. 



06 июля 2006 г. 

Эти четыре строчки – даже не стихи. Так, набормоталось что-то (причем, очень давно). Но мне почему-то эта бормоталка поднимают настроение. Может быть, и еще кого-то повеселит? 

Опять в сомненья коротаю дни,
Как солнце в мае - греть или не стоит?..
Ты пошутил – какой я к черту стоик?
Я – нытик. Снова ною, черт возьми.



04 июля 2006 г. 

Странно, люблю дачную жизнь. Кажется, меня устраивает в ней все. И родители. И звери. И погода. И неспешное течение времени. Ящерицы, бегающие по моему дачному участку. Лягушки, которых приходится вытаскивать из только что вырытого колодца. Даже кукушка, которая, надрываясь, весь день отсчитывает года… Нигде не бывает такой уютной отгороженной жизни. Так почему же я так стараюсь из этой жизни сбежать? 
Кстати, ни стихи, ни истории не приходят, когда легко и спокойно на душе. 



31 мая 2006 г. 

Обнаружила в себе странное свойство – способность написать и забыть (может быть, поэтому всю жизнь и вела дневник). Вылить эмоции на бумагу – и освободиться. И спустя какое-то время с удивлением и даже некоторой настороженностью перетряхнуть эти самые эмоции. Веря и не веря, что это я. 



20 мая 2006 г. 

По выражению смешного паравозика из Ромашково (был такой мультфильм в моем детстве) «я пропустила всю весну». Только для меня весна не связана с первым подснежником или ландышем (уже не помню, что там было в мультфильме). Для меня начало весны – это когда распускаются тополя. Клейкие чешуйки, которые падают на землю, когда расправляют первые тополиные листочки. А поздняя весна – это цветение каштанов. Цветочные кисти на них уже набухли. Но, похоже, эту весну я тоже провороню. 
Вчера было дождливо и ветряно. Я подобрала ветку дуба на площади Искусств. Странно, первые листья на каждом дереве имеют свой неповторимый цвет: кто-то травянисто-зеленый, кто-то салатный. Клены выделяются красноватой листвой. А вот листья дуба… листья дуба почему-то имеют буровато- желтый оттенок и смешно «изжеваны», словно скомканная газета. А на подобранной мной ветке оказались еще и цветочные кисти (никогда не подозревала, что и дубы цветут). Долго рассматривала их, недоумевая: как из ЭТОГО получаются желуди? 



14 мая 2006 г.
 
Ощущаю себя пауком - в центре невидимой паутины. Время от времени тяну за одну из нитей, чувствуя, как на другом конце вздрагивает человек, которого я к себе привязала. И получаю удовольствие от мысли, что, даже против желания, мой незримый собеседник откликнется. Что я имею какую-то власть, заставляющую людей делиться со мной своей жизнью. И, несмотря на это, люди упорно твердят, какой я хороший человек. 



01 мая 2006 г. 

Четыре дня в Москве. Три встречи. Впрочем, я и ездила туда ради встреч. Легкое чувство опустошенности. Понимаешь, что люди, которые были для тебя тенями, стали на один вечер, на несколько часов реальностью, а назавтра опять превратятся в тени. Чего я ждала от этих встреч? Не знаю. И это при том, что каждый из моих собеседников оказался своим собственным, ни на кого больше не похожим. С каждым меня связывает своя история. Каждая встреча была непредсказуемой. В общем, побродила по чужим судьбах, даже не спрашивая разрешения. Ну что ж, не так уж мало – побродить по чужим судьбам. 

Коллекция цитат пополнилась (я давно, словно марки или монеты, собираю удачные фразы, но к сожалению их не всегда имеет смысл обнародовать, потому что часто важно, не ЧТО произносилось, а КАК это было произнесено). Надеюсь, никто не обидится на то, что я его слова процитировала. 

Собеседник 1: «А вот в этом парке водятся маньяки - одного из них я напугала». 

Собеседник 2 (показывая мне памятник Жукову на Красной площади): «Памятник Жукову, конечно, не очень… Какой-то не такой… В общем, не Петр Первый. Но никто не смеется – Жукову же обидно». 

Собеседник 3 (прогуливая дитя и меня заодно по парку у станции метро Полежаевская): «Будешь говорить, что приехала в Москву, чтобы покормить белок. А что еще тут у нас делать?». 
Уже подъезжая к Питеру, я поняла, как здорово, что я возвращаюсь из Москвы, а не изо Львова. Потому что ничто не мешает мне радоваться встрече с моим городом. 



23 апреля 2006 г. 

Я помню, что это мой дневник. Но, похоже, моя подруга Ленка (Елена Китаева) плотно здесь прописалась. Уже вторую неделю вспоминаю ее стих «Весна. Питерский вариант». Приведу его целиком. И… я посмотрела сегодня – на Марсовом поле на сирени уже набухшие почки. Еще пара дней – и появиться первая зелень. 


http://www.stihi.ru/poems/2003/04/14-1142.html 


Нежная, нежная серость, сырость, почти туман. 
То ли паденье зрения, то ли снаружи слякоть. 
Это весна, мой милый, питерский вариант. 
То ли упасть-забыться, то ли навзрыд заплакать. 

Ты представляешь, почки лопнули на кустах? 
Значит, почти дождались! Значит, вот-вот настанет! 
Небо легло на землю, и вот тебе результат: 
Все, кто идет навстречу, как в облаках витают. 

Скоро воспрянет лето фениксом из золы. 
Будет манить наивных ложное отпущенье, 
Время забыть надежду и по теченью плыть 
То ли к суду Господню, то ли к Его спасенью. 

Ну а покуда серость, тихая благодать. 
Нужно собраться с силой: четче писать и строже. 
То ли дождаться лета, то ли концы отдать. 
То ли тоска отпустит, то ли совсем изгложет.


10 апреля 2006 г. 

Достала осеннюю куртку и обнаружила в кармане каштан (еще трех его собратьев с осени, не вынимая, таскаю в сумке). И ведь не просто каштаны – каштаны из Львова. С какой жадностью я их подбирала, когда была там в сентябре. У нас тоже каштанов немало, но мальчишки, по-моему, сбивают все плоды еще зелеными (во всяком случае, я ни разу не находила каштаны, упавшие на землю). А во Львове на них даже наступают… 
Подержать в руках немного сплюснутый, как галька, каштан. И просто поверить, что я скоро встречусь с этим городом. 



03 апреля 2006 г. 

Через месяц исполниться два года как умер мой пес Аким, Кимка. В доме уже другая собака, причем, собака с трудной судьбой. И я, кажется, начинаю забывать, как Кимка спал, ел, гулял. Как он радовался или обижался. Какие у него были глаза. Почему-то лучше всего помню то, как он умирал. Я уже пережила несколько смертей кошек. Но кошки перед смертью прячутся от людей, забиваются в темный угол. А Кимка боялся остаться один. Особенно ночью. А я боялась уснуть. Сидела с ним рядом, слушала его дыхание. И когда становилось совсем тошно от мыслей, что вот сейчас он умрет, превратившись из живого пса во что-то непонятное - в мертвое тело – утешала себя какими-то глупостями. Думала: «Ему хуже. Тебе надо пережить одну ночь. Но ты останешься жива. А он умирает. А умирает каждый сам за себя. И никто не узнает – как это – пока самому не придется умереть». 

Вот, наверное, и все.



13 марта 2006 г. 

Раньше считала себя единым целым. Тем эмоциональным (иногда даже чересчур) существом, которое если радуется – то по-щенячьи, а если обижается – то смертельно. У которого все эмоции – через край, взахлеб. А сейчас… сейчас внутри появился наблюдатель. И что бы я ни делала – радуюсь ли я общению с новыми знакомыми или переживаю из-за каких-то неприятностей, этот наблюдатель с пугающей рассудочностью комментирует мои действия. Он то и дело шепчет: «Ну и зачем ты так переживаешь – по-настоящему тебя не волнуют ни эти люди, ни эти проблемы». И мне становится грустно и холодно. От мысли, что, скорее всего, наблюдатель прав. 



04 марта 2006 г. 
Первая публикация. Два дня назад в сетевом журнале «Русский глобус» были напечатаны мои стихи. 

http://www.russian-globe.com/N49/Shaffe.About.htm 

Если честно – состояние легкой растерянности. То есть – нет, сначала раздуваешься от гордости, а потом… потом хочется куда-нибудь спрятаться. Сказать: «Я тут ни при чем, я не нарочно» и т.д. 
Господи, почему так много людей уверены, что мои стихи – это поэзия, что они должны нравится? Почему я в этом не уверена? 



12 февраля 2006 г. 

Ну, пережили День рождения с «круглой датой» - это дорогого стоит. По этому поводу почему-то вспомнилось очень много разных событий, в том числе стих, который когда-то был забракован как чересчур «простой и наивный». А вот теперь хочется обнародовать. 


С собакой - мимо Спаса-на-крови, 
Маршрут известен и давно исхожен. 
Мне крестное знаменье не творить, 
Но мой «Привет» всегда звучит похоже. 

«Привет», а дальше только пара фраз, 
Пока мой пес меня не тянет мимо… 
Последние полгода – все о нас, 
Но иногда «Будь все таким же, Спас». 
И к Марсову идти неторопливо. 




05 февраля 2006 г.


Навеяно стихом Елены Китаевой. 

http://www.stihi.ru/poems/2004/10/11-1715.html 


Виртуальное братство, где никто 
никому не брат, 
Где забывчивость – норма, и что – 
и с кого – ты спросишь? 
Где ворчат: «Не хватает злости», 
а нет добра… 
Мир, который однажды и ты 
безвозвратно бросишь. 



24 января 2006 г. 

Нет, до чего все-таки непросто начать новую жизнь. Наверное, так же трудно, как бросить курить (хотя никогда не была курильщицей). Стоит только немного расслабиться, как старые привычки хватают за рукава с невинным вопросом: «Ну, один-то раз ты можешь себе позволить?…» И вот уже вместо зарядки пьешь кофе, то есть нарушаешь сразу два данных себе обещания. И так без конца. 
Похоже, пора брать себя в руки и следить за собой не ежедневно, а ежечасно. 



22 января 2006 г. 

В последнее время часто вспоминаю сказку Толкиена «Хоббит»: «Странное дело: о том, что хорошо, о днях, которые провел приятно, рассказывается скоро, и слушать про них не так уж интересно. А вот про то, что неприятно, рассказы получаются долгими и захватывающими». 
Вот и я так же. Как плохо – так я бегу жаловаться, хотя бы дневнику. А если хорошо – то не о чем вроде бы говорить… )))) 



07 января 2006 г. 

Все-таки странно, почему новая жизнь всегда начинается с убийства старой? В лучшем случае – с забвения. Вот и я сейчас – убиваю. Каждым новым желанием, каждым днем без человека, который был мне очень близок. Ладно, этот человек убил меня раньше. Словами: «Никакой общей жизни у нас уже не будет» 



02 января 2006 г.
 
Ну, можно сказать – с Новым годом! Подведение итогов закончено. Новая жизнь почти что начата. И хочется эту новую жизнь ознаменовать чем-нибудь жизнеутверждающим: дописать прозу, довязать свитер, порадовать родителей… Не помню, был ли хоть один год, когда мне в полной мере эти замыслы удавались. Но я стараюсь ))). 



23 декабря 2005 г. 

Писать здесь, зная, что это точно будет прочитано – хотя бы одним-единственным человеком. А ведь еще год назад я была уверена, что хотя бы двумя людьми. Забавно. Все-таки нам всем свойственно преувеличивать свою значимость. Хотя – с другой стороны – все, что пишу, я пишу для одного-двух людей. Одного-трех, если включить в этот список себя. А то, что это нравится еще кому-то вызывает неизменное удивление. И радость, конечно. Но сначала удивление. 
Вывод… А нет никакого вывода. Нет, один вывод есть – хорошо, что это прочтешь ты. 



01 декабря 2005 г. 

Написала почти два месяца назад какую-то странную зарисовочку. А к чему – сама не знаю :)) Вроде даже не от моего лица. 
Лучшей игрушкой был ветер. Его можно было поймать в ладони и слушать, как он гудит в кулачке рассерженной мухой или басовитым шмелем. С ним можно было играть в пятнашки. На нем можно было качаться, как на качелях. Он был – то ласковым, то капризным. Иногда напоминал хищного зверя – схватит и потащит. И тебе не вырваться из его мертвой хватки, как мыши не ускользнуть из кошачьих лап. А потом хватка вдруг превращается в объятия. Только мама умеет обнимать так легко и нежно. А еще… в отличие от огня и воды - с ветром можно было играть без разрешения. 



10 ноября 2005 г. 

Ноябрь. Один из самых тяжелых месяцев. Но сейчас – чуть легче. Потому что есть чьи-то ДНИ РОЖДЕНИЯ. Поздравляю всех Скорпионов. Это люди, которыми я восхищаюсь и которым завидую – потому что у них есть качества, которых у меня нет. Удачи им. Маленьких и больших чудес. В этом мире, где часто так трудно дождаться чуда. 



04 ноября 2005 г. 

Давно, мне кажется – лет 15-ть назад, когда моя подруга Татьяна закончила институт и пришла на работу в Институт Озероведения, попав в компанию научных работников, она рассказала мне такую историю. У них в институте должен был поменяться директор (старый уходил на пенсию или что-то в этом роде), и весь народ переживал из-за того, кто будет новым руководителем. Причем, волновали народ не какие-то пустяки, а научная компетентность. С одной стороны, как объясняла Татьяна, человек, который всерьез увлечен наукой, на администраторскую должность не пойдет. Потому что это – отказ от науки. Так что, скорее всего, директором станет какая-нибудь посредственность. Кто-то, кому за счет таланта не выбиться, а в руководителях – авось и пробьется наверх. С другой стороны, опять-таки продолжала она, – даже если на административную должность придет человек талантливый, через несколько лет он тоже станет некомпетентным. Потому что наука требует полной отдачи. Вывод один – как ни крути, в научной среде руководители всегда оказываются некомпетентны. Я по своей всегдашней привычке попыталась спорить. Искать выход. Но выхода не было. Был тупик. И это меня тогда очень сильно огорчило, как любая нелогичность, которая встречается в мире и с которой люди почему-то не могут справиться. 
Я никогда не работала в научной среде, поэтому до сих пор гадаю – права ли была Татьяна в своих объяснениях, или ее теория не имеет под собой никакой реальной основы. Но иногда я ловлю себя на мысли, что меня тянет заменить творческую работу администраторской. Наверное, так проще. Или я тоже чувствую себя некомпетентной? В прозе и стихах. Вопрос. Без ответа. 



03 октября 2005 г. 

Иду по переходу в метро. И в какой-то момент ловлю себя на том, что, как в детстве, стараюсь ступать по мраморным квадратикам пола так, чтобы не наступить на стыки плиток. Что-то вроде игры в «классики», где нужно скакать по начерченным квадратам, но нельзя наступать на черту. Мраморные плитки совершенно разных размеров, я делаю то широкие шаги, то мелкие, но не прекращаю свое занятие... Впереди идет женщина с мальчишкой лет четырех. Забавно, но он ступает по плиткам точно так же как я. Ему почти все время приходиться шагать широко, но он точно так же старается не коснуться ногой «границы». Его мама замечает это и недовольно произносит: «А ты не можешь идти нормально?». Он бурчит что-то под нос и продолжает шагать по-прежнему. И я продолжаю шагать по-прежнему. Спрашивая себя: где этот мальчишка научился моей игре? Где я сама этой игре научилась? И сколько мне после всего этого лет? 



28 сентября 2005 г. 

Путешествия… Наверное, хорошо, что рано или поздно они заканчиваются. Тянет вернуться домой. Только вот - возвращаешься в чужой, незнакомый мир. Потому что ты – изменился, а все вокруг осталось прежним. И никто даже не замечает, насколько ты этому миру «не своей». 



28 августа 2005 г.
 

Мой персональный неуют 
В желудке прогрызает дырку, 
Кричит: "Бери - пока дают, 
Я - лучший в мире неуют!.." 

Пора бы взять его - за шкирку. 



22 августа 2005 г. 

Любые планы плохи тем, что их без конца приходится перестраивать. Хотела – карету для Золушки, но – колесо отвалилось, приходится изобретать трехколесный велосипед. Потом из велосипеда – самокат… И вот уже балансируешь, как в цирке, на одном колесе. А падать – ох как больно. 



16 августа 2005 г. 

Кто бы объяснил – что такое любовь? Откуда она берется и куда пропадает? Почему люди, которые, казалось, жить друг без друга не могут – внезапно заявляют, что им нет друг до друга никакого дела? 
Впрочем, не надо мне ничего объяснять. Я все равно не приму ничьих объяснений. Я должна понять сама. А я – НЕ ПОНИМАЮ. 



03 августа 2005 г.
 
Недостишие, которое родилось давно, но все никак не станет стихом. Поэтому - сюда. Может, допишу еще. 

Я вошла в лабиринт, но никак не пройду лабиринта 
Я поймала звезду... Не твою ли случайно звезду? 
Сто путей - выбирай, сто дорог, устремившихся к Риму. 
Не пройти тебе мимо, вот и ветер - попутный - подул 



27 июля 2005 г.

Вспомнила стих Елены Китаевой. Ссылка ниже. Но не могу не привести целиком. И как говориться – без комментариев. 
 

"Теперь моя очередь поминутно заглядывать в ящик..." (Цитата)

Абстиненция – без твоих писем – 
Приучил… 
Ты меня, как Маленький принц – лиса, 
Приручил 
Приносил каждый день мне на ладошке 
Новости 
А теперь подбираю с земли я крошки 
В этот стих 
Абстиненция – натурально 
Корчит дрожь 
Каждый час я в ящик свой забираюсь 
Не идешь… 



19 июля 2005 г. 

Когда-то условно делила людей на «вменяемых» и «невменяемых» (сразу оговорюсь, что слова употребляются в придуманном мной значении). Вменяемые – это люди, до которых можно донести свое мнение. Это не значит, что они с этим мнением согласятся. Нет, они могут никогда не признать твою точку зрения, но они признают, что эта точка зрения существует и кто-то (например, я) имеет право именно так смотреть на мир. Невменяемые – это люди, для которых существует только одна точка зрения – своя. И весь мир обязан жить по их меркам и их правилам. 

Вот – очередной раз делаю вывод: если я пытаюсь что-то до человека донести, в чем-то его убедить, - значит, этот человек для меня не потерян. Что бы мы ни говорили друг другу, как бы ни спорили – я буду пытаться снова и снова. Если я не пытаюсь до кого-то достучаться – можно прекращать общение. Грустно, но факт. 



04 июля 2005 г. 

Иногда хочется закричать: "Ура, новая жизнь!!! А потом думаешь: "Ну, какая же она новая, просто ты по-новому взглянула на свое старое, привычное существование". Но и этот новый взгляд порой - очень много. 

Спасибо всем, кто ко мне заглянул. А еще спасибо тому, кто меня порадовал - новым взглядом на себя и на окружающий мир.



Comments