Аддисон, Джозеф

Джозеф Аддисон

 (Joseph Addison; 1 мая 1672 - 17 июня 1719) - публицист, драматург, политик и поэт, который стоял у истоков английского Просвещения. Аддисон оспаривает у Ричарда Стила и Даниэля Дефо звание первого журналиста в истории Европы. Помимо журнальных статей и политических стихов, его перу принадлежит популярная в XVIII веке трагедия «Катон» (1713). Отличие Аддисона от других литераторов начала XVIII века состояло в том, что он принадлежал к элите английского общества не только по дарованию, но и по рождению и воспитанию. Его отец Ланселот Аддисон - настоятель соборов в Личфильде и Ковентри. В школе Аддисон близко сошёлся со сверстником, Ричардом Стилом, который станет его соавтором на протяжении большей части жизни. Последние годы XVII столетия Аддисон провёл в Оксфорде, где сначала учился, а потом преподавал сам. Там сохранилась аллея Аддисона, по которой любил прогуливаться литератор. Его стихотворное послание к королю Вильгельму (1695) обратило на него внимание лорда-хранителя печати и графа Галифакса - двух влиятельных представителей партии вигов. При финансовой поддержке своих покровителей Аддисон предпринял в 1699-1704 гг. продолжительное путешествие по Европе. Во время пребывания в Италии Аддисон направлял на родину стихотворные послания и заметки в прозе. Опубликованному в 1697 г. драйденовскому переводу «Георгик» Вергилия было предпослано вступительное слово Аддисона.

Цитаты и aфоризмы

«Наличными у меня всего девять пенсов, но на счету в банке - тысяча фунтов» - примерно так же соотносится искусство беседы с умением выражать свои мысли на бумаге.

Без постоянства не может быть ни любви, ни дружбы, ни добродетели.

Болезнь ревнивца столь злокачественна, что решительно всё превращается ею в пищу для себя.

Брак отличается той особенностью, что с ним прекращается преклонение идолу. Когда мужчина ближе присматривается к своей богине, она снова становиться простой женщиной.

В беседах с глазу на глаз между близкими друзьями мудрейшие люди очень часто высказывают весьма слабые суждения, потому что разговор с другом - это то же самое, что мысли вслух.

В мире нет ничего более обманчивого, чем то, что принято называть "усердием".

Вдовы - самые испорченные существа на свете.

Великое братство подкаблучников.

Веселость облегчает болезнь, бедность, горе, превращает невежество в милую наивность и самое уродство делает приятным.

Веселье - это манера поведения, тогда как радость - это привычка ума. Веселье краткосрочно, радость же постоянна и неизменна.

Взрослея, мы становимся серьезнее, и это, позволю себе заметить, первый шаг к тому, чтобы поглупеть.

Восхищение - недолговечное чувство, тотчас гаснущее при ближайшем знакомстве со своим предметом.

Время мне представляется необъятным океаном, поглотившим многих великих писателей, причинившим аварии иным, а некоторых разбившим вдребезги.

Все мы что-то делаем для потомства; хотелось бы увидеть, что потомство делает для нас.

Всегда есть что сказать в оправдание обеих сторон.

Гордость происходит от недостаточного размышления и незнания самого себя.

Для счастья нужно что-то делать, что-то любить и во что-то верить.

Евреи подобны гвоздям и заклепкам в многоэтажном здании: сами по себе большой ценности не представляют, но без них здание не устоит.

Если верить нашим философам, человек отличается от других живых существ умением смеяться.

Если это не полная чушь, этого нельзя положить на музыку.

Женщина редко обращается за советом, прежде чем купить подвенечное платье.

Зачаточным умением каламбурить наделены, в сущности, все, только у обычных людей эти ростки остроумия сдерживаются логикой и здравым смыслом, а у человека талантливого они дают пышные всходы.

Зачем говорить мне, что мое счастье не более как греза. Если даже оно греза, пусть дадут мне ею насладиться.

Здоровье и веселье оплодотворяют друг друга.

Злословие и насмешка - вот что пользуется у публики неизменным спросом.

Знание - это то, что наиболее существенным образом возвышает одного человека над другим.

Имей мертвецы возможность прочесть хвалебные надписи на своих надгробиях, они бы умерли вторично - от стыда.

Истинное счастье по природе своей любит уединение; оно - враг шума и роскоши и рождается главным образом из любви к самому себе.

Истинный юмор умеет сохранить серьезную мину, тогда как все вокруг покатываются со смеху; фальшивый же, напротив, смешлив - зато серьёзны те, кто ему внимает.

Как добиться успеха в жизни? Если желаете добиться в жизни успеха, сделайте настойчивость своим лучшим другом, опыт - мудрым советником, осторожность - старшим братом, а надежду - ангелом-хранителем.

Книги - это имущество, завещаемое умом человечеству, предназначенное для передачи из поколения в поколение, на пользу тем, которые со временем родятся.

Когда душа видит сны, она - театр, актеры и аудитория.

Когда на трон садится добрый монарх, самое время издавать законы против беззакония власти.

Когда я вижу эти столы, покрытые столькими яствами, мне чудится, что за каждым из них прячется, как в засаде, подагра, водянка, лихорадка и множество других болезней.

Молчание иногда более многозначительно и возвышенно, чем самое благородное и самое выразительное красноречие, и во многих случаях свидетельствует о высоком уме.

Молчание иногда более многозначительно и возвышенно, чем самое благородное и самое выразительное красноречие.

Мужчины, которые относятся к женщинам с наибольшим почтением, редко пользуются у них наибольшим успехом.

Мы отмаливаем грехи и пороки, предоставляя решать Всевышнему, что может значить и то, и другое.

Мы, англичане, отличаемся особой робостью во всём, что касается религии.

Наименее шумливая, наиболее скромная дружба часто - наиболее полезная. Поэтому я всегда предпочел бы сдержанного друга не в меру усердному.

Наличными у меня всего девять пенсов, но на счету в банке - тысяча фунтов - примерно также соотносится искусство беседы с умением выражать свои мысли на бумаге.

Настоящий критик должен подробнее останавливаться на преимуществах, а не на недостатках...

Наши достославные клубы зиждутся на еде и питье, то есть, на том, что объединяет большинство людей.

Нескромный человек часто опасней, чем злой, ибо последний нападает только на своих врагов, тогда как первый причиняет вред и своим врагам, и своим друзьям.

Несложно быть веселым, находясь на службе у порока.

Нет более приятного упражнения для ума, чем благодарность; выражение благодарности сопровождается таким внутренним удовлетворением, что обязанность в полной мере искупается исполнением.

Нет иной защиты от критики, кроме безвестности.

Нет на свете существа более неприкаянного, чем вышедший из моды кумир.

Неудивительно, что большое количество знаний, не будучи в силах сделать человека умным, часто делает его тщеславным и заносчивым.

Ничего люди не принимают с таким отвращением, как советы.

Ничто, если не считать преступления, не делает человека столь презренным и ничтожным в глазах мира, как непоследовательность.

Остроумно написанный памфлет точно отравленная стрела, которая не только наносит рану, но и делает ее неизлечимой.

Павлин в своем блеске не выставляет напоказ столько цветов, сколько можно насчитать в праздничном наряде англичанки.

Первый стакан - за себя, второй - за друзей, третий - за хорошее настроение, четвертый - за врагов.

По кладбищам, могильным плитам и эпитафиям можно судить о нации, ее невежестве или благородстве.

Порой думаешь, что лучше быть рабом на галерах, чем остроумцем, особенно, если остроумие это - плод выдумок наших литераторов, людей столь же высокообразованных, сколь и малоодаренных.

Поэзия опер обыкновенно настолько же плоха, насколько хороша их музыка.

При помощи физических упражнений и воздержанности большая часть людей может обойтись без медицины.

Приличнее не говорить ничего лживого, нежели говорить все, что истинно.

Раздельный кошелек у супругов - вещь столь же неестественная, как и раздельное ложе.

Расчетливому и равнодушному хитрецу проще убедить женщину, что он ее любит, и преуспеть, чем страстному влюбленному с его пылкими выражениями чувств.

Самая необузданная страсть у всех живых существ - похоть и голод; первая вызвана постоянным стремлением к воспроизводству себе подобных, вторая - к самосохранению.

Самое важное и самое трудное для мощного духа это уметь сдерживать себя: пруд спокойно стоит в долине, но чтобы сдерживать его, нужны горы.

Скромность - это не только орнамент, но и страж добродетели.

Слова, если только они хорошо подобраны, обладают такой силой, что описанное на бумаге нередко производит более яркое впечатление, чем увиденное воочию.

Смысл истинной дружбы в том, что радость она удваивает, а страдание делит пополам.

Спорщики напоминают мне рыбу, которая, попав на крючок, вспенивает вокруг себя воду, пока не становится незаметной.

Титулы и слава предков придают блеск имени, носимому с достоинством, но делают еще более презренным опозоренное имя.

Тот, у кого тонкий нюх на всякого рода намеки и выпады, принимает самые невинные слова за обман и подстрекательство - зато на вопиющие пороки и заблуждения обращает внимание только в книгах.

Трудно себе представить, что сталось бы с человеком, живи он в государстве, населенном литературными героями.

Уверенность в том, что ты любим, смягчает страдания разлуки. Последнее «прости» даже теряет свою горечь, когда в нем еще слышится отзвук любви.

Умный человек счастлив, лишь когда удостаивается собственной похвалы, дурак же довольствуется аплодисментами окружающих.

Хорошая книга - это подарок, завещанный автором человеческому роду.

Человек всегда должен задумываться над тем, на сколько у него больше имущества, чем ему необходимо, и насколько несчастнее он может стать в будущем.

Человек отличается от всех других созданий способностью смеяться.

Человек по самой своей природе подвержен тысячам бед и невзгод, но, даже если жизнь не заполнена злоключениями, мы постоянно добавляем несчастье к несчастью, усугубляя горечь жестоким обращением друг с другом...

Человек, который наделен даром насмешки, имеет обыкновение придираться ко всему, что дает ему возможность продемонстрировать свой талант.

Чем лучше человек, тем он мягче и снисходительнее к недостаткам других.

Читатель прочтет книгу с гораздо большим удовольствием, если будет знать, кто ее автор: негр или белый, холерик или сангвиник, женатый или холостяк.

Чтение для ума - то же, что физические упражнения для тела.

Я попытаюсь оживить мораль остроумием и умерить остроумие моралью.

Comments